Во времена моей юности самыми зрелищными видами спорта в СССР были футбол и хоккей. С точки зрения правил, футбол — одна из самых простых игр: чтобы понять основные правила этой игры, достаточно посмотреть всего несколько матчей. При этом стратегия футбола отличается сложностью и глубиной. Главная цель игры проста — забить в ворота соперника как можно больше голов и пропустить в свои как можно меньше.
Однако вопрос о способе достижения этой цели вызывает бесконечные дискуссии. К примеру, национальная сборная Италии традиционно предпочитает игру от обороны. Простая логика подсказывает: если соперник вам не забивает, то ваша команда не проигрывает. А вот бразильцы всегда стремились достичь той же цели совершенно иными, атакующими средствами, играя по принципу «вы забьете нам, сколько сможете, а мы вам — сколько захотим».
Представьте себе, что вы знакомитесь с шахматами по учебнику для начинающих, где не хватает нескольких страниц. В результате вы научились расставлять фигуры в начальную позицию, делать ходы и брать фигуры соперника, но не имеете ни малейшего представления об окончаниях и о мате королю. Какой толк от того, что вы преуспели в расчете вариантов и фланговых маневрах, если у вас нет конечной цели?
Без цели игра не имеет смысла.
Старинная шахматная поговорка гласит: «Плохой план лучше, чем никакого». Это скорее остроумно, чем справедливо. План, конечно, необходим, но каждое решение, каждый шаг должны быть в нем четко обоснованы. Без учета различных нюансов сложной позиции вы сможете принимать лишь самые очевидные решения, и такой план принесет вам успех разве что в игре с более слабым противником.
Необходимо учитывать тот факт, что новая идея, на разработку которой раньше уходили месяцы, а то и годы, теперь может быть применена другими игроками уже на следующий день.
Это ускорение отразилось и на самой игре. В 1987 году я сыграл в Лондоне матч из шести партий по «быстрым шахматам» с англичанином Найджелом Шортом (через шесть лет он бросил мне вызов в поединке за мировую корону).
Это был первый матч такого уровня с сильно укороченным контролем времени. Каждый из нас имел лишь по 25 минут на всю партию — гораздо меньше, чем в классических шахматах, где игра может длиться до семи часов.
Сыграв перед матчем несколько тренировочных партий с новым контролем, я обнаружил, что и при нехватке времени на тщательный анализ ходов игра все-таки сохраняет сложность и глубину. Но вместо вдумчивого изучения позиции надо больше полагаться на интуицию. Оказывается, интуиция Bicyne с быстрым расчетом выходит здесь на первый план, а долгосрочное планирование и стратегические цели отступают на второй или даже вообще игнорируются.
Любопытно, что такая игра по душе многим шахматистам: те, кто не любит строить далеко идущие планы во время семичасовой партии, предпочитают классическим шахматам быстрые. Впрочем, большинство сильнейших гроссмейстеров, независимо от контроля времени, основывают свои расчеты на стратегическом планировании.
Когда есть базовая стратегия, анализ позиции может быть и быстрым, и весьма эффективным. Если же вы играете без плана, то ваши решения будут спонтанными. Перескакивая ход за ходом от одной позиции к другой, вы вместо движения к основной цели решаете лишь текущие задачи.
Статья написана на основе книги Гарри Каспарова «Шахматы как модель жизни»
*(признан в России иноагентом)