Олеся испугалось, у нее мелькнуло: «Может поэтому он и сидит тут? Скрывается от кого-то или чего-то?».
- У меня накопления есть, я тут подзаработал. Ты свою часть наследства получишь. И уедем.
Олеся несколько дней обдумывала предложение. Вадик не просто так предложил. Значит знает, как это сделать. Возможно, это выход. Иначе останется она на бобах. Ладно бы просто развелся, на ее место тут же припрется какая-то Танька.
Олеся уже знала, что эта Таня обычная баба, всего на год младше Юры, да еще и с прицепом. Больше из мужа и свекрови не удалось ничего вытянуть.
Нет. То, что ее вышвырнут вон, как старую ненужную ведь, Олеся не могла перенести.
- Начнем с простого. Что он у тебя пьет? - видимо у Вадика уже был план.
- Ко..ьяк. Иногда. Или в..ски.
- Купи в магазине. Я дам тебе, что в бутылку подлить. У нас в стране знаешь сколько паленым ал..голем травится?
Олеся испугалась. Ага. Выпьет. Отравится. Ее по судам затаскают.
- Как я его напою? Он дома не живет. У этой почти всегда...
В субботу вечером Юре позвонила Олеся. Рыдала, сказала, что на даче решила срезать дорогу от станции, оступилась, упала, сильно ушиблась. Попросила приехать забрать.
На даче Юра обнаружил полулежащую Олесю и суетящегося рядом с ней сторожа из соседнего товарищества.
- Я упала, встать не могла. На помощь звала. Вот Вадик услышал, дотащил до дома, - плакала Олеся. – Если бы не он…
- Да ладно. Хорошо, что я рядом проходил. И хорошо, что ничего не сломано. Давай, за ее здоровье! Я как раз из магазина шел! – Вадик вытащил бутылочку кон...яка.
- Я за рулем!
- Нечего ее сейчас трясти. Сейчас выпьем, она расслабится, завтра поедете.
- Вы пейте, а я не буду.
Юра действительно пить не хотел, ночевать на даче тем более. Хотел поскорее вернуться обратно к Тане. Он уже сделал Тане предложение и попросил родить ребенка. Она согласилась. Так что Юра теперь вообще ни капли в рот не брал. Мало ли как это на ребенке отразится.
По дороге домой Юра заявил Олесе, чтобы отдала ему ключи от дачи и больше туда не ездила.
- Ладно. С алкоголем больше лезть не будем. Будем действовать кардинально! – объявил Вадик. – Я все продумаю и тебе скажу. И вот еще что. Надо тебе забеременеть. Ребенок же тоже наследник. Бабка с дедом вряд ли себе что потребуют, если внучок у них будет. Как раз чтобы к моменту, когда мы Юрца твоего того, чтобы ты была беременная.
- Возникнет вопрос, чей ребенок. Я же говорила, что он почти не приходит домой. Все у Татьяны. У нас было еще до появления этой твари.
- У вас не было. У нас будет. Иди сюда. Его родители что, в вашей спальне дежурят?
- А потом?
- Что потом? Что я ребенка своего не воспитаю. Вступишь в наследство. Выждем годик. Я появлюсь, повстречаемся для вида. Распишемся. Стариканам, думаю, надо будет помочь успокоиться. Пожили. Хватит. Усыновлю ребенка. И все. Будем семьей жить.
Олесе план понравился.
Только «кардинально» не получалось. Вадим проследил за Юрой. Узнал адрес этой Татьяны. Вернее, номер дома и подъезд. Соваться в подъезд боялся – висели камеры. Расспрашивать всех и каждого тоже. Двое местных забулдыг ничего о Тане не знали. Юра и его баба с ребенком жили размеряно. Садик ребенка-работа-дом-площадка-магазин. Вечера проводили дома. Днем, на глазах у людей что-то делать было страшно. К тому же надо было обставить так, чтобы подозрения не пали на Олесю.
Олеся махнула рукой. Даст развод. Затребует квартиру, Юра вроде согласен.
Она как раз думала, может быть сможет стрясти с него эту, новую квартирку, когда из-под кухонных шкафов полилась вода. Так уже было пару недель назад. Стиральная машина начала полоскать, сбрасывать воду и полилось. Видимо, забилась труба между этажами.
Олеся позвонила Юре. Сантехникам она не доверяла. Тот приехал, чертыхался, отодвигал кухню. Взгляд Олеси, когда он велел принести отвертку из коридора, упал на телефон, который валялся в прихожей.
Пока муж возился, Олеся открыла телефон. Хотя бы узнает номер этой Татьяны. Мало ли зачем пригодится.