- Он мне сегодня приснился. Я вся дрожу. Он такой настоящий был в моем сне: каждая морщинка, каждая родинка на его лице, изгиб губ, эти глаза. О, эти глаза! Сколько еще лет я буду вспоминать их глубину и черноту? Сколько еще лет они будут являться мне во снах? Сколько же времени прошло? И не люблю уже, а все равно мучаюсь. Мучаюсь, что страшно думать. В мыслях он стал уже чужим. Только в самой глубине мое сердце хранит того, кто был когда-то дороже всех сокровищ мира.
- А что было такого во сне? Ну, знаешь, все эти «живые сны» меня иногда пугают.
- Это было вечернее море. Лазурный берег в сумерках. Жуткий холод. Но на мне легкое пестрое платье. В сумерках не видно, но я знаю, что оно пестрое. А он… То ли в светлом, то ли в темном. И лицо такое же родное, как в наше второе лето, после всех тех ужасных ссор и расставаний. Он смотрит на меня немного озадаченно, немного грустно, немного удивленно. И я иду к нему, не спешу. Ветер раздувает волосы. Мне зябко. Подол платья то поднимается, то