Сегодня 31 декабря. Я сижу на полу и собираю осколки елочных игрушек. В доме пахнет елкой и мандаринами. Но лучше все это воспринимать закрытыми глазами. Потому что растерзанный вид елки и мандарины, раскатившиеся по всему полу, с праздником ассоциируются слабо. Что здесь произошло, спросите вы? Волшебство! Именно! Волшебство, которое, как известно, живет среди нас, но мы о нем и не догадываемся… Правда я-то как раз догадывалась, а сегодня узнала точно… Вот благодаря этому белобрысому «волшебству» я мужа-то и выгнала. Непосредственно 31 декабря прямо мандаринкой в лоб…
Больно, спросите вы? «Абсолютно все равно!» - это я про голову мужа; «Нет!» - это я уже о себе. Немного злит, что в праздник приходится уборкой заниматься, а так никаких отрицательных эмоций…
Картина, конечно, живописная! С одной стороны мусорное ведро, приготовленное для осколков, с другой – бутылка шампанского. Фужер я доставать не стала, решила, что по такому поводу непременно надо пить из горла. Сижу с широко расставленными ногами, между ними коробка с лекарствами, из которой совсем не аккуратно было вытряхнуто почти все содержимое, с целью обнаружения зеленки и ватных дисков. Сами понимаете, в такой ситуации обойтись без порезов было проблематично.
Хочется взять рупор, выйти на балкон и заорать на всю округу: «Люди, не дайте быту убить ваши отношения!» Как это сделать, правда, я не в курсе. Ведь у самой именно так и получилось. Поэтому и не больно мне. Можно смело заявлять, что мандаринкой в лоб закатала я не мужу, а абсолютно чужому человеку.
Правда, я не удивлюсь, что возникнет резонный вопрос: «Если он такой уж чужой, то зачем в него мандаринкой-то кидаться? Должно быть, вроде как все равно». Должно быть, наверное… Но не все равно. Человек по природе своей собственник. Я же никакое «волшебство» на стороне не завела! Терпела одиночество и мирно сосуществовала.
Дети давно выросли. У нас два сына, кстати. У каждого своя жизнь. А мы, как бы по инерции, продолжали жить вместе и, в то же время, поодиночке. Но «поодиночке» оказывается я одна жила… «Ой! Опять обрезалась!», засунула я палец в рот, чтобы остановить кровь…
За уборкой и размышлениями я не заметила, что время уже близилось к одиннадцати. Да… Похоже придется Новый год одной встречать. Здесь невольно на ум приходит избитая поговорка «Как встретишь Новый год, так его и проведешь». К друзьям податься что ли? Нет. Вопросами замучают: «Где твой?», «Почему одна?», «Что у вас случилось». Я встала, пнула ногой подвернувшуюся ни в чем неповинную мандаринку и отправилась одеваться.
Твердо решив, смешаться с веселящейся толпой, я оделась потеплее, празднично накрасила губы яркой помадой, повязала на шее мишуру вместо шарфа, взяла еще недопитую бутылку шампанского и отправилась на улицу к елке, где по традиции ежегодно проходят народные хмельные гулянья…
Смена географии не помогла. Просто теперь я сижу не на полу дома, а на какой-то обледенелой скамейке. Да еще и горячительное закончилось…
Если бы это был любовный роман, то по закону жанра сейчас самое время, чтобы мужской, приятный до дрожи в коленках, голос сказал «Привет!». Я обернулась бы и увидела «принца на белом коне». Ну, хорошо! Пусть не принца. Пусть не на коне. Но крутая тачка точно была бы припаркована где-то неподалеку… Но это даже не роман! Что уж тут говорить про «любовный». Это моя жизнь. Вот такая дырявая бабья жизнь… Спасибо бабушке по папиной линии. Это я в нее такая самоироничная. А то бы точно свихнулась бы давно…
Мысли было две. Первая: «Надо срочно согреться!», вторая: все та же злосчастная поговорка «Как встретишь Новый год, так…». Причем в голове моей они выстроились именно в этой последовательности. Я посмотрела по сторонам, приметила шумную компанию, которая, неподалеку расточительно брызгая пеной во все стороны, употребляла все тот же праздничный напиток, подобрала, не брезгуя, кем-то оставленный на лавке пластиковый стаканчик, руководствуясь знаниями, что в такую температуру микробы не живут, и направилась прямиком к веселящимся молодым людям…
…
«Все-таки хороший праздник Новый год. Он просто напрочь стирает все границы и условности между людьми. Все мы братья и сестры!» Примерно так, сумбурно размышляла я, поднимаясь по лестнице в подъезде на свой этаж. А еще думала «Господи, благослови того, кто придумал лестничные перила!» Без них я бы точно не взобралась на этот «Эверест». Сейчас они для меня были сродни альпинистскому оборудованию. «Парня в горы тени…», замурлыкала я себе под нос песню Высоцкого…
Квартира моя, ничуть не изменившаяся в наступившем году, все также пахла елкой и мандаринами. Я сбросила сапоги, вошла в комнату и замерла на месте…
В общем-то, здесь тоже ничего не поменялось. Мусорное ведро, осколки игрушек… Вот только вместо меня на полу сидит мой муж с шишкой на лбу и с обрезанным пальцем во рту. Сидит и смотрит на меня глазами побитой собаки…
Не было никаких разговоров, обещаний, что у него «там все кончилось», мольбы о прощении… Мы тупо кинулись друг на друга, как умирающие от голода на кусок хлеба… А в животе «порхали бабочки», как когда-то в далекой и давным-давно позабытой молодости…
Что это? Алкоголь? Любовь? Может быть я завтра соберу ему чемодан… А может этот случай научит нас чему-то, и мы будем жить долго и счастливо… Вот такая она, моя дырявая бабья жизнь… Но она моя! И другой у меня уже не будет…