Когда много лет назад я был владельцем русского магазина, то иногда, как я честно описываю, мне приходилось выпивать на работе, хотя все знают, что я человек непьющий. Непьющий, естественно, по русским стандартам.
И только однажды за несколько лет посетителю удалось вовлечь меня в полномасштабную русскую пьянку прямо на рабочем месте.
Как-то раз, когда в нашем магазине был полный штиль, как и во всём городе, где-то с часу дня до четырёх, к нам зашёл обычный мужчина, в красном спортивном костюме с двуглавым орлом на спине.
Единственное, что его отличало, были его огромные гусарские усы и такие же огромные, как блюдца, голубые глаза.
С виду ему было лет сорок пять, он производил впечатление обаятельного человека. Зайдя в магазин, он прошёлся по нему, купил баночки консервов, и никуда не спеша, остановился возле прилавка поболтать.
А у нас в магазине было продумано всё для того, чтобы привлечь покупателей: детям часто дарили мороженное и обязательно — конфеты.
А для особо отличившихся покупателей было припасено бесплатное пиво для мужчин, а дамам — коробки конфет, в общем: «Дитям мороженое, а бабе цветы».
Этот покупатель отличался от остальных сверх обаятельной манерой общения, которая заставляла любого собеседника почувствовать себя с ним как в компании старого друга.
Слово за слово, и я угостил гостя бутылкой пива, потребовал от него клятвенного заверения, что «на этом — всё!», и он побожился, что сегодня — больше ни капли!
Где-то полчаса мы приятно беседовали, и, выпив бутылку пива, мой новый знакомый сказал, что вернётся через минуту, и действительно вернулся, но, к моему ужасу, в руках у него была огромная бутылка бренди, которую он купил в ликёрсторе.
Мой гость подошёл ко мне и сказал, что как порядочный человек не может не ответить на мой подарок и должен подарить мне вот эту бутылку прекрасного бренди.
Я понял, что капкан захлопнулся, достал два бокала, нарезал красной рыбы, лимон, и ещё чего-то подходящего к случаю.
Магазин был просторный, мы расположились у декоративного камина, а стойка прилавка была на противоположной стороне, и мы, в общем-то, не мешали покупателям, и по-гусарски, не хуже Боярского в фильме “Три мушкетёра”, выпивали и закусывали в живописном уголке.
А женщинам-покупательницам срочно понадобилось что-то именно в нашем углу, они открывали дверцы холодильных шкафов и подолгу всматривались в их чрево, при этом всё их внимание было сосредоточенно на кончиках любопытных ушей.
Это был единственный за полтора года момент, когда я позволил себе выпить прилюдно. Надо добавить здесь, что задолго до этого обо мне уже ходили слухи, что я гуляка, бабник и агент всех разведок мира, особенно КГБ.
К счастью, пока мы пили, в магазин заходили не только женщины, но и знакомые парни. Мы предлагали им по рюмке бренди и отказов, как вы сами понимаете, не было, что хорошо, иначе бы мы легли от первой же бутылки.
Успешно закончив с безразмерной бутылкой, мы сами не заметили, что мой помощник закрыл магазин и, оставив нам только дежурное освещение, молча ушел домой.
Наш маленький сабантуй перешёл в следующую фазу, когда на душе так хорошо, что хочется, чтобы это никогда не кончалось, а если есть ещё бутылка, то и усилить ощущение счастья.
Я молча пошёл и достал ещё одну бутылку армянского коньяка.
Когда мы её допили, было уже за полночь. Мой друг улёгся в огромную гору конфет, выложенную на специальном поддоне посреди магазина, и выглядел как ангел, засыпанный жёлтыми осенними листьями.
Я с завистью смотрел на него и удивлялся, как он, совершенно ни о чём не заботясь, доверился мне, первому встречному. Таких людей сам Бог бережёт, ничто им не страшно, вся вселенная на их стороне, ибо они не замышляют ничего плохого, и сами ни от кого плохого не ждут.
В этот момент я испытал не только чувство зависти, но и, как говорят японцы, сатори, что означает маленькое озарение или прозрение.
Полюбовавшись этим прекрасным зрелищем, я вышел из состояния медитации и начал думать, как быть дальше, ведь если оставить друга в магазине спать на конфетах, он может простудиться под беспрерывно работающим кондиционером. Пришлось погрузить его в его машину и поехать по домашнему адресу его навигатора.
Благополучно доставив его в гостиничный номер, я оставил его машину на стоянке гостинницы, и, сев в такси, поехал домой.
На следующий день он в самом лучшем виде появился в моём магазине уже с женой под руку. На его лице не было ни грамма усталости от бессонной ночи, и первое, что он мне сказал, лучась своей бесшабашной улыбкой, была фраза: «Что за пьянка, если на следующий день не стыдно?»
И правда, подумал я, а сам боюсь оступиться, запятнать честь офицера. Нет, чтобы напиться, как нормальный русский человек, погулять с душой на распашку, слиться , так сказать с природой, расслабиться.
Вот поэтому меня люди и не любят, с горечью подумал я.