Друзья, эту история я готовил очень долго. Не каждый сможет осилить её внушительный размер и уж точно, что не каждый сможет осмыслить написанное. Если у вас получится, то я буду ждать вас в комментариях, чтобы поблагодарить и выразить уважение. Приятного прочтения.
Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас. (Еккл. 1:9-10).
Светлана, недавно потерявшая своего любимого кота, а вместе с ним, пусть и по иным обстоятельствам, родной дом, сидела на заднем ряду машины своих родителей. Она смотрела, как мама с папой ругаются, и никак не могла понять, получится ли найти в новом городе подруг, качели и песочницу. Но самое главное, сможет ли она найти такого же хорошего кота, каким был Уголёк. Пушистое, как чёрное облако копоти, весёлое создание. Маленькая Света помнила его столько, сколько помнила себя. И вот сейчас, в десять лет осознав неизбежность и цикличность смерти в круговороте вечности, девочка мечтала уже о новом коте.
А родители мечтали о новой жизни. Они посчитали, что маленькой дочери, да и им самим, будет куда лучше жить ближе к природе и подальше от городской суеты. И так, вопреки думам дочери, они переехали не в город, а в небольшое село на окраине тайги. Село, сулившее всем им страшные беды. Но, разумеется, что тогда об этом никто не знал, а если бы и знал, то просто не поверил бы, потому как произошедшее после больше походило на вздор, патологию душевнобольного, застывшего в памяти с гримасой ужаса и безумия.
— Марина, я тебя умоляю, переверни карту! Ты её держишь вверх тормашками! Так мы точно никогда не доедем! — восклицал муж, выпучив глаза и уже брызгая нервной слюной на лобовое стекло автомобиля.
— Да какая тут карта, если вокруг сплошной лес, а ты от меня требуешь непойми чего! Милый Женя, будь так любезен, езжай прямо! Думаю, мы ещё не проехали поворот.
Действительно, скромный дорожный знак легко можно было пропустить, но они не пропустили. Странное обстоятельство всё-таки завело молодую семью в село, где по всем признакам должен был находиться их новый дом. Признаки совпали… как знамение небес в ночь перед убийством царевича собственным отцом – Иваном IV, —подумал грустно Евгений, — вся семья заметно измучалась за время длительного переезда…
Остановившись у очень старого, но для них нового дома, первой из машины вывалилась Светлана, а уже за ней все остальные. Дом смотрел на новую семью квадратными глазами съеденных жучками оконных рам.
Недолго думая, девочку со всего размаху укусил слепень. Света принялась плакать.
— Тихо, доченька моя, пойдём в дом, там тебя никто не обидит.
— Мама, я не хочу жить в этом доме. Он страшный и холодный.
Марина понимала дочь, но воображение уже рисовало в этих окнах новые занавески, гардины, цветочные горшки и Бог знает, что ещё! Она задумалась, пока посторонний голос не отвлёк её.
— О, вы-то к кому? Спозаранку приехали… Все спят ещё!
Маленькая Света не без любопытства слушала бабушку, выглядывающую и выкрикивающую что-то из соседнего двора. Слушала, но понимала немногое. Марина тоже с трудом переводила деревенский диалект. От недостатка кофеина и человеческого сна извилины в мозгу двигались лениво, точно Уголёк после внеплановой трапезы.
— А, да, извините, что не предупредили. Мы выкупили этот дом. Жить в нём будем! — девушка кивнула на соседний дом. — Вот...
— Жить? Ооох. А у маленькой чего там? Укусил кто? Подай её сюда, помогу.
Света стеснялась, но отец, только что закончивший вытаскивать вещи из багажника, запросто подхватил дочь и отнёс к, как позже выяснилось, бабушке Томе.
Бабушка достала из холодильника мазь, и у девочки тот же час зуд стих. Пока Евгений переносил баулы в новый дом, девочка, женщина и бабушка успели неплохо подружиться. Три поколения, три человека. Кое-кто из них помнил ещё революцию, а кто-то мог бы застать далёкое будущее. Мог бы, но история не знает сослагательного наклонения.
— Не знаю, как вас угораздило, но нехорошее это место. Не хочу ворошить былое. Просто поверьте мне, жить здесь не каждый сможет.
Молодые девушки только хмыкнули и всё. Их разум был занят разглядыванием причудливого интерьера дома бабы Томы, а потому они почти пропустили мимо ушей слова, сказанные бабушкой. Лишь на секунду подумав о чём-то своём.
— Эй! Где вы там? — кричал Женя у калитки, подпирая собой старый штакетник.
Девушки встрепенулись и пошли на выход из дома, а затем и из двора. Она впервые побрели рассматривать новый дом, а Женя чуть задержался. Видимо, чтобы тоже познакомиться с интересной соседкой.
— Сынок, ты же мужчина, верно? — старушка сделала паузу, и Женя кивнул. — Так вот, слушай тогда. Девчат твоих я пугать не стала, всё равно они не в силах что-либо изменить, а ты вот знай правила и соблюдай их. Лес этот совсем древний и дикий, да и обычаи здесь не менее древние. В лесу том ведьмы беснуются, и коли потревожить их, они в дом твой придут, несчастье принесут. Увидишь смерть воплоти, скажи ей: «то не мертво, что вечность охраняет. Смерть вместе с вечностью порою умирает».
Женя захлопал ресницами и уставился на старушку. Он понимающе кивал ей, как голубь, а сам думал: «ну и побасенки! Старушка, похоже, плавно выживает из ума.»
Так они и разошлись. Старушка, уверенная в том, что предупредила новосёла о возможных проблемах, и Евгений, удовлетворённый тем, что он вместе с семьей добрался до живительного места. Места, где преобладает вкусный воздух, натуральные продукты, душа природы. Место, где просто чувствуется единение с мирозданием.
Примерно с такими мыслями он засыпал вечером, а когда проснулся, за окном уже стояла непроглядная тьма. Он проснулся не просто так. Его разбудил шёпот. Настолько громкий шёпот, доносившийся из глубин леса, что мужчине показалось, будто источник звука где-то здесь, совсем рядом. Так он встал с кровати и, убедившись в том, что жена спит, отправился на балкон. Второй этаж едва ли мог обеспечить хоть сколько-нибудь внушительную видимость на вековые дубы, но всё же что-то видно было.
Женя увидел яркое зарево в глубинах леса, сияющие длинными языками пламени деревья, каменные дома, выстроенные в ряд и уже обросшие мхом. Он видел и много костей, лишь слегка покрытых землёй. Он слышал, видел и понимал, что шёпот где-то там, за стеной непролазной растительности, но мужчина не понимал главного. Кто там? Духи леса или, быть может, диковинные звери? Он решил сходить и посмотреть, чтобы выяснить раз и навсегда, что в себе скрывает тайга.
И он пошёл. В пижаме и босыми ногами он углублялся в недра леса, чтобы найти то, что ещё не мог осмыслить.
Первое время ему ничего не встречалось, а глаза совсем отказывались видеть окружающую действительность. Ему казалось, что шёпот только отдаляется, а языке пламени и прочее – просто плод фантазии и не более. Мнение изменилось, когда он споткнулся о что-то торчащее из земли и упал.
Уже матерясь на самого себя за то, что решился идти в лес ночью, да ещё и неведомо зачем, он поднялся и увидел кость, торчащую из земли. Немного адаптировавшиеся к темноте глаза смогли рассмотреть нечто жуткое, пугающее молодого отца до мурашек. Дело в том, что оголённое ребро имело под собой плоть. Нечто лежало в земле, едва прикопанное рыхлой землёй. «Может тут человека звери растерзали?» — подумал Женя со странной очевидностью. Человек не просто лежал, он начинал шевелиться, подавать признаки давно ушедшей жизни.
Едкий запах отдавал плесенью. Евгений попятился назад. В его горле застыл крик ужаса, а мозг бестолково пытался сообразить хоть сколько-нибудь вменяемый ответ на дикость ситуации. И внезапно он вспомнил слова бабы Томы. Он вспомнил слова и произнёс их вслух.
«То не живо, что вечность охраняет. Жизнь вместе с вечностью порою умирает» — или как-то так, подумал он. И мертвец успокоился, перестал подавать признаки неестественной жизни.
В тот час Светлана спала беспробудным сном. Она ужасно устала от долгой дороги и была рада, наконец, выспаться в настоящей кровати. Однако топот, блуждающий по коридорам второго этажа, смог разбудить даже её.
«Кто это там ходит?» — подумала девочка. Это точно не могла быть мама, ведь мама там, на первом этаже, спит себе спокойно и ничего не слышит. А это топот маленьких ножек, цокающих когтями по паркету. Света вспомнила, что так по ночам бродил Уголёк, но он умер, и родители доходчиво объяснили, что теперь он на небесах вместе с другими котиками. Или всё же нет?
Чёрное облако проплыло сначала мимо комнаты Светы, затем вернулось и вошло внутрь. Девочка тут же почувствовала ядрёный запах земли. Она этого не знала, но это был гнилой запах. Такой же чёрный, как и раньше, но уже не такой пушистый, а больше обцмоктанный. Кот одним прыжком запрыгнул на кровать девочки, струсил с себя часть прилипшей к шерсти земли и уселся в ногах.
— Фу! Уголёк, от тебя воняет! Где ты был? — удивлялась Света, морщась и прикрывая нос рукой.
— Миа-у, — кот уставился на хозяйку жёлтыми глазами, знаменуя своим пришествием в доме не появление старого любимца, а воскрешение новых, невиданных ранее ужасов, с которыми семье ещё только предстоит столкнуться в следующей главе!
Друзья, благодарю за прочтение столь большой главы нового цикла рассказов! Впереди героев ждут безумные события, и как знать, куда они приведут... Подписывайтесь, чтобы быть рядом и ничего не пропустить.