Самые громкие имена создателей Петербурга классического знают наверное все. Ринальди, Кваренги, Фельтен, Старов, Бренна, Валлен де ла Мотт….А вот имя Егора Тимофеевича Соколова помнят сегодня, пожалуй, только специалисты, хотя он имел самое непосредственное отношение к работам всех вышеперечисленных знаменитых зодчих…
Секреты архитектурного мастерства Егор Тимофеевич с самого начала изучал не столько в теории, сколько на практике будучи «при Канцелярии от строений» и работая на различных постройках в родном Петергофе. Там таланты Соколова были примечены главным архитектором канцелярии Юрием Матвеевичем Фельтеном и в 1776-м молодой Егор Тимофеевич стал его помощником при возведении нового здания Академии художеств в столице. Десять лет работы под началом одного из любимых зодчих императрицы Екатерины определили успешную карьеру Соколова на многие годы вперед. В 1786-м, он получил весьма благосклонную характеристику от Фельтена и сам стал «архитектором Кабинета», был переведен в чин коллежского асессора и привлечен к работе по строительству императорского дворца в Пелле проект которого создал Иван Егорович Старов. К сорока годам Егор Тимофеевич был уже не только весьма востребованным строителем и архитектором, но и достаточно состоятельным человеком, который мог себе позволить собственный особняк в столице.
Он приобрел участок на набережной Екатерининского канала и к 1790-му сам выстроил здесь семейный дом по собственному проекту. Справедливости ради надо отметить, что дом был не один, но именно в здании, выходившем парадными окнами на канал, проживал хозяин с семейством. Трехэтажный особняк архитектора внешне полностью соответствовал классической моде и имел обширный двор обустроенный по периметру служебными флигелями, каретниками и прочими, необходимыми хозяйственными постройками.
Парадный вход вел в длинные неотапливаемые сени. В то время – один из привычных способов сохранения тепла в нашем климате.
А вот парадная лестница была сделана весьма оригинально. Вместо привычных тогда широких маршей – очень экономная, но очень изящная «спираль в башне» увенчанная восьмигранным световым фонарем.
Ниши пролетов были украшены популярными аллегорическими скульптурами, а сами ступени лестницы закрыты ковром. Конечно рассматривая сегодня эту завораживающую спираль есть большой соблазн сказать, что Егор Тимофеевич опередил свое время, но на самом деле такое решение было вполне в духе образцов Андреа Палладио. Просто использовать его в качестве парадной лестницы особняка в голову еще никому, по моему, не приходило.
Вообще Соколов прожил долгую и плодотворную жизнь. Аничков и Мраморный дворцы, Михайловский замок, Царское село, Гатчина, Ропша…Он работал при возведении самых известных образцов классической архитектуры Петербурга и загородных резиденций. Его наиболее впечатляющим самостоятельным произведением стал корпус Императорской публичной библиотеки. Помните «закругленный угол» Садовой и Невского? Так вот. Это как раз проект Егора Тимофеевича. На закате своей блестящей карьеры он получил чин статского советника, постепенно отошел от дел и тихо скончался, в этом самом особняке в 1824-м на 74-м году жизни.
P.S. После смерти Соколова, его наследники владели этим домом не очень долго. Уже в 1830-х он был продан. В 50-х еще раз сменил владельца и был перестроен (но в значительной мере это касалось дворовых строений). И наконец в 1868-м он был приобретен вдовой графа Александра Ивановича Рибопьера – Екатериной Михайловной. Конечно жизнь этой интересной четы, достойна отдельного рассказа, но к этому дому она имеет мало отношения. Тогда статс-даме двора и почтенной вдове было уже 82 года, она много болела и предпочитала уединение, чем собственно и была вызвана покупка данной недвижимости. Екатерина Михайловна скончалась в собственном особняке через четыре года, но, что интересно, это ее «место уединения» так и принадлежало семейству Рибопьер вплоть до 1917-го…
Такая вот история.