Одно из самых удивительных событий последней недели - 9-я Биеннале современного искусства все-таки состоялась. Не в стенах Новой Третьяковки, конечно, а в виртуальном пространстве, но все-таки. Посмотреть работы выставки можно на сайте и самим сделать вывод о соответствии или несоответствии уровня высоким требованиям.
О том, что ждет выставку дальше и чем закончился грандиозный скандал с Третьяковкой «КП» удалось узнать у руководителя Биеннале Юлии Музыкантской.
- Юлия, ранее вы говорили, что вам чуть ли не срок может грозить... Чем сердце успокоилось?
- К счастью, проблема с целевой государственной субсидией решилась. Наш отчет приняло Министерство культуры, за что ему огромное спасибо. С одной стороны, а как могло быть иначе, если все привлеченные средства были потрачены правильно: стены - возведены, экспонаты - созданы и доставлены. С другой стороны, доказать это мы смогли просто чудом.
- Я так понимаю, что чудо, которое позволило отчитаться - это есть сайт Биеннале...
- Все фото и видео, которые есть, были сняты на телефоны за 20 минут вечером третьего ноября, до того, как нам запретили вход на площадку. За три недели, которые прошли от закрытия до демонтажа, мы постоянно обращались в Третьяковку с просьбой разрешить нам снять экспозицию». Но нам не позволили, так что пришлось действовать по ситуации. В итоге, 9-я Московская биеннале, безусловно, состоялась, хотя формат выставки поменялся.
Спасибо чиновникам за понимание и толерантность, ведь решение, принять ли отчёт, зависело от того, захотели бы они пойти навстречу. Однако от панических комментариев пока не буду отказываться. Нам предстоит еще отчитываться и перед Президентским фондом культурных инициатив, и Промсвязьбанком, и ОАО РЖД...
- Если откровенно, вы поняли, в чем была претензия и почему выставка не открылась в стенах Третьяковки?
- Думаю, изначально проблема в том, что все привыкли считать, будто современное искусство - это всегда про скандал, оппозицию и про фигу в кармане. Поэтому никто и не рискнул заступиться. А у нас не было никакой фиги и скандалов.
Зрителю 9-й биеннале мы предложили задуматься о правильных вещах, но при этом сложные темы получились визуально эффектными.
Например, очень сложная инсталляция «Память» Сергея Бугаева - про десятки снесённых в Европе и на Украине памятников нашим солдатам, писателям, поэтам. В процессе переноса выставки в интернет именно на этот проект мы потратили больше всего сил и времени. Хотелось не потерять смысл и вызывать у зрителя такую же реакцию, какой мы добились в зале.
Мне особенно жаль, что Москва так и не увидела работы девочек из Донецка и Луганска. Настя Дейнека с мамой были в Москве до начала демонтажа, никак не могли поверить, что готовую выставку разберут... Да и я, если честно, все время до демонтажа ждала, что кто-то из сильных мира сего приедет, потребует открыть залы, посмотрит выставку и скажет: «Да вы что? Давайте открывать». Жалко, что никто так и не решился, не приехал и не открыл.
- Какова дальнейшая судьба 9-й Биеннале? Выставка будет проходить только в виртуальном формате или есть надежда на физическое воплощение?
- Конечно, мы хотим провести эту выставку физически. Это наш любимый ребенок, к тому же большинство проектов были созданы специально для Московской биеннале. Очень надеюсь реализовать проект в будущем году, хотя есть сложности с материальной составляющей. Логично, что госструктуры да и любые организации не могут дать во второй раз деньги на один и тот же проект. Кроме того, нужно понять, где будет проходить выставка. Мы работаем над всеми вариантами.
- Вы по-прежнему сотрудничаете с Третьяковкой или разорвали отношения?
- Соглашение с Третьяковкой до сих пор не расторгнуто. У меня есть письмо из Минкульта, где написано, что Третьяковка еще 10 ноября известила Министерство культуры о расторжении соглашения с нами. Однако соглашение не расторгается в одностороннем порядке: это делается либо по соглашению сторон, либо по решению суда. По закону односторонний отказ от выполнения обязательств тоже возможен, но в этом случае нам должны компенсировать все расходы.
- Что мешает договориться?
Думаю, именно материальный вопрос. Музей не хочет ничего компенсировать. А я не могу себе позволить просто уйти на закат. Я выполнила свою работу. Если кто-то в Третьяковке не захотел такую Биеннале - ок, надо отвечать за свои решения, в том числе, и материально.
- О какой сумме идет речь?
- Это десятки миллионов рублей. Но я хочу ещё раз подчеркнуть. Компенсация расходов, пусть не всех, это единственная возможность провести проект в 2023 году, потому что со спонсорами сейчас все обстоит не лучшим образом, да и отмена выставки фандрайзингу не способствует.
- Будет ли следующая Биеннале?
- Будет, совершенно точно. Это будет Десятая, юбилейная Московская биеннале, детали которой мы начнем обсуждать через несколько месяцев.
В марте этого года мы с Экспертным советом приняли принципиальное решение сделать проект с российскими художниками, показать и поддержать своих. Получилось Московская биеннале - русский взгляд. Но следующая биеннале пройдёт уже в принятом с 2019 года формате: с международным музеем-партнёром и так далее.
- Я так понимаю, что Третьяковка уже не рассматривается как место проведения?
- Я бы пока ничего не загадывала. Понимаете, мне кажется, мы все забываем о том, что Третьяковская галерея - государственная институция.
Поэтому, как в цитате Антония Сурожского на уже снесённой, правда, стене выставки, есть Надежда за пределами Надежды...