Как я писала раньше, где-то через месяц, в процессе лечения микоплазмоза у нашего кунёнка, нас отправили на рентген. И он показал наличие жидкости в грудной полости.
Жидкость в грудной полости или гидроторакс — штука очень опасная. Лицо и слова врача и без того не обнадеживали, но я ж умная (нет), я же еще и в интернет полезла.
Интернет сказал, что котёнку конец.
Свекровь сказала: «Ну что ж, сколько проживёт, столько проживёт. Хорошо, что вам достался, у кого другого уже бы сдох».
Муж сказал: «Не плачь. Будем лечить».
«$#*@%!!!» — сказала я в адрес недобросовестных заводчиков. Мысленно.
Стали лечить.
Я экстренно научилась делать уколы в котячьи лапы и под шкирку. Спустя год я делаю это почти так же изящно и небрежно, как любой ветеринарный врач, а тогда, помню, это стало проблемой. Только железная рука свекрови помогла мне и направила в этом нелегком деле.
Кот боялся уколов и ходил грустный.
Но после курса лечения повеселел.
Второй рентген показал отсутствие жидкости (аллилуйя!). Но нас дополнительно отправили на УЗИ грудной полости. В обычной клинике его не делали, пришлось ехать в другую. Там Моньке выбрили кусочек шерсти на груди и долго водили по ней датчиком.
Потом мы долго ожидали результатов в коридоре. Наконец их принесли. Что-то не так. Я спешно продираюсь взглядом сквозь непонятные медицинские термины. Парастернальная проекция… систолическая функция левого желудочка не нарушена… плевральный выпот отсутствует… Вот он, диагноз.
«Недостаточность трикуспидального клапана».
Через некоторое время я научилась произносить это наизусть и без запинок.
Дело вот в чём.
У мейн-кунов, в силу породных особенностей, есть слабые места по здоровью. Вследствие немаленьких размеров — это суставы и сердце.
Животные с кардиологическими нарушениями не должны допускаться в разведение.
Я в очередной раз помянула недобрым словом заводчицу. «Генетические тесты проводятся регулярно», ага. Я знаю таких. Гонясь за выгодой, она не стеснялась брать в разведение всех подряд. Кто-нибудь выживет, там спихнём клиенту, деньги в карман, и хорошо. То, что животные мучаются, им наплевать.
В нашем случае прогноз был таков.
Поскольку котёнку было примерно полгода, он ещё находился в стадии активного роста. Существовал ма-а-а-аленький шанс, что в процессе взросления этот самый клапан сам зарастёт и придёт в норму. Где-то один из ста.
Поэтому рекомендовано было повторить УЗИ сердца в год. А пока нам прописали таблетки для животных с сердечной недостаточностью. Недешевые таблетки. Но никто из нас с мужем ни на секунду не задумался, покупая их. Принимать таблетки следовало каждый день.
А вы знали, что в мире существуют кошачьи кардиологи? Теперь знаете.
Время шло, котёнок рос, я молилась.
В феврале настал день икс.
Мы сделали повторное УЗИ…
И оно оказалось без патологий!
Сердце нашего Миуды само собой вылечилось. Нам повезло и этот крохотный шанс сработал.
Конечно, нельзя сказать, что он стал прям здоров.
Хоть все клапаны теперь в его сердечке и на месте, но оно всё равно временами пошаливает. «Кот-сердечник — горе в семье», — шутит муж. Особенно в плохую ветреную погоду кот становится грустным и вялым, его может начать потряхивать, поэтому в такие дни даём ему те таблетки. Необходимость в ежедневном пожизненном приёме отпала, но время от времени они нужны.
Кроме того, никуда не делся микоплазмоз, ослабляющий ему иммунитет. Обострения случаются где-то раз в полгода, тогда ему нужно давать лекарства или делать уколы.
Но главное, что кот остался с нами и по большей части неплохо себя чувствует. Живёт зацелованный и затисканный и искренне считает себя главным в доме.
А недобросовестным заводчикам я передаю привет. И желаю здоровья.
Спасибо, что дочитали.
Подписывайтесь на канал.