Бывший футболист сборной и «Спартака», известный тренер Николай Писарев — о тех, кто подавал большие надежды.
Нападающий Писарев начинал еще в советское время, в ярком «Торпедо». Потом уезжал и возвращался на родину — выступал в Швейцарии, Испании и Германии. Несколько раз приходил и расставался со «Спартаком». Закончив играть, стал тренером — работал и в большом футболе, и в молодежном, и в пляжном.
Сейчас Писарев — один из помощников Валерия Карпина в сборной России. А в январе 2020 года он стал героем «Разговора по пятницам», рубрики обозревателей «СЭ» Юрия Голышака и Александра Кружкова. Приводим один из интересных отрывков интервью.
— Вы долго работали в молодежном футболе. Самые большие нераскрывшиеся таланты?
— За три созыва — наверное, Сашка Козлов. (Умер в 29 лет в июле 2022 года.)
— Спартаковский?
— Да. В 17 лет считался суперталант, все клубы его хотели. А в юношеской сборной на Козлова буквально молились. Я на «Гранаткина» его увидел — обыгрывал по пять человек!
— Почему не стал звездой?
— Травма колена помешала. А Денису Давыдову — характер. Ему тоже много дифирамбов пели.
— А Панюков?
— Это особенный футболист.
— Чем?
— Когда в нормальной физической форме — прекрасный игрок! Но если ноги вяловатые — все заканчивается. Превращается в заурядного. Что было особенно хорошо заметно, когда приезжал в сборную.
— Как так?
— А это общая болезнь — многие молодые приезжали «разобранными». Кто-то в клубе выходил на замену, а кто-то вообще без практики. Видишь человека «без ног»! Он тебя слышит, хочет — но попадает к нему мяч, и парень начинает с ним бороться. Обыгрывает на месте, с пробуксовкой. На рывке задыхается.
— С Кокориным намучились?
— Он был в «группе риска», так скажу. То опоздает, то проспит. Но талант перевесил неорганизованность. Когда прошел танцевальный период.
— Беседами могли Кокорина пронять?
— Вот снова опаздывает. Я начинаю закипать: «Саша...» А он: «Николаич, простите, бес попутал. Не повторится! Отработаю на поле!» И отрабатывал!
— Машины уже тогда у Кокорина были выдающиеся?
— Молодежка съезжалась в Новогорск — самый скромный автомобиль был у меня.
— В ЦСКА тоже футболисты смеялись над «Камри» Слуцкого.
— Там-то клуб, а не молодежная сборная!
— У кого машина была самая пышная?
— Я не особо разбираюсь, какая сильнее. Просто видно — дорогие, новые. Но я к этому спокойно относился: «Ребята, кто-то блондинок любит, кто-то — брюнеток. Мне по барабану. Вон поле, доказывайте там». Мне нужно было создать атмосферу — чтобы ребята приезжали с удовольствием. Как в семью. А потом просто угадать состав. Всё!
— Любой тренер молодежной сборной рано или поздно проходит через ситуацию, что глупый пацан ему дерзит. У вас было?
— Открытой дерзости что-то я не помню... Смолов не попадал в основу — начинал бубнить. Сказал: «Федя, я ли тебя не знаю? Да специально выпускаю позже, чтобы ты вышел и все решил».
— Смягчился?
— Моментально. Потом сам повторял: «Николаич, что вы волнуетесь? Я сейчас выйду и решу!» Самое неприятное для меня было, когда ребята симулировали травмы.
— Зачем?
— Собираемся в Германию. Видно, агент игроку позвонил: «Не надо с немцами выходить, вам сейчас накидают. Придумай что-нибудь, у нас трансфер на мази». А врать не все умеют! Парень плетется, прячет глаза: «Что-то потягивает, на сто процентов не могу...» Я это называл — «самострел».
— Обследование разоблачает?
— Мышечные вещи — нет. Только если надрыв.
— Это не Смолов отличался, кстати говоря?
— Нет. Федя в молодежку всегда с радостью приезжал. А того парня я больше не приглашал. Сразу начинаешь по-другому относиться к человеку. Он же не из тех, кто «выйдет и решит» — так лучше взять надежного. Если этому агент советует: «Обмани футбол!» — и он легко обманывает.
— С дискотек своих вытаскивали?
— Я москвич, моя молодость прошла здесь. Всю ночную жизнь этого города знаю. Где искать в четверг, а где — в субботу.
— Даже так?
— А вы думали?! Ну и накрывал несколько раз.
— Где надо было искать?
— Ехать в «Облака», например. Было такое культовое место лет шесть назад. Но туда — исключительно по четвергам. Я понимал: есть в команде группа серьезно встречающихся, а есть «танцевальная». Вот им говорил: «Лучше сразу скажите, где и до скольких будете. Чтобы мне угадывать не пришлось». Мало ли что случится — ночная Москва!
— Могли ведь нанюхаться.
— Могли. Но ума хватало — у нас же постоянно допинг-контроль. По поводу наркотиков никогда вопросов не было. Только с нандролоном.
— Помним историю с Соломатиным из «Динамо».
— Да, да...
— Поэтому вызывать престали?
— По другой причине. Что-то со спиной у него было. Про нандролон никто ничего понять не мог. Но из клуба пошла информация — «лучше не рисковать».
Больше историй от Писарева про футбол 90-х и не только — в нашем материале.