Брусовые стены, покошенные от старости, пропускали через свои щели ветер с улицы. Сквозняк выдувал все тепло в единственной комнате. Я сидела на деревянном стульчике, в шубе из оленьей шкуры и валенках украшенными вышивкой из бисера. Ножки болтались на весу, а подбородок ели доставал до подоконника. За разбитым окном бушевала метель, дальше полутора метра ничего не было видно.
Странные звуки из сеней донеслись дом меня. Что-то громко падало и разбивалось. Немедля пришлось спрятаться за печкой. Накрыв себя с головой, вязаной тряпкой. Страх сковал маленькое тельце, сердце стучало как бешеное, заглушая все вокруг.
Огромный мужик ворвался в гостиную, весь в лохмотьях, побитый, изуродованный. Долго принюхиваясь, он повернулся в мою сторону. Его глаза были налиты кровью и ярко святились. Медленно и верно он подходил ко мне все ближе, но вдруг ворвалась женщина со сковородой в руке и напала на уродца. Избив незваного гостя до смерти, она посмотрела на меня, сняла вязаную тряпку и улыбнулась.
«Нужно срочно уходить, мертвые души уже тут!» - сказала она и вывела меня на улицу. Повсюду ходили странные люди, они мычали, падали, кидались друг на друга разрывая плоть и у каждого были ярко красные глаза. Усадив меня в сани, она дала последнее напутствие – «Не смотри никому в глаза, оленя не бросай, беги, я их задержу!»
Все дороги замело, сани, постоянно застревали в сугробах. Пришлось отцепить оленя от саней и сесть верхом. По дороге к нам прибилась свора зараженных собак. Огромные, обозленные, разодрали моего пса. Его тушка задержала свору не на долго, после чего они напали на оленя. Покусывая с начала за ноги, следом отрывая куски плоти с туловища. Один из псов сбил меня со спины животного. Я пыталась со всех сил вывести его за собой дальше, отмахиваясь палкой от собак, но ничего не помогал. Голубые глаза еще живого, рогатого друга стали наливаться кровью, судороги сводили его тело, пена полилась из пасти. От беспомощности срезы хлынули рекой.
Звон колокольчиков, хруст снега под давлением саней, мужской голос, который так давно мне знаком, звал из далека, с каждой секундой он был все ближе. «Иди сюда, оставь его, быстрее!» - вопил мужчина. Сильные руки подняли меня вверх и утащили в сани. Укутав в шкуры животных, мы двинулись дальше по дороге.
Собачья упряжка неслась вперед, метель совсем успокоилась, заснеженные равнины севера блестели от лучей солнца, впереди виднелись города, окруженные высокими стенами. Все бы ничего, но нас преследовали толпы зараженных людей, которых захлестывал голод и злость.