Не меньше, чем за категоричность или излишнюю жалостливость, читатели упрекают меня в неуместном оптимизме, который, как им кажется, уж слишком противоречит окружающей нас реальности. Тучи сгущаются, и холод становится все более жестоким, а равнодушие к нашей судьбе с той стороны – все более безжалостным. О каком оптимизме тут можно говорить, как можно даже думать, даже надеяться на какой-то благополучный исход? Очевидно, что всех нас, вне зависимости от нашего положения и обстоятельств по отдельности, ждет еще немало бед, лишений, неприятностей, жестокостей и несправедливостей.
Это правда, и довольно легкомысленно и недальновидно было бы всерьез полагать, что уже вот-вот, буквально послезавтра, тучи рассеются и справедливость восторжествует. Этого, скорее всего, не случится в ближайшем обозримом будущем, и рассчитывать следует лишь на ощутимое усугубление ситуации, сконцентрировав на защите от этого свои усилия. Строить тут пока нечего, пока надо защищаться и сохранять себя для будущего. Потому что будущее все равно рано или поздно наступит, и жить в нем придется. И чем больше мы ресурсов для этого сейчас сохраним, тем легче будет и строить.
Почему же я считаю, что не все пропало и у нас есть надежда, даже несмотря на то, что ситуация вокруг большинства из нас говорит совсем об обратном? Потому что я слишком хорошо, к сожалению или счастью, знаю людей, которые находятся на условной «темной» стороне, знаю, пусть и довольно опосредованно, природу этого зла, знаю его сущность и его реальные возможности.
Природа этого зла – находящегося и на самом верху пирамиды, и в самом ее низу – состоит в психической деструкции, формирующей для своего носителя действительность, совершенно не соответствующую реальности. Сущность этого зла на всех его ступенях – это общая, структурная неспособность действовать созидательно, слаженно, предусмотрительно, неспособность в принципе сколько-нибудь рационально мыслить, анализировать и прогнозировать последствия своих действий.
Такое зло, как легко предположить, обречено на поражение в самом своем зачатке, в самой основе, и уже давно бы, как мне кажется, разрушилось, если бы ему не помогали и не поддерживали. Поддержка же эта приходит к злу с самых разных сторон, и, как ни печально, со стороны сил добра тоже. Нерешительность, медлительность, неуверенность, корысть, внутренние распри, перекладывание ответственности, склонность к обобщению, чрезмерная бдительность и выплескивание вместе с водой и ребенка – все это и многое другое, что мы наблюдаем со стороны «света» все эти месяцы, лишь облегчает дорогу злу и способствует осуществлению его злого дела.
Когда мы ссоримся, когда мы злимся, когда мы обвиняем друг друга, предъявляем друг другу претензии, когда даем волю «тьме» внутри самих себя – все это расшатывает и делает более слабым добро, а зло становится сильнее. И когда мы перестаем надеяться – тоже. Злу ведь только того и надо, чтобы мы сказали, что все пропало, чтобы успокоились, замолкли и смирились, потеряв всякую надежду. Как только мы это сделаем и перестанем в каком бы ни было виде бороться, зло окрепнет и будет способно к разрушению гораздо дольше, чем могло бы.