Было это в тридесятом царстве, в дзеновском государстве, во времена смутные и заботами полные. Холоп служивый, что с дозором кино землю дзеновскую обходил возмечтал дюже – иметь тьму (тысячу!) подписчиков.
А далече в нашей сказке камень тесанный (Строй сам, наверное, мастерил, а Комар Фадеев с лошадиными силами помогал) сюжетом обоснованный. Кто значит шуток скоморошных и сарказма греческого не понимает, тот идет направо – лесочком, кто буков кириллических не разумеет - тот с песней поворачивает налево, а кто статистику диковинную любит – тот вдоль кукурузы прямо по центру за мной шагает.
Разумея, своё рабоче-крестьянское происхождение, дружбу я предлагаю исключительно в своём общистве, среди такого же плебса как я, у кого подписчиков дюже по ворожбе каждую лунную ночь не прибавляется. Среди работяг, кто потом и трудом за каждого друга борется. Понимаю, что с моей рожей в калашный ряд лучше не суваться. А то там патриции многотысячные быстро за бороду мою жиденькую оттаскают. Скажут: как ты, вошь безликая, посмел дворян побеспокоить, занятых исключительно сочинением текстов лепых, да подсчетом злата ежедневно дзеном раздаваемым?
Впрочем, мне чужого-то и не надо, меня моя братва-голытьба всегда поддержит, щей миску нальёт, нравишку поставит, комментарий добрый тиснет. А дзен медной монеткой порадует. Тем и живём – чем богаты.
А на днесь оказия случилась со мной нехорошая (до сих пор поджилки трясутся), то ли чертенок меня попутал, то ли куриная слепота в зиму перешла - неведомо, но осмелился я клинуть кличь о дружбе деве прекрасной. А когда зенки протёр, то лучше бы и не протирал. Дева дворянкой столбовой оказалась. С 24-я тысячами подписчиков. Холуи её меня быстро под белы ручонки скрутили и перед ней на порожке челюстью-то и шмякнули. Спасибо, что хоть сразу портки не сняли, да батогами не прошлись. Дева посмотрела со злым прищуром и сквозь зубы прошептала, дескать, ты ещё кто такой и почему в комментариях лапы свои грязные оставляешь? Не тот уровень, холоп. И так ручонкой мне своею белой по мордасам – хрясь, хрясь.
В общем, встал я тихонечко, а потом как дал дёру огородами, да дачами... Ну их патрициев, кто знает, что им ещё в голову придёт. Бегу я значит, зайцев в поле обгоняя, а самого мыслишка точит, а чем дева луноликая промышляет и какой интересно доход имеет? Лупил меня дедушка за любопытство в детстве, но видно мало. Не могу я не приложится к колодцу мудрости чужой. Возвернулся я и давай по скорому рукописи солнцеподобной смотреть. По началу рукописи меня не заинтересовали – им цена медный грошик в базарный день, ибо темы эти: как угольем брови наладить, свеклой щеки нарумянить, да губы красными сделать – их ещё в Александрийской библиотеки писцы переписывали, ржали и смеялись. И вдруг вижу, текст печатный, диковинный, с табличками любопытными. Дева-то, челобитную своему сюзерену настрочила, на дзен кляузничает, дескать в день два рублика выходит, на икру заморскую не хватает, да и панталончики уже дырявые, аки кружева венецианские.
Смотрю я это челобитную и диву даюсь. Хозяйство-то у неё дюже великое, но в экономике (это то, о чем Адам Смит писал) совсем разлад большой пошёл. Я-то цифрам и грамотке с детства обучен. Меня наш сельский поп - отец Онуфрий и писать-считать учил, и в столбик умножать, и с массивами статистических данных работать… так, о чем я?
Вот табличка ученая с данными за 48 часов – у девы нашей нули в статистике, а в показах и просмотрах цифра в 6-10 раз меньше, чем у меня в хозяйстве моем мелком. Значит, не так что-то пошло? А лань наша белорукая то ли проспала, то ли тренды заморские не поймала? Может тогда не сюзерену надо было кляузы строчить, а в народ – на поклон? Дескать, простите люди добрые, за гордость и предубеждение?
В общем, сложил я свитки в ларец малахитовый и второй раз дёру дал. Я лучше со своими в сторонке постою, да сказочку расскажу.
А кто слушал – не забудь подписаться! А то поленом по загривку!