Это не художественное произведение, а запись сна, что часто снился в детстве. Захотелось поделиться..
Утро началось с пробуждения на ларе (стеленом медвежьей шкурой, под лестницей в хоромы), от толчка в плечо. Что уже странно, ведь засыпал как обычно - на топчане, в квартире панельной застройки. Побудил конечно же дядя, по чину и некому боле, но к моменту осознания ситуации, тело уже соскочило с сундука на ноги, а руки изготовились обнажить меч. Один дядька в Москве, и это точно не он, остальные проживают не ближе тысячи километров, я о них мало знаю и теоретически появление одного из них возможно, но ларь и медвежья шкура то откуда? Присутствует ощущение необычности, но вся обстановка полностью знакома, привычна и естественна. О мече в руках и сейчас вопроса не возникает, а уж в том моём, отроческом возрасте и вовсе всё воспринималось естественно и без вопросов. Обошлось без боя. Вероятно, подобная побудка - явление обычное.. очень уж привычны ситуация и наработаны движения. В паре шагов к выходу, в проходе, подле подъёма лестницы, служка уже ставил на подставку ушат воды, а мамка (должность такая у женщины) держала на вытянутых руках волчью шкуру. Омыл лицо, почти окунув в воду и ткнулся им пару раз в шкуру. Похоже, что тело действует самостоятельно и чувствительность ослаблена, во всяком случае, то что вода ледяная скорее понял, нежели почувствовал. Как говаривала Алиса: "..всё страньше и страньше..". Начинаю понимать, что это сон, потому как всё происходит так, будто являюсь персонажем в фильме Тарковского, происходит всё вроде как со мной, но сознание в этом не участвует, а видеоряд от первого лица, без звука и малейшего комментария, хоть бы и мысленно. Одел поданную бабой рубаху, обул порсни, снятые с деревянных гвоздей в стене над ларём, но проснулся окончательно, лишь на стягивании брони с манекена. Броня пока детская, лёгкая, пластинчатая, из клееной кожи. Никогда б и в голову не пришло, что кожаная обувь может наматываться на ногу как портянка, но делаю это обыденно, как наловчился лишь ко втором году службы срочки. И броня понравилась, одевается быстро, через голову как футболка, а затем стягиваются ремешки в районе подмышек и связываются хитрым узлом на груди. Быстрее чем куртку на пуговицах одеть и застёгивать. О штанах пока написать нечего, кроме того, что в них и проснулся.
Вышел на двор, один из дежурной пары охраны уже выводил лошадей из конюшни. Встретились у бревна со сбруей. Поход предстоял неблизкий, потому седлались соответственно. Уздечка, попона на всё тело, с запахом через грудь, шкура горного льва на спину, свёрнутая палатка увязана и перекинута перед крупом, чтоб ограничить перемещения зада всадника и торбы перед всадником для упора коленями. Всё закрепляется ремешками без пряжек, на узел. Из узнаваемо-современного лишь уздечка с оголовьем, да и та без трензеля. Впрочем, могу ошибаться, ибо в этой жизни на лошадях не ездил и не седлал. Собирались недолго, выехали ещё до зари, примерно дюжиной всадников, точнее не скажу, пересчитать не догадался, да и темновато ещё было. Мы замыкали кавалькаду. Мы - это я, дядка мой (тоже должность) и двое дежурных боляр для личной охраны. Дядя и дядька - разные люди. Дядька - воспитатель и тренер, при мне с самого моего приезда, уже несколько лет. Почему телохранители из боляр и почему дежурные, объяснения нет.. просто знаю и всё тут. А дядя (родной) ехал впереди, с князем, он молод, но какого качества родство - "стрый" али "вуй" не знаю, из отношения к нему мальчиком однозначного вывода сделать не удаётся. Сам я не из местных, а из родни похоже только они - князь и его брат. Все в полном пластинчато-кольчужном доспехе, с щитами, мечами и дротами, и только мне по малолетству сделали поблажку - мои дроты и щит везли охранники.
Похоже часть пути продремал. Что совершенно естественно для подростка, удобно сидящего на мерно шагающей лошади, в темноту глаза таращить - не особо увлекательное занятие. Впрочем.. запоминаются только необычные ситуации, а вначале ничего хоть сколько-то необычного не было. На заре сделали остановку, перекусить и оправиться. Сходил до кустика "по-малой нужде", с седла было б быстрее, но хотелось размяться. Гридни встали цепью до ручья в распадке, подняли в кожаных вёдрах воды и напоили лошадей. Пожевал вяленого мяса, захватывая зубами край полосы и отрезая порцию ножом чуть не касаясь края собственных губ. Затем дядька достал бурдюк и явно веселясь, напоил меня "по баскски", пустив вино чуть не метровой струйкой. Хохочет. Развлекает и сам развлекается. Тронулись далее, от рассвета прошло немного времени и мы уже ехали над долиной, почти выехали на неё и тут началось.. Сквозь листву редких деревьев и кустарник, видно, как по долине мчатся четыре лошади, но только на двух всадники. Передний блестит позолотой брони на солнце, явно один из наших герольдов, преследующий же - в броне не столь яркой. В полтораста метрах за ними лежит ещё один герольд, удерживая поводья ещё гарцующего коня, а рядом мечется еще одна лошадь с третьим, явно мертвым телом. Несколько гридней получили приказ спускаться прямо тут, пусть перехватить уже невозможно, но хоть догонят быстрее. Остальные тоже последовали за ними, но сторожко, без спешки.
Подъехали к стоящим лошадям. Оба всадника - наши герольды, еще с вечера отправленные наперед нами в село, оба мертвы. Пока сооружали из копий и щитов герольдов носилки для перевозки, из рощи появились догонявшие и догоняемые. Ещё один герольд, с разбитой головой и явно контуженый полученным ударом, ехал верхом, увязанный к сбруе. Как у Майн Рида во "всаднике без головы". Голова правда присутствовала на положенном ей месте, но находилась видимо в совершенном беспамятстве. Их дядька был цел, он и был тем всадником в неяркой броне, несколько ссадин никак не отразились на его здоровье.
Отряду пришлось разделиться. Моя группа и ещё несколько людей обслуги отправились обратно, сопровождая пострадавших. Первого мёртвого юношу в позолоченных доспехах уложили на спину, на его собственный щит, голова почти на щите - лежит удобно, а вот ноги поместились только до середины бедра и от колен свисают, но сползти не должен, привязали надёжно. Весь процесс я буквально проконтролирован глазами. Со вторым поступили аналогично, но это я уже так.. краем глаза примечал. Контуженный так и остался верхом привязан. А герольды-то тоже подростки, не намного старше меня. Похоже ожидаемая война уже добралась к нам, и я ехал в авангарде отряда, готовый к любой неожиданности. Во всяком случае мне так тогда казалось. Вероятно услышав странный вскрик со спины, обернулся (звуки отсутствуют, но причина обернуться конечно должна была быть) и успел увидеть непонятную картину.. лошадь беспамятного герольда чего-то испугавшись понесла с тропы в пропасть, а поводырь не смог её остановить и чудом не сорвался вслед. Подскочивший вслед герольдов дядька хлестанул беднягу нагайкой и сшиб человека своей лошадью в пропасть буквально в секунду. Ситуация жестокая, но вероятно не выходящая за правовые рамки, а потому недоумения не вызвала. На тот момент, всё случившееся выглядело как случайное стечение обстоятельств. Лошадь могла испугаться змеи или её пришпорил судорожно дёрнувшись, хворый всадник или ей что-то почудилось, или ещё по какой причине. Остановить взметнувшуюся в галоп зверюгу на нескольких метрах пространства шансов нет, а ответить за смерть княжича, хоть тот и из другого рода кому-то пришлось бы. И человек более высокого сословного положения, тут-же разрешил возникшую проблему, отправив провинившегося соплеменника вдогон проблемной потере.
Некоторое время спустя, мертвецы были перепоручены воинам у начала крепостной дороги и мой отряд в четыре боевые единицы, со всей возможной прытью развернулся на прежний маршрут. Догнали отряд князя мы уже у въезда на дорогу в предгорья. Ожидали ли нас специально, что-то насторожило или какая иная причина задержала, но наши отряды воссоединились именно здесь и сейчас. Справа - обрывистая каменная осыпь к реке, слева - долина, впереди - каменная громада скал над тропой вдоль русла, а из под тени этих скал, с проходящей там дороги, выбегают чужие воины. Десятка два лучников и пращников сразу заняли позицию среди валунов осыпи у речной кручи, справа. Мы сходу ринулись на них, рука уже потянула меч (с упором и навершием из костяных бабок разного размера железный акинак), как прозвучал сигнал рога к отступлению и так и не завершив атаки, на полном скаку довернули ещё правее и ушли в горы по ближайшей тропе. Рог прозвучал вовремя, уже выходя из атаки, обернувшись на левое плечо, я увидел сколь быстро и споро строилась вражеская пехота. Не менее двух десятков уже стояли в атакующем построении шеренгой по фронту и формировался четвёртый ряд по глубине, а воины всё выбегали, сходу встраиваясь и наращивая фалангу и неизвестно, сколько их ещё выбежит из тени.
Командир лучников был в десятке шагов передо мной и запомнился детально. Явно грек, молодой, русый, с крепким тренированным телом в короткой белой тунике, в сандалиях на голу ногу, с бронзовым поножем на левой, с шикарным аттическим шлемом на голове и натянутым критским луком в руках. Знатный противник. А вот помощник его выглядел как типичный перс, но тоже довольно знатный, во всяком случае, всё в его экипировке, от башмаков до невысокой тиары, было цветастое, богатое и не заношенное. Треть отряда выглядели персами, несколько греков, остальных быстро определить не удалось. Это противник несерьёзный, мы бы перебили их довольно быстро, но македонская фаланга в тылу - опасность смертельная. Большинство гоплитов одеты в линоторакс, на головах шлема от беотических до фиванских, медные, льняные и кожаные .. разные. Выглядел строй небогато, но сквозь густую щетину сарисс пробиться было б нереально, будь нас хоть и впятеро больше. Стоило немного замешкаться атакуя лёгкую пехоту, и фаланга бы нанизала нас на копья и столкнула в речное ущелье. Судя по слаженности действий, лохи не из новобранцев и имеют некоторый боевой опыт. (Уж не молодой-ли Филипп Македонский был тем греком.. или Александр?! Не историк я, информации не хватает к конкретным событиям привязать.)
Поднимались в горы весь день, и уже в сумерках въехали на перевал, где нас уже ожидало посольство с той стороны гор. Четверо людей, с ног до головы в одежде из чёрных шкур козлов и баранов шерстью наружу вынесли паланкин, драпированный завесами таких же чёрных шкур. Замечу, такая экипировка подходила условиям куда больше наших одежд, ибо полное впечатление, будто находимся внутри облака, обзор затуманен, вероятно довольно прохладно, водяная взвесь не намерена осесть на землю и стремиться промочить насквозь всё что только возможно. Паланкин опустили на землю примерно в ста метрах от нас и из него вышел некто в меховой накидке до земли, с высокой двурогой кикой на голове. На переговоры отправился князь с братом, а мы остались ожидать. Дождь и туман изрядно нарушают восприятие, в детве я полагал что из паланкина вышел старик, но теперь склонен предположить в той фигуре женщину.
Видимо ни о чём договориться не удалось и возвращение в крепость прошло в темноте и молчании. Во всяком случае, ничего запоминающегося не произошло. Уже поднимаясь по продолжительному подъёму крепостной тропы, где слева - довольно крутые скалы, справа - небольшие террасы балкончиков оборонительных рубежей, а за ними в нескольких метрах, невысокая крепостная стена из камня повторяет изгибы тропы, обратил внимание, что воины на постах спят сидя, одинаково откинувшись на щит, с руками сложенными на коленях. Ну спят и спят.. но отчего настолько похожи позы, никто не обращает на нас никакого внимания, даже головы не повернут!? Не успев сформулировать невнятную ещё догадку, отправил коня на обгон впереди едущих, к отцу, сказать, предупредить.. Не успел. Клинок вошёл сзади, под пластины доспеха, снизу вверх, от почки и до сердца. Сознание угасло мгновенно и сон на этом всегда заканчивался. Что это было, по каким причинам, когда и с кем случилось.. остаётся лишь догадываться. Вероятно, тело моё горело в одном погребальном огне с герольдами, потому-как отчего-то знаю что племя их встретило перед селением, забросав камнями и команду на побивание отдал едущий с герольдами дядька. Подло, насколько же всё подло.. могли же просто отказаться от защиты, отказаться от покровительства.. отец и оспаривать вероятно б не стал, мы бы просто покинули крепость и уехали охотиться или ещё куда.. Племя хотело выслужиться и устроило засаду на собственных защитников. Глупцы, живущие "здесь и сейчас", не желающие взглянуть в будущее. Свершили очередную подлость чтоб выжить с удобством.. что это дало.. тысячелетия стагнации. Тактика "выбора меньшего из зол".., а от чего же из добра не выбирается-то?! Видимо особенности мышления не позволяют поступать правильно, иного объяснения не нахожу.. глупость и подлость - естественные славянские поведенческие доминанты.