Ты с детства жил церковной жизнью И Богу ревностно служил, Ему молился за Отчизну, За всех скорбел и всех любил. От Бога слух имел прекрасный, К богослужению любовь, На путь священства встал опасны, Когда лилась за веру кровь. Служил священник лишь полгода, В храме Николы-на-Песках, Был арестован на приходе, Как власти новой злейший враг. В край дальний сослан в заточение, Но был неведом тебе страх, Ты занимался просвещением Всех заключенных в тех местах. Окончен путь твоих страданий, Власть не смогла тебя понять, И после многих увещаний, Приговорили: "Расстрелять!"
Ты с детства жил церковной жизнью
И Богу ревностно служил,
Ему молился за Отчизну,
За всех скорбел и всех любил.
От Бога слух имел прекрасный,
К богослужению любовь,
На путь священства встал опасны,
Когда лилась за веру кровь.
Служил священник лишь полгода,
В храме Николы-на-Песках,
Был арестован на приходе,
Как власти новой злейший враг.
В край дальний сослан в заточение,
Но был неведом тебе страх,
Ты занимался просвещением
Всех заключенных в тех местах.
Окончен путь твоих страданий,
Власть не смогла тебя понять,
И после многих увещаний,
Приговорили: "Расстрелять!"