О том, что творилось в подвалах Харьковского ЧК жители города знали не по наслышке. Местный комендант харьковского концлагеря товарищ Саенко Степан Афанасьевич пускал в расход всех, кто попадал ему в руки. Причем живые узники саенковского концлагеря завидовали тем, кого просто расстреляли. Саенко не любил торопиться:
Саенко (товарищ Куна, комендант города) говорил, что людей расстреливать он не будет: пули нужны на войне, а он просто — ножом. (Из дневников поэтессы Ирины Кнорринг «Повесть из собственной жизни» (в 1919 году её семья жила в Харькове по адресу Чайковская, 16.)
Вскоре в город вошли части Добровольческой армии. При их содействии городская Дума создала комиссию по расследованию злодеяний большевиков. В частности Харьковского ЧК. Комиссия обнаружила множественные свидетельства бессудных расправ не только над офицерами, предпринимателями и священнослужителями, но и над невинными мужчинами, женщинами и даже детьми. Были найдены и сфотографированы тела со следами расправы, которую большевики учинили над этими несчастными. Эти снимки сохранились до сих пор.
Перед уходом из города большевики в срочном порядке ликвидировали всех политических узников в своем лагере. Практика эта была не нова. То же самое делали и белые перед отступлением. Но Саенко все это доставляло удовольствие. Сам он говорил об этом так:
Он говорит: меня все равно повесят, так я хоть сейчас буду наслаждаться убийствами (мелкие залпы). И наслаждается. Я не видела человека более злого. (Там же)
И все же некоторым политическим удалось спастись. Комиссия по расследованию деятельности Харьковского ЧК смогла допросить спасшегося гражданина Преображенского, которого большевики записали, как "контру" и решили расстрелять перед уходом. Преображенского допрашивал член комиссии Валентин Лехно. Вот что он рассказал:
...палач ЧК Саенко и, обходя камеру за камерой, вызывал по списку людей, которых через 10-15 минут расстреливал тут же во дворе тюрьмы. Саенко, как всегда, был вдребезги пьян. Войдя в камеру, где содержался Преображенский, он вызвал двух и третьим назвал Преображенского, на что тот спокойно при абсолютном молчании камеры ответил: "Да вы его вчера расстреляли". "Ага", — промычал Саенко и вышел из камеры. Камера Преображенского не выдала, но только за ту ночь он совершенно поседел (Валентин Лехно, член комиссии по расследованию преступлений Харьковской ЧК в своих мемуарах)
К сожалению харьковский чекист так и не понес заслуженного наказания. Он дожил до 87 лет. Это очень редкий случай, когда один из деятелей Красного террора в дальнейшем пережил чистки и скончался от естественных причин. Часть палачей попавшая в руки к белым была приговорена к высшей мере. Другая часть не пережила массовые сталинские чистки. Сталин идя на поводу у своей мании преследования уничтожал всю старую "ленинскую гвардию", среди которой были и "матерые чекисты".
Возможно, что Саенко сумел выжить по причине того, что вовремя отошел от дел. Когда Дзержинского поставили руководить Высшим советом народного хозяйства, "Железный Феликс" стал назначать на должности руководителей предприятий своих людей. Одним из таких людей стал палач Саенко. Таким образом он отошел от дел и избежал расплаты. Но хочется верить, что есть еще высший суд, на котором каждый должен ответить за свои поступки, независимо от того "белый" он, "красный" или "зеленый".
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые статьи и ставьте нравится.