Вот теперь точно писец. Большой такой, пушистый. С медным тазом на голове. Неизбежный, как похмелье после хорошей попойки. Как ремонт квартиры после переезда. Как очки для чтения после 45 лет. Как ... больше вариантов в голове не появилось, и Андрею пришлось прервать этот трагический диалог в голове. Тем более, что ощущение смерти не присутствовало ни в теле, ни в осознаниии. Потрогал себя, он ощутил текстуру ткани одежды, через потертости и дырки от бега в междувременье - кожу и даже раны. И они кстати были тоже чувствительны. А насколько он помнил разные рассказы о путешествии за грань жизни - боли и прочей телесной составляющей там нет. Вот и холодок начал ощущаться к тому же ...
Андрей стоял у мега инсталляции » Страшенный упырь протыкает шипами героя-неудачника». Инсталляция была в натуральную величину, почему -то серого цвета. У героя было нелепое выражение лица, чего не скажешь про морду этого чудовища. Все было сосредоточено на движении внутрь бренного теля героя. Единым потоком, каждая лапа, мышца - все было сведено в одну точку - убить. И, сука, убил же. Восхищение омерзительной мощностью и целеустремленностью смешалось в одно и реализовалось в стремительный пинок в заднюю лапу.
Инсталляция пропустила через себя волну, разошедшуюся кругами. И больше ничего. Ни ощущения удара, отсутствие урона противнику, в следствии этого и отсутствие морального облегчения у пинающего. Зато плюс еще одно доказательство, что путь его закончен, и пинает он сейчас собственные картинки в агонизирующем мозгу.
Инсталляция снова подернулось волной, теперь же наоборот собирающейся в центре приложения морального выплеска. И снова все замерло. Только из этого места неожиданно выпал кусок, похожий на кирпичик лего. Упал беззвучно и как будто невесомо. Андрей обескураженно и удивленно таращился на него. Далее все пошло еще чудесатее - инсталляционный монстр стал разваливаться, будто собранный из поддельного китайского конструктора. Монстр таял, а кучка серого лего росла. Неприятно заболело в груди, перестало хватать воздуха и Андрей изо всех сил попытался вздохнуть. Не получилось и одновременно он почувствовал, что летит спиной назад...
Доспех звякнул и заскрежетал, прочерчивая полосу по бетонному полу недостроенной высотки. Движение прекратилось, а воздух в легкие так и не поступал. Андрей рванул вмятый нагрудник, освобождая ушибленную грудь. Дышать было восхитительно, хоть и в ПАРе. Метрах в пяти таяла серая куча, ранее именовавшаяся упырем.
- Да охренеть! - все, что вырвалось у него между жадным вдыханием воздуха.
- Ну давай, наваливайтесь! Я вас всех на пазлы разберу, суки! - истерика и ярость смешались в адов коктейль, залпом заполнивший его тело.
А в ответ тишина. Никто не спешил навалится, сожрать, проткнуть, растоптать или разорвать берсерка с красными глазами, с мечом в руках, на которых пульсировали вены с разгоряченной кровью.
- Браво, а ты намного интереснее, чем про тебя рассказывали. - Знакомый голос и хлопки в ладоши раздавались из-за колонны. - Выйти то можно, под раздачу не попаду?
- Света? Ты как тут? - Андрей обмяк от неожиданности, меч выбил приличный кусок бетона при соприкосновении с полом. - Я просто... подожди...я вообще ничего не понимаю...
- Не понимаешь и не видишь дальше собственного меча. Люблю это свойство мужчин - не видеть ничего вокруг, кроме узкой дороги перед собой. Вы ж как в дуло танка смотрите на жизнь. А вокруг такие поля...
- Подожди...
- Если я буду ждать, когда ты отдуплишься, я ж помру, старая, дряхлая с вязанием на коленях.. Так что, на выход ...
Они стояли на той же поляне, только её глаза были совсем другие.
Исчезла Вселенная, которую он видел тогда. В них сталью блестела Смерть.