Для спецвыпуска журнала «Variety» Дженнифер Лоуренс встретилась с Виолой Дэвис, чтобы поговорить о женских персонажах в кино, страхах и трудностях материнства. В ходе беседы Дженнифер призналась, что с годами стала испытывать больше страха, чем раньше.
«Я была такой дерзкой, когда была помоложе. Я вообще не испытывала никаких сомнений. Но чем старше я становлюсь, тем сильнее мой страх. Я росла, занимаясь верховой ездой, я объезжала лошадей, когда жила в Кентукки. Я седлала диких лошадей, не думая ни о чём, кроме «Ну посмотрим, как пойдёт». Пару лет назад я каталась верхом: привычно запрыгнула на спину лошади, перешла на галоп и вдруг ни с того ни с сего меня просто парализовал страх. И я упала с лошади. А я годами не падала с лошадей. Просто в тот момент я вдруг осознала, насколько езда верхом опасна и как я могу покалечиться. Когда я была моложе, я вообще об этом не думала». Актриса также призналась, что стыдится своего неоконченного среднего образования и боится выглядеть глупой в интервью. «Для меня самой большой помехой в работе была пресса. Давать интервью. Каждый раз, когда я даю интервью, я думаю «Я не могу так поступить с собой снова». Ты сидишь напротив человека, говоришь час-другой, проходит месяц, ты понятия не имеешь, что именно из этого интервью пойдёт в работу, в каком контексте используют твои слова. И я просто знаю, что буду звучать глупо. Что это будет написано не так, как я думаю. Я всегда стеснялась своего образования и всегда переживала на тему своего интеллекта, потому что я так и не закончила школу».
Среди многочисленных поводов для тревоги самым серьёзным для актрисы был страх создания семьи, точнее, опасения, что из этого ничего не выйдет. «В интервью для New York Times, приуроченному к выходу фильма «Мост через озеро», я говорила о своей тревоге. Я начала сниматься в этом фильме ещё до свадьбы. Потом началась пандемия. Два года спустя я уже беременна и мы возвращаемся и доснимаем кино. И в интервью я как раз говорила о том, как у меня обстоят дела с ответственностью и тревогой. Страшно было, вспоминая моё прошлое, думать о создании семьи. Это была самая страшная вещь на свете. А что если я облажаюсь? А что если у меня не получится? Что если я ошибаюсь, делаю неправильный выбор? Я была так напугана тем, что всё испорчу. Потому мне и было интересно сняться в роли человека, который точно также напуган. И конечно, когда я вышла замуж, выяснилось, что у меня самый замечательный муж на свете. Мне нравится быть замужем, я люблю нашу семью. Я забеременела сыном, и когда я вернулась на съёмки, я уже смотрела на саму себя совершенно иначе. Я понимала, как я буду справляться со взятыми на себя обязательствами, я знала, что смогу и что полюблю это. Что я буду очень стараться. В общем, я говорила обо всём этом в интервью, и естественно, все мои откровения выродились в заголовки типа «Дженнифер Лоуренс чуть не отменила свою свадьбу». И ты думаешь: «Серьезно? Всё настолько плохо, что я не могу просто сказать «Знаете, я нервничала перед свадьбой»? А я просто охренеть как была напугана. То же и с материнством. Каждый день с рождения ребёнка я чувствую себя ужасно виноватой. Я играю с ним и думаю: «А это точно то, чего он хочет? Может нам надо на улицу? А на улице я думаю: А что если он замёрзнет? И заболеет? Может, лучше домой? А достаточно ли я делаю для развития его мозга? Это скачок роста или тревожный симптом?»