Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

50 лет в лесу: как дезертир Янис Пинупс прятался от Великой Отечественной

Осенью 1944 года 20-летний латышский паренек бежал с поля боя. В армии его посчитали пропавшим без вести. На самом деле он вернулся в родную деревню Катлери, где обрек себя на добровольное заточение. Объявить о своем существовании он решился только через полвека, в 2007 году. В Красную Армию Я. Пинупс был призван после освобождения Екабпилсского края Латвии от фашистов в августе 1944 года. К тому времени его родители умерли, а дома остались два брата и сестра. По его собственному признанию, юноше удалось принять участие только в трех боях. В последним из них он был контужен, а когда пришел в себя, обнаружил, что рядом никого нет. На дорогу домой через леса у беглеца ушло почти два месяца. За это время он преодолел 250 километров. В деревне Кокнесе добросердечные соотечественники дали ему гражданскую одежду. К родному дому он добрался 7 октября. Жизнь в подполье Поначалу Пинупс жил в лесу, а домой приходил только по ночам. Однако приближавшаяся зима заставила его перейти ближе к жилищу,

Осенью 1944 года 20-летний латышский паренек бежал с поля боя. В армии его посчитали пропавшим без вести. На самом деле он вернулся в родную деревню Катлери, где обрек себя на добровольное заточение. Объявить о своем существовании он решился только через полвека, в 2007 году.

В Красную Армию Я. Пинупс был призван после освобождения Екабпилсского края Латвии от фашистов в августе 1944 года. К тому времени его родители умерли, а дома остались два брата и сестра. По его собственному признанию, юноше удалось принять участие только в трех боях. В последним из них он был контужен, а когда пришел в себя, обнаружил, что рядом никого нет. На дорогу домой через леса у беглеца ушло почти два месяца. За это время он преодолел 250 километров. В деревне Кокнесе добросердечные соотечественники дали ему гражданскую одежду. К родному дому он добрался 7 октября.

Жизнь в подполье

Поначалу Пинупс жил в лесу, а домой приходил только по ночам. Однако приближавшаяся зима заставила его перейти ближе к жилищу, и он поселился на скотном дворе, где вырыл себе землянку. О том, что Янис жив, никто из односельчан не знал: семья опасалась доноса и ареста. И все же полным затворником назвать его нельзя: он ходил в лес за грибами и ягодами, помогал родным по хозяйству.

Через 10 лет братья построили новый дом в соседнем поселке, Янис же остался в старом ветшающем, где к тому же не было электричества. После смерти братьев единственным человеком, знавшем о его существовании, осталась сестра. Судьба Яниса определила ее собственную: женщина не стала выходить замуж, беспокоясь, что семейная тайна станет известной кому-то.

Долгий путь к людям

Янис Пинупс в возрасте 70 лет
Янис Пинупс в возрасте 70 лет

Первую попытку выйти из своего убежища Пинупс совершил только через 25 лет затворничества. Однако какой-то прохожий узнал его, хотя не смог вспомнить имя. Страх снова загнал Яниса в подполье. Однажды он был вынужден обратиться к врачу, и сделал это в соседнем поселке под чужим именем.

Объявить о своем существовании Пинупс отважился только через несколько лет после того, как Латвия стала отдельной страной, где итоги Второй мировой войны были переосмыслены. В 1995 году в местном полицейском участке он заявил, что дезертировал по религиозным убеждениям. После проверки Пинупс получил новые документы и до самой своей смерти в 2007 году каждое воскресение ходил в церковь.

О судьбе последнего советского дезертира рассказывается в книгах Донатаса Грейзиса Безмолвная война», Эдварда Лукаса «Обман» и Янины Курсите «Сфумато несфумато».