только успел? Я пошел уже, было, к нему, как он дернулся, подскочил и зашипел.
- Мда, такая себе благодарность за спасение! А ну кыш!
Я махнул рукой, и котяра спрыгнул с кресла, спину выгнул и шипит такой. Только вот... не на меня. А в коридор как будто. Как будто там... есть кто-то. Я обернулся, и... и завопил в голос, отскакивая назад.
В коридоре, напротив дверного проема, стояло... нечто. Скрюченное, какое-то все неправильное, как будто его перерубили по всем конечностям и заново слепили! Оно все синюшное, в пятнах гнили, плесени какой-то, и вонь такая от твари этой исходила, что меня затошнило конкретно. Оно... стояло и рот открывало жутко, издавая хриплые мычащие звуки, а затем... затем на меня двинулось ломаной походкой такой: урывками, дергаясь, как под эпилептическим припадком каким! Оно явило свою рожу жуткую на свет, и это... это тетка мертвая, искромсанная вся! Нижняя челюсть оторванная, на шее гнилая рана, а руки... руки, мать ее, от локтя как отрезанные и заново под неправильным углом приделаны.
Кошак сиганул под диван, а она надвигается - на меня, надвигается, и звуки эти мычащие издает своей дохлой глоткой! А мне бежать некуда - сзади стена, и защититься нечем! Разве что... я схватил мамину вазу и запустил в тварь эту! Попал куда-то по роже, но ей - хоть бы что: она, наоборот, зарычала и рванула на меня, с одной вывернутой ноги на другую переваливаясь.
Я в панике непослушными пальцами набрал 112, хотя, ****, чем они мне помогут сейчас?!
Оно рванулось на меня, и я смутно услышал свой вопль, а затем провалился, видимо. Последней мыслью стало: "Мне конец!"
Я пришел в себя от легких похлопываний по щекам, и, кое-как разлепив глаза, увидел над собой обеспокоенное лицо матери. На заднем плане офигевший Анатолий, и... менты шарятся. Голова раскалывалась жутко, а я судорожно осматривался в поисках... да, тварюги этой стремной. Но ее не было нигде.
- Что у вас произошло? Это ты в трубку кричал, парень? - обратился ко мне один из стражей порядка.
- Я... наверное... там оно... из ванной выбралось.
Наверное, они бы мне не поверили, никто из них, решили бы - розыгрыш, и уехали бы. Но второй мент все же заглянул в ванную. И его безэмоциональная рожа вытянулась.
- Что там, Козлов?
- Лужа вон, и смердит так... тьфу ты!
Мент этот, Козлов, нагнулся, стал осматривать пространство под ванной, то и дело, матерясь. Пока второй с сомнением осмотрел записки в косяках дверей и нарисованные кресты.
А затем Козлов этот извлек покрытый плесенью черный пакет. И... твою мать, я до сих пор хочу забыть этот эпизод: когда они мешок этот вскрыли, там руки и ноги, отрезанные от тела, сгнившее все уже, ссохшееся. Я дальше не смотрел, и едва снова не отключился.
С квартиры той мама с Анатолием съехали, конечно. А вот хозяйку хаты, бабку ту тихую, по судам затаскали, ведь в трупе том ее невестку опознали. Жуткая история, о ней потом в СМИ нашего города долго трепались. Мол, муж жену зарубил топором, а труп под ванной по частям спрятал. Правда, сам он умер при загадочных обстоятельствах спустя полгода. Мать его там тоже жить не смогла и стала квартиру сдавать. А айтишник Анатолий жил себе и не подозревал, что у него тетка зарубленная прямо под ванной лежит...