В своем первом масштабном сражении в 1939 году в качестве командира армии Георгий Жуков нередко конфликтовал со своим прямым начальником Григорием Штерном и, по воспоминаниям очевидцев, в плане наведения боевой дисциплины повел себя очень жестко.
Зачем его туда направили
Как писал старший научный сотрудник НИИ военной истории Военной академии Геншатба ВС РФ Сергей Федосеев, Жукова в 1939 году направили в район монгольской реки Халхин-Гол (Советский Союз с мая 1939 года оказывал военную помощь Монголии в войне против японцев) по рекомендации наркома обороны СССР Семена Тимошенко. Комдив Георгий Жуков должен был принять командование 57-го особого корпуса у Николая Фекленко, полководческими качествами которого Иосиф Сталин был очень недоволен: первые же бои советско-монгольских войск вызвали их отступление к Халхин-Голу.
По утверждению Сталина, требовался такой командир, который бы «надавал японцам». В июне, спустя несколько дней после нового назначения, возглавляемый Георгием Жуковым корпус переформировали в 1-ю армейскую группу, подчинявшуюся напрямую Наркомату обороны СССР.
Суровый и настойчивый военачальник
Автор книги о боях в районе реки Халхин-Гол Илья Мощанский упоминал о конфликте Жукова с Григорием Штерном, командиром фронтовой группы, координировавшей действия советско-монгольских войск в этом районе: командарм отстаивал собственные тактические решения и вообще вел себя своенравно – по воспоминаниям бывшего офицера Генштаба Петра Григоренко, за невыполнение приказа у Жукова была одно наказание – расстрел.
Тем не менее Георгию Жукову удалось настоять на реализации своего плана отражения сил противника, троекратно превосходивших по численности советско-монгольскую группировку. Кроме того, у наших были серьезные проблемы со снабжением – до ближайшей ж/д станции было свыше 700 км.
Нестандартный маневр
Советско-монгольским войскам был дан приказ разбить и вытеснить японские войска, которые вторглись на территорию Монголии, восстановив тем самым положение на госгранице. Историк Сергей Федосеев писал, что в условиях численного перевеса противника и сложностей со снабжением Георгием Жуковым было принято решение, шедшее вразрез с планами Наркомата обороны – организация активной обороны, пока не подойдет подкрепление, создание сильного резерва для нанесения контрудара.
Планам Жукова помешало наступление японских войск 3 июля. Они форсировали Халхин-Гол, заняли часть западного берега, закрепившись в районе высоты Баин-Цаган. Возникла угроза окружения советско-монгольской группировки. Чтобы ее ликвидировать возникшую опасность, Жуков без санкции командования ввел в бой для контрудара находившуюся на марше 11-ю танковую бригаду под командованием Михаила Яковлева, усиленную 7-й мотоброневой бригадой и отдельным монгольским броневым дивизионом. По существовавшим правилам такие бронеподразделения в обязательном порядке должны были усиливаться еще и пехотой, артиллерией. Григорий Штерн активно возражал против подобного маневра, но Жуков настоял на его проведении.
Японцы после переправы через Халхин-Гол еще не успели как следует развернуться, массированная танковая атака противника для них оказалась совершенно неожиданной и им пришлось перейти к оборонительным действиям. Тем временем советско-монгольская группировка усиливалась подошедшими мотострелковыми подразделениями, которые стали наносить по японцам удары с запада на восток, с воздуха атаковала советская авиация.
На следующее утро, 4 июля, японцы предприняли попытку контрнаступления, но она была подавлена. В дальнейшем подобные атаки также успехом не увенчались. В итоге с юга, северо-запада и с запада противник был окружен, бои шли в том числе и ночами. К 5 июля японцы были полностью разбиты и намеревались отступать, но свой единственный понтонный мост они же и взорвали. Остатки живой силы противника на западном берегу реки были добиты в рукопашных схватках.
По данным, приводимым историком Ильей Мощанским, японцы в результате этих трехдневных боев потеряли 10 тысяч человек и почти все свои танки и артиллерию. Советская авиация было сбила 45 самолетов неприятеля.
Как впоследствии вспоминал сам Георгий Жуков, после тех боев за высоту Баин-Цаган японцы уже не рисковали высаживаться на западном берегу Халхин-Гола. За эти сражения Жукову досрочно присвоили звание командира корпуса. А затем за разгром в районе Халхин-Гола японской группировки Мититаро Комацубары полководец получил свою первую Золотую Звезду Героя Советского Союза.