Глядя на кислую физиономию напарника, собирающегося навестить в госпитале нашего командира, я внезапно поняла, что дело пора брать в собственные руки. С таким настроением ничего он толкового не выведает. Вообще-то Дэн — нормальный парень, но когда на него нападает хандра, резко глупеет и не замечает очевидных вещей. Поэтому, пока наша психологиня бегала в магазин за мандаринами и колбасой для Тугарина, я успела вывести на экран компьютера карту Выборга. Кое-что уточнила и опрометью ринулась в кадровый отдел. Вышла оттуда через двадцать минут уже с вожделенной путевкой на руках. Успела без лишних ушей накоротке переговорить с Лесей, кое о чём с нею условившись. После чего сама поехала к Виктору, не ставя в известность никого из наших.
Как я и предполагала, Дэна там уже не было. Значит, приехал, тупо задал вопрос, ответа, скорее всего, не получил, после чего с чистой совестью отправился домой. Ну-ну…
— Эм? — завидев меня, Тугарин предпринял попытку привстать на локте. — Вы с Дэном буквально минут на десять-пятнадцать разминулись. Вы что, поссорились с ним?
— Не дождетесь, — улыбнулась я ему. — Просто уезжаю в санаторий, вот пришла попрощаться. Когда вернусь, вы уже наверняка на ногах будете и не здесь.
— Ну и правильно, — с явным облегчением вздохнул Виктор. — Давно пора. Какой профиль выбрала?
— Лёгочный, какой же ещё? Плюс там еще реабилитация после травм заявлена. Как раз то, что доктор прописал.
— Отлично, — Тугарин улыбался уже по-настоящему. — А то представил, что тебя тоже в Выборг зашлют, и у меня аж сердце заболело.
— А что, Дэн не сказал, что я уже в декрете практически?
— Нет, — помотал головой Тугарин. — Забыл, наверное, с этими нервами.
Мысленно пообещав напарнику открутить при случае что-нибудь наименее ценное для организма, я совершенно искренне призналась:
— Волнуюсь я за ребят.
— И я тоже, — Виктор страдальчески скривился. — Что-то здесь белыми нитками шито. Я и так и сяк думал, ну не могут сотрудники конторы просто взять и пропасть, чтоб никто об этом ничего не знал. Это же ЧП, с какой стороны на это дело ни посмотри. В газетах о нем не напишут, но свои-то будут носом землю рыть и на ушах стоять.
— Ну да. Вы же со своими бывшими сослуживцами связь поддерживаете? — бросила я пробный шар. — Наверняка они, случись там что-то подобное, вам бы рассказали.
— Вот-вот, — подтвердил Тугарин. — А у нас всё плюс-минус как обычно. Из происшествий только авария серьезная была.
— Ух ты! А что случилось?
— Незадолго до того, как я сам в госпиталь загремел, ребята из моего отдела куда-то ехали по своим делам, а тут на них со встречки грузовик выскочил. Слава Богу, за исключением водителя грузовика все живы, но, увы, не слишком здоровы. Поломались изрядно. Так и то все на ушах из-за этого случая ходили и водилу погибшего всячески проверяли-перепроверяли. Нет, не камикадзе оказался и не пьяный даже, просто сердечный приступ за рулём схватил.
— Ага. А тут, судя по тому, что нам рассказали, отношение к сотрудникам, как в поговорке: помер Максим, да и хрен с ним. Ну, пошлём на их поиски кого-нибудь наименее ценного фиг знает откуда, авось повезет их обнаружить. Я не знаю, конечно, но может, у вас в Питере на эти вещи как-то попроще смотрят?
— Смеёшься? — даже слегка обиделся Тугарин. — Мы своих не бросаем нигде и никогда.
— Понять бы, почему нам такое дурно пахнущее дело подсунули, — я почесала нос.
— Надо подумать, кому вы ещё успели дорогу перейти, — Виктор скривился. — Борис Петрович в отставку ушел, разменял себя, чтоб на вас его старые грехи не светили. Я, пока с вами был, ничего криминального в вашем отношении не засёк. Разве что вы лично кому-то по мозолям пробежаться успели. Надо бы поднять дела за последние полгода, посмотреть, у кого в них шкурный интерес мог иметься и какого рода.
— Не надо ничего поднимать, — мрачно сообщила я, сообразив, откуда ветер дует.
Верно говорят, что беременные тупеют. Ответ же на поверхности лежал! Раньше бы я сразу поняла, что происходит. А сейчас, пока Тугарин меня носом не ткнул, не сообразила.
— С этого места подробнее, пожалуйста, — брови Виктора полезли вверх.
Я честно и без прикрас рассказала ему про нашу последнюю стычку с Воронецким, когда он, зайдя по старой памяти нас навестить, сиречь, наговорить гадостей, нарвался на меня и был вынужден ретироваться, бесславно проиграв в словесной битве.
— Вот же Гондурас латаный, неймется ему, скотиняке этакой! — чертыхнулся командир. — Я давно уже подозревал, что для этого человека понятие джентльменского договора чуждо. А сейчас окончательно в этом убедился.
Я мысленно выдохнула. Похоже, разнос, к которому я внутренне была уже готова, отменяется. А то выслушала бы в очередной раз, как я была не права, когда дала отпор зарвавшемуся чинуше. Ну и до кучи сентенцию про то, что известную субстанцию лучше лишний раз не трогать, чтоб не портить атмосферу неаппетитным ароматом.
И тут у меня всё поплыло перед глазами. Вот же свинство! Наехала на Павла Витальевича я, а расхлебывать эту кашу вместо меня будут Тиныч, Дэн и Леся!
— Спокойно, Эммануэль, спокойно, — Тугарин дотянулся до моей ладони и крепко её сжал. — Хуже всего неизвестное зло. А здесь мы уже понимаем, чьи уши из этого дела торчат. Значит, точно не пропадём. Ещё и наваляем в отместку. Устроим кое-кому ассиметричный ответ за все его художества. Так что езжай на своё санитарно-курортное лечение и ни о чём не беспокойся. Когда отправляешься?
— Завтра утром.
— Вот и замечательно. Если что, звони, не стесняйся. Я всегда готов тебя выслушать. И наших ребят я один на один с этим упырем не оставлю, обещаю тебе это.
В ответ я как могла обняла Тугарина. Надеюсь, он не заметил, как предательски покраснели мои глаза. Черт бы побрал эту сентиментальность на фоне играющих гормонов!
Команда: дело 104. Они не отвечают. Часть 8
Начало
Мой личный канал писателя: https://t.me/romanistca
#сентиментальный роман #авантюрный роман #юмор #приключения #седлова