— Куда прёшь? Тебя тут не стояло!
Анна стояла в очереди, со всех сторон на нее давили и толкали. Вот ее очередь уже подходит, как вдруг прямо перед ней втискивается дородная тётка, усердно работая локтями, и попутно огрызается на возмущенные вопли окружающих.
Анна тоже возмущается, растерянно озираясь по сторонам.
И тут появляется ее отец, берет Анну за руку и выводит из очереди.
— Наплюй, не торопись, успеешь ещё, — и с этими словами подталкивает Анну в сторону.
А там, высоко над землёй, что-то типа мостика, но из металлических прутьев, — холодно, скользко, страшно.
Но раз папа отправил туда, значит, надо идти. Она с детства привыкла доверять отцу. Хотя шла по этому странному мостику и дрожала от страха — вот поскользнусь и сорвусь, — но кое-как добралась и благополучно спустилась на землю.
Облегченно вздохнула... и проснулась.
Ух, до чего же явственно она всё ощущала во сне! Как будто наяву... Хотя отца уже 7 лет как нет на этом свете. Но она так четко видела его: и этот такой родной прищур глаз за стеклами очков, и окладистая седая борода, в которой прячется добрая улыбка... и голос во сне был определённо его: спокойный и ласковый.
Странно. Отец приснился Анне впервые за все эти годы. Ох, неспроста это...
А на следующий день Анна пошла за молоком. Дважды в неделю на местный рынок приезжала фермерская Газель с несколькими бидонами молока, и идти надо было очень рано, иначе молока могло не хватить.
На улице еще темно. Осень, грязь, редкие фонари, из которых горит каждый третий. Надо перейти дорогу. Здесь нет светофора, нет даже пешеходного перехода. Есть только натоптанная тропа, которой постоянно пользуется местный люд.
Анна подошла к краю дороги. Посмотрите налево, посмотрите направо.
Справа - никого. Слева ползет автобус, фары светят в темноте.
Анна подумала: вроде скорость у автобуса небольшая, успею перейти. И вдруг в мозгу — щёлк — папин голос из давешнего сна Не торопись, успеешь ещё. И Анна остановилась в нерешительности.
И правильно сделала. Из-за автобуса со свистом вылетела легковушка — если бы Анна пошла, снесла бы эта легковушка Анну нафик...
Анна перекрестилась и сказала: — Спасибо, папа!