После взятия Марьинки у российских войск появится перспектива атак не только на Славянск и Краматорск, но и на Угледар. Западные хозяева Украины не готовы к решению проблем за столом переговоров, поэтому у России пока что остаются только военные методы
После взятия Марьинки у российских войск появится перспектива атак не только на Славянск и Краматорск, но и на Угледар. Западные хозяева Украины не готовы к решению проблем за столом переговоров, поэтому у России пока что остаются только военные методы
Об этом эксперты рассказали в интервью изданию Украина.ру.
Ситуация на фронте
Военный эксперт, директор Музея войск ПВО Юрий Кнутов прокомментировал происходящее на фронте в Донбассе.
Сейчас там важную роль играет Артемовск, потому что оттуда дороги ведут на Краматорск и на Славянск, поясняет эксперт. Мы уже взяли Артемовск в огневое окружение и простреливаем эти дороги, а это очень здорово осложняет положение украинских войск.
"Вся линия обороны от Соледара до Угледара – очень важна. Если мы ее берем, у нас останется только одна Славянско-Краматорская группировка. Да, она очень мощная и укрепления там очень мощные, но мы выйдем на финишную прямую", – заявил Кнутов.
Эксперт надеется, что если не Артемовск, то Марьинку до Нового года мы точно освободим.
"Марьинка нам интересна тем, что оттуда ведутся обстрелы Донецка, и тем, что мы выйдем на Авдеевку, чтобы отодвинуть позиции украинских войск и сократить ежедневные обстрелы столицы Донбасса и близлежащих населенных пунктов", – сообщил Кнутов, добавив, что из Марьинки появляется перспектива атак не только на Славянск и Краматорск, но и на Угледар.
СВО и дипломатия
Специальная военная операция – это устранение угрозы, которая нависла над Российской Федерацией, над системой безопасности обороны России, говорит политический обозреватель международной медиагруппы "Россия сегодня" Владимир Корнилов.
В прошлом году Россия заявила, напомнил он, об этой угрозе, и предложила "вполне разумные, приемлемые, адекватные меры" рассмотреть на уровне переговоров с США, с НАТО, с европейскими тогда еще партнерами.
Но предложения были отвергнуты.
"России пришлось решать эту проблему военным путем, с помощью специальной военной операции.
Но при этом, об этом (постоянный представитель России при Организации Объединенных Наций Василий) Небензя и говорит: мы всегда были открыты к решению данной проблемы дипломатическим путем.
Для этого мы согласились на переговоры в Белоруссии, для этого мы продолжили в Стамбуле, и всегда подтверждали, что готовы вернуться за стол переговоров.
Хотя теперь условия, конечно же, будут жестче, о чем мы сразу предупредили украинскую сторону", – рассказал Корнилов.
В то же время западные партнеры Украины, хозяева Украины говорят, что все решится на поле боя.
"Ну что ж, раз западные хозяева Украины не готовы к решению этих проблем за столом переговоров, остаются пока что только военные методы", – сказал политолог.
Россия и страны евразийского пространства
В пятницу, 9 декабря, в Бишкеке проходит саммит лидеров стран ЕАЭС. Главы России, Белоруссии, Армении, Киргизии и Казахстана обсуждают формирование общего рынка газа и создание совета в сфере энергетики. Также обговаривается дальнейшее углубление интеграции и развитие единого рынка услуг.
Замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин допускает, что обсуждение обернется принятием конкретных решений.
Также эксперт прокомментировал слова Владимира Путина, что необходимо и впредь развивать в рамках ШОС и СНГ постоянный обмен информацией в сфере оборонной политики.
Жарихин отмечает, что мы со своей стороны можем поспособствовать, чтобы обмен был более активным.
"Да, мы действуем недостаточно активно, согласовано и целенаправленно. В ходе этой информационной войны мы напоминаем не настоящие воинские соединения, а партизанские отряды, в которых каждый действует сам по себе. Это сказывается и на отношениях странами евразийского пространства.
Так как они не видят консолидированной позиции у нас, им трудно консолидировано реагировать вместе с нами", – сообщил эксперт.
В то же время, считает он, страны евразийского пространства сохраняют веру в силу России – иначе бы они вели себя менее консолидировано, чем сейчас.