//Я бился над словами – «быть, не быть», как над неразрешимою дилеммой (Высоцкий «Мой Гамлет»)//
О Высоцком в роли Гамлета, о его работе над ролью и её исполнении, на мой взгляд, лучше всех написала Алла Демидова. Она взяла такую высокую ноту, что её рассказ получился достойным спектакля. Гамлет, Высоцкий и Демидова слились воедино. Я попробую несколько о другом.
О том, как здорово, что почти в одно время два гения, Смоктуновский и Высоцкий, дали нам каждый своего Гамлета. Гамлет Смоктуновского – это шестидесятник, философствующий интеллигент. Проведя со зрителями несколько часов в мучительных размышлениях, он уходит, без мести и в бездействие. Зрители приняли Гамлета Смоктуновского, но они ещё не знали совсем другого Гамлета, Высоцкого. Хорошо, что есть фильм со Смоктуновским, хорошо, что сохранились записи с Высоцким. Да, рукописи не горят. Они могут только спрятаться на время, замереть, чтобы потом появиться. Лично для себя я так определяю разницу между ними: Гамлет Смоктуновского закрывает душу и не пускает никого в неё, а Гамлет Высоцкого раздирает свою душу на глазах у зрителя. И у зрителя с душой происходит то же самое.
Рассказано и написано о спектакле много, но главное не детали, хотя каждая имела свой смысл (один занавес-рок чего стоил). Главное - потрясение от спектакля. Оно было – эмоционально-чувственно-материальным каким-то. После него люди теряли покой, с ними что-то сотворялось. Я это знаю от очевидцев.
В спектакле Высоцкий произносил знаменитый монолог три раза подряд с разным чувством. Три раза – это находка Любимова. Первый раз – замедленно, погружаясь в себя, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, ещё ничего не решая и не определяя, просто размышляя, представляя картины и образы. Второй раз – чувствуется, что он уже устал, ему всё надоело, эти слова и истины, стирающиеся от бесконечного употребления. А третий раз это уже человек, который принял решение – он выкрикивает зрителям то главное, что потрясает каждого, потому что это сидит в каждом:
Так всех нас в трусов превращает мысль,
И вянет, как цветок, решимость наша
В бесплодье умственного тупика.
Так погибают замыслы с размахом,
Вначале обещавшие успех,
От промедлений долгих...
«Быть или не быть» - для Гамлета Высоцкого это значит не умереть, а жить. Но как жить? Жить и биться над вечным вопросом: кто я, зачем живу, и что будет после смерти? Жить и бороться со злом? Это звучит абстрактно. Ни для себя, ни для Гамлета я гамлетовский вопрос не решила. Но у меня, вообще-то, другой вопрос. И этот вопрос о Высоцком. И весь спектакль для меня о Высоцком. Это он бьется и на сцене, и в жизни. Быть или не быть? Быть, конечно, быть! Но как быть? Вот в чём вопрос. И Высоцкий умирает. И остаётся победителем. Но какой ценой? Остался бы жив, сказал бы: «Спасибо, что живой»