— Ух, ты. Интересно, интересно… Вася, да хорошая ты, хорошая. Сидеть. Подожди немного, сейчас перезвоню, уточню кое-что, и пойдем.
Васька послушно села. Юрий посмотрел на брата, но спрашивать ничего не стал. Знал, что брат и так всё расскажет. Эдуард же уже общался по телефону.
Здравствуйте, дорогие, любимые подписчики и читатели канала «ДиНа»!
Рассказ «Дать или не дать, вот в чем вопрос...» — это 8-я часть продолжения рассказа про «дичь» по имении Эдик. Так уж получилось, что у истории про странную белую кошку Томасину образовался вполне себе самостоятельный вбоквел.
Насколь длинным и масштабным он будет — не знаю. Но все рассказы про Эдика я буду помещать в отдельную подборку, а не в «Томасину». Ну, а поскольку вбоквел берет свое начало в истории про Томасину, то ниже привожу ссылки на начало истории про Томасину и на предыдущую часть и начало истории про Эдика.
Начало истории про Томасину:
Начало истории про Эдика:
Предыдущая часть про Эдика:
— Так, значит, Мариночка, этим занимается Андрей Волегов, юрист Николая Анатольевича Мещерского, и процесс уже запущен? Очень, очень хорошо. Большое тебе спасибо. Прямо-таки огромное. С меня, как и договаривались, два билета в оперу. Да, да, напиши, на какую. Достану. Целую твои ручки.
Вот тут вот Юрий уже не выдержал, вопросительно поднял бровь. И что это за Мариночка у брата появилась? — он о ней ничего не говорил.
— Не смотри на меня так. Мариночка — это совсем не то, что ты мог подумать. Она секретарем в суде работает. Так что чисто деловое и полезное знакомство.
— Ой ли?
— Без всяких «ли». Да, она чертовски привлекательная женщина. Но — замужем. И мужа своего безумно любит.
Слушай, сколько можно говорить? — перестань на меня так смотреть. Мы с ней кучу лет знакомы. Учились вместе. Только она не доучилась, замуж вышла, ребенка родила. Сейчас вот в суде работает. А то, что «целую ручки» и прочее, так это у нас традиция такая, еще со студенчества. Не рассказывал? Ну, как-нибудь расскажу. Но, не сейчас.
В общем, у нас с ней чисто дружеские и деловые отношения. Она мне кое-какую информацию дает, я ей — то билеты в театр, то еще что. Взамен. И, не переживай, всё в рамках закона. То, что она мне сообщает, я и так бы узнал. Только, чуть позже. И чуть больше времени бы потратил.
С чего это она вдруг про квартиру сообщила? И именно сейчас? Да как бы тебе сказать…
Мне тут, знаешь, что-то вдруг в голову мысль пришла, узнать про квартиру, в которой Эля живет, чуть побольше. Поподробнее. Детали всякие разные. Кто знает, что может пригодиться. То, что квартиру не она покупала, а её муж бывший, я и так знал. Как и то, что половина квартиры по документам ему принадлежит. И тут что-то подумал, а, вдруг, в отношении этой доли какие-то шевеления начнутся?
Знаешь, как будто озарение какое нашло.
Вот и «зарядил» всех знакомых, которые реально могут что-то узнать, что меня очень и очень интересует данная конкретная недвижимость. Обещали, если что, сообщить. Как видишь, я не ошибся. Шевеления начались.
Только вот странно, а что мне раньше такая мысль в голову не пришла? Хотя… — шевеления-то только сейчас начались. Так что всё вовремя. Ладно, пойду с Васькой погуляю. Заодно всё обдумаю. Это ведь можно будет по-другому всё повернуть, и гораздо, гораздо проще всё будет.
Эдуард, мурлыча какую-то песенку под нос, надел на Ваську ошейник, пристегнул поводок и пошел на выход. Гулять с собакой. Как и собирался. Юрий остался. Работу работать, да наблюдать за Элеонорой.
А наблюдать было весело и было за чем.
Сначала Элеонора заказала отраву для крыс через интернет.
Минут через пять она отменила заказ — сообразила, что, ежели уж про доставку еды из ресторана, Эдуарду доложили, то про такой странный заказ точно сообщат. Она же не садовник и не домработница, чтобы изничтожением крыс заниматься. Да и крыс ни в доме, ни на участке не наблюдается. С чего бы ей тогда крысиный яд заказывать?
Подставляться Эля не хотела. Поэтому и отменила заказ. Решила, что лучше своим ходом до какого-нибудь магазина типа «Сад и огород» добраться, там уж точно такой товар должен быть. Только и тут её ждало разочарование. Стоило ей только направиться на выход и подойти к воротам, как к её услугам тут же был автомобиль с водителем. Это Эдуард, предвидя возможное развитие событий, отдал распоряжение, чтобы его гостью сопровождали. Соберется куда-то ехать — пусть на «личном» автомобиле едет. В сопровождении охраны.
И как ни пыталась Элеонора убедить секьюрити, что охрана ей не нужна, она сама распрекрасно доедет, и сопровождать её не надо — охранник был непреклонен.
— Элеонора Сергеевна, что хотите делайте, это распоряжение Эдуарда Тимофеевича. Он сказал, что только с охраной. Хотите одна ехать — звоните ему. Если он лично скажет, что охрана не нужна, тогда другой разговор. А так — нет.
До Эдуарда Элеонора почему-то дозвониться не смогла.
Фыркнула и вернулась в дом. Ну, не ехать же в самом деле за отравой в сопровождении охраны? — доложат ведь, как пить дать, доложат. И что тогда? — придумывать какую-нибудь сказочку про то, что у неё дома крысы или мыши? Или что это секретный ингредиент маски для лица? — Эдуард, конечно, вряд ли в женской косметике разбирается, но в такое вряд ли поверит. Как и в то, что у неё дома крысы завелись.
Решив, что задуманное она все равно воплотит, но, попозже, когда предоставится более удобный случай, Элеонора успокоилась. И начала рассуждать более здраво.
В принципе, если всё разложить по полочкам и сравнить получаемые выгоды, приятности (или неприятности), то, даже вопрос не возникал — ради Эдуарда имело смысл потерпеть. Чаша весов с благами, которые она получила бы благодаря ему, явно перетягивала чашу весов с собакой. Одно колечко с бриллиантом чего стоило. А сколько бы еще таких колечек она бы получила? — вот то-то и оно. Добермана можно потерпеть. И уж потом, когда на неё точно никто не подумает, воплотить то, что задумала.
Пока же… Пока же… Элеонора призадумалась.
Как-то ведь всё равно надо привязать его к себе покрепче. Оставить что-нибудь из побрякушек или одежды у него дома, чтобы иметь повод и возможность вернуться — нет, это не серьезно. Это не для неё. Так только какие-то дурочки действуют. Все же шито белыми нитками в таких случаях. Надо что-то другое. Что-то, чтобы накрепко. Чтобы и дышать без неё не мог. Жить не представлял как. Только с ней. Только вместе.
Вернувшись домой после прогулки с Васькой, Эдуард смотрел на Элеонору и не узнавал. И с собакой-то она сюсюкает, и его работой интересуется, и даже на кухне хлопотала. Как доложила Вера Ивановна, кухарка, Элеонора не только что-то там приготовила, но и убрала всё за собой сама.
— Сама всё, сама, Эдуард Тимофеевич. Я ей только показала, что, где лежит, да про плиту рассказала, у неё дома другая, а дальше она уже всё сама.
И сейчас перед Эдуардом стояла дилемма: если жаркое, приготовленное специально для него, он мог без опаски съесть, как-то не переживал, что она ему цианиду или еще чего подсыплет — замуж-то пока не вышла, так что какой смысл? — а вот печенье для Васьки… Да, по какому-то специальному «собачьему» рецепту, без специй, соли, зато с фаршем из потрошков… Вкусное, наверно… И Ваське бы понравилось… Но…
А если не уследили? А если все-таки сыпанула что-то туда?..
Продолжение — «Недремлющее око. И — что делать с Гелей?» — см. ссылку ниже.