Продолжение
Суд объявил вердикт: частично удовлетворить требование истца и ограничить общение Константина Георгиевича Никитенко с несовершеннолетней дочерью ввиду доказанного вреда и в связи с ранее сложившейся конфликтной ситуацией в бывшей семье до настоящего времени и возникающими разногласиями в вопросах участия каждого из родителей в содержании, воспитании, всестороннем развитии несовершеннолетнего ребенка.
В связи с установленным фактом вывоза дочки без согласия матери на длительный срок в непривычную для ребенка обстановку, негативно повлиявшую на несовершеннолетнюю, общение с отцом определено в городе проживания матери и только в ее присутствии. Были расписаны возможные дни общения, так сказать, «живьем» - раз в квартал, и два дня в неделю по 2 часа – телефонное общение Ксюши с отцом или по видеосвязи, также в присутствии матери.
После заседания адвокат поздравил Лену и Василия, и сказал, что это единственное возможное пока решение, так как была высока вероятность откладывания заседания еще на месяц до выздоровления ответчика. Вася понял, что Захаров намекал на какие-то закулисные договоренности и сердечно поблагодарил Игоря Михайловича. Но тот добавил, что на всякий случай им следует быть готовым к опротестованию решения со стороны Константина.
Василий сжал челюсти, когда Лена спросила Захарова:
- А он…Никитенко… Как там, в больнице?
Игорь Михайлович пожал плечами:
- Подробностей не знаю, но после операции состояние удовлетворительное. Пьяным, как вы знаете, море по колено.
Захаров попрощался, и Елена с Василием остались одни. Вася в упор посмотрел на свою женщину:
- Лен, а что за внезапное сострадание к типу, который издевался над тобой?
- Это не сострадание, - она поежилась, - а так, как-то неприятно это все.
- Что неприятно? Что судьба хотя бы немного ему отомстила за тебя? Я вот до сих пор бешусь от того, что не начистил ему рожу. Давно жажду покалечить его, чтобы кровью харкал и всю жизнь помнил, на кого он, тварь, руку поднимал! Он же тебя убить мог! – Васю трясло.
- Вася, что ты! Пожалуйста, Васенька, не надо ничего! Из-за него не собираюсь еще и тебя терять! Хочу, чтоб он исчез из нашей жизни совсем! – Она вцепилась в рукав его куртки и тревожно заглядывала в глаза.
Вася притянул женщину к себе. Она обняла его за талию и уткнулась носом в плечо.
- Когда заявление подавать пойдем?
- Какое заявление? – Лена подняла глаза.
- В ЗАГС! Забыла уже, что замуж за меня собралась? – Вася все еще не отошел от своего гневного состояния, и фраза прозвучала раздраженно.
- Не забыла.
- Ну вот, суд закончился, самое главное решено. Теперь пора наши отношения узаконить. Свадьбу будем делать или просто распишемся?
Лена хотела сказать, что свадьба – это опять расходы, а они и так получились немалые. Хоть и не смела спрашивать у Васи, сколько ушло на адвоката, но предполагала, что не меньше двухсот тысяч рублей. Да, скорее всего, больше. Но вовремя спохватилась и просто сказала:
- Не надо свадьбы, не хочу никаких застолий. Просто распишемся.
- Как скажешь.
Василий наметил еще кое-что, о чем Лене пока говорить не стал. Он действительно хотел, чтобы Константина Никитенко больше не было в их будущей общей жизни, даже по телефону, уж не говоря о визитах к ребенку. Проконсультировался у Захарова по поводу удочерения Ксюши.
Вердикт адвоката был неутешителен. Пока Константин жив, несмотря на все косяки в поведении, лишить его отцовских прав невозможно:
- Поймите, Василий Сергеевич, согласно российскому законодательству, нельзя усыновить ребенка, если нет документального и нотариально заверенного согласия биологического отца, который сохранил родительские права, пусть и в ограниченном объеме. Мой опыт говорит о том, что бывший супруг Елены Павловны, даже если ему на дочку плевать, из вредности не даст вам такого согласия. Полагаю, пока у него не появится другая постоянная женщина, которая смогла бы его убедить в отказе от отцовства и сохранении алиментов, он будет упираться. Хотя… попробуйте, может, его можно подкупить.
Василий вошел в палату, где лежал Константин и еще двое забинтованных бедолаг. Широкобедрая медсестра лет 30-ти стояла возле Кости и пристраивала ему капельницу. Тот лыбился и успевал свободной рукой поглаживать ее по ноге, на что дама хихикала и дрыгала коленом, как бы отталкивая руку нахала. Увлеченный медсестрой Костя обратил внимание на Василия только когда тот вплотную подошел к его кровати.
Глаза бывшего мужа Лены потемнели. Он сразу прекратил «общение» с дамой и, осклабившись, произнес:
- Какие люди, однако… Чего надо? – и зыркнул на медсестру, глазами дав сигнал ей, чтобы она убралась. Женщина с любопытством оглядела Васю, бросила взгляд на Костю, но все же ушла.
Василий огляделся. Один из больных спал и даже похрапывал. Второй, видимо, тоже понял, что мужчины хотят поговорить без свидетелей, и похрамывая, потопал в коридор.
- Да уж, я не сочувствовать тебе пришел. А ты, вижу, времени даром не теряешь.
- А я свободный мужчина теперь! – с вызовом ответил Константин. – Имею право подкатывать к кому хочу, жены-то теперь у меня нет!
- Да я только «за», чтоб ты скорее обрел семейное счастье, - язвительно ответил Василий. Потом он волевым усилием заставил себя успокоиться и через паузу добавил: - Я тебе вообще-то добрую весть принес. Предлагаю избавиться от алиментов, все же 25% от зарплаты каждый месяц – существенная сумма. А у тебя впереди маячит новая семья, где тоже могут быть дети.
Костя прищурился:
- Куда клонишь? Жениться, что ли, на Ленке собрался?
Вася непроизвольно сжал кулаки. «На Ленке». Мразь. Пришлось посмотреть в окно и сделать несколько глубоких вдохов. И ответил, как мог, спокойно:
- Да, мы расписываемся с Еленой. И я хочу усыновить Ксюшу.
Костя в постели взвился и чуть не выдернул капельницу из вены.
- Хрен тебе, а не Ксюха! Сука, пошел отсюда, чтоб я тебя больше не видел!
Василий встал с табуретки и холодно процедил сквозь зубы:
- Так ты еще не получил решение суда? Теперь ты лишен права полноценно общаться с дочкой. Сможешь иногда по телефону в присутствии Лены, и даже приезжать к ней без разрешения матери не получится. Фактически ты уже не отец. Подумай, я не тороплю. Мне нужно твое официальное согласие. И начнешь жизнь с чистого листа. А моя благодарность тебе поможет в этом.
Василий вышел на улицу и, остановившись на крыльце, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Руки чесались там в палате придушить этого подлюку. От сдержанного гнева его слегка потряхивало.
Василий узнал, когда выписывают Костю и пришел за день до выписки. Бывший муж Лены уже передвигался самостоятельно, и вышел к нему в приемный покой. Они смерили друг друга ненавидящими взглядами, потом Константин усмехнулся и направился к выходу на улицу.
Конец апреля был теплым, как никогда. В парке возле больнички были заняты почти все лавочки больными и их посетителями. Но все же они нашли свободную. Костя развалился и, глянув на Васю, усмехнулся.
- Неужто думаешь, что соглашусь, приперся… - начал он без всяких вступлений.
- А почему нет. Смысл тебе упираться, если фактически ты не сможешь видеть дочь? О ней тебе будет напоминать только твоя сократившаяся зарплата.
- А с Ленкой, что? Уже расписались? – Костя все продолжал ухмыляться.
Вася не стал отвечать. Взглянул на часы и произнес:
- Слушай, ты давай по делу. Да - так да. На каких условиях. Нет - так нет, и я пойду.
- Миллион.
Василий повернулся к Косте. А тот был серьезен и зол:
- Миллион рублей, и получишь мое согласие на усыновление. Завтра. Наличными. К моей выписке принеси, и дело будет сделано.
Вася пристально всматривался в лицо ненавистного собеседника. Шутит? Издевается? Или говорит серьезно?
- То есть, если завтра я приношу к твоей выписке миллион рублей, ты официально отказываешься от отцовства и даешь согласие на ее удочерение мной? – Вася говорил медленно, не отрывая взгляда от Кости.
- Да. – тон был злой, но серьезный.
- И готов сразу из больницы ехать к нотариусу?
- Да не вопрос.
- Понятно. – Василий встал и, не прощаясь, пошел по аллее. Потом обернулся:
- Надеюсь, что хоть в этом ты мужик, и слово держать умеешь.
- Я во всем мужик! – крикнул ему вслед Костя, - и всегда им был!
- Ага, особенно, когда избивал свою жену. – и Вася быстро пошел подальше от ненавистного мужчины, чтобы не поддаться соблазну и хотя бы раз не врезать по его наглому рылу.
Продолжение
Предыдущие части: ВСЕ СОБРАНЫ ЗДЕСЬ
Копирование текста без согласия автора категорически запрещено
Другие мои произведения:
Слепой дождь
Линия жизни
Любовь не выбирает