-Господи... Господи... - только и шептала перепуганная до смерти женщина, трясясь и подкидываясь, пребывая на чьих-то руках, получая толчки то с одной, то с другой стороны, подняв глаза в чёрное, усыпанное мерцающими звёздами среди млечного пути, небо. Тёплый матовый небосвод, раскинувшись от края до края горизонта, молча внимал её мольбам, своим всеобъемлющим присутствием спокойно и величественно сопровождая в последний путь. Небо дарило своё спокойствие, смотреть на него, пытаясь проникнуть взором вглубь, почему-то было женщине отрадно... Не смотря на то, что на земле творился какой-то ад и ужас, небо утешало и Вера Ивановна подумала:
"Наверное, такой и бывает смерть... Мы никогда не знаем, в каком виде она к нам придёт... А вот у меня, наверное, так... С песнями, плясками, сейчас меня разорвут и линчуют... А ведь я даже не знаю, за что... Я не могу сказать ни слова в своё оправдание, ведь они не смогут ни понять, ни услышать меня...." Она успокоилась и смирилась, желая лишь, чтоб муки и страдания не длились долго, чтоб смерть пожалела её и пришла вскоре...
- Oh diosa! Oh diosa! ( О богиня! О богиня! )- верещали люди из толпы, бившись в экстазе, разрывая на себе одежду и вырывая клочьями волосы, кидая в воздух и под ноги несущих её людей свои венки, цветы и бусы. Всеобщее ликование, казалось, достигло апогея, шум стоял невыносимый: кто-то отрывисто гудел в рог у самого уха; толпа, поначалу отличаясь разношёрстным и нестройным многоголосьем, в скором времени перешла к скандированию:
-Santa Muerte! Santa Muerte! (Богиня Смерти! Святая Смерть!) - кричали люди и топали ногами так, что казалось - дрожит земля.
Донеся женщину до вершины скалы и опустив на ровную площадку, её усадили на импровизированный трон из больших валунов, усыпанных костями со сногсшибательным трупным запахом; дали в одну руку череп, украшенный розами, в другую - железную трость, обвитую высохшими шкурами змей, с наконечником в виде стрелы и ручкой в виде змеиной головы; на голову водрузили венок из засохших роз; на шею намотали многочисленные бусы. Вера Ивановна в этот момент себе уже не принадлежала: она пребывала в полной прострации, пытаясь не думать о происходящем, считая, что её просто приносят в сакральную жертву и готовят для убиения. Женщина замерла, опустила голову и смотрела себе под ноги. Учитывая, как билось её сердце, ей казалось, что инфаркт у неё случится раньше, нежели её сбросят со скалы.
И тут беснующаяся толпа в момент стихла, рухнув перед ней на колени. От этой тишины было слышно, как одиноко завыла в Берне собака. Трещали, освещая трепыхающимся на ветру пламенем заворожённые лица вокруг, многочисленные факелы. Все эти тысячи жадных и одновременно покорных глаз взирали сейчас на неё, то ли требуя приказа, то ли просто наслаждаясь её присутствием... Люди стали возносить к ней руки и кланяться в священном трепете, тыкаясь лицами в землю.
Женщина сидела на тёплой, прогретой дневной жарой, гладкой поверхности валуна и слышала шёпот тысяч губ, что шевелились, бубня толи просьбу, толи молитву... Она не понимала, как себя вести, что от неё хотят и чем всё это действо закончится лично для неё. Ощущая неимоверную слабость во всём теле от сковывающего страха неизвестности, "богиня поневоле" решила ничего не предпринимать и покорно ждать конца представления, чем бы оно ни закончилось, вверив свою жизнь в руки Всевышнего. Уже практически смирившись со смертью, сердце её выжигала одна единственная мысль: горше всего было то, что умрёт она на чужой земле, пропав практически без вести, и кости её, скорее всего, разбросают среди множества прочих зловонных костей, грудами валяющихся здесь, не преданных земле. Может быть потому и летают вокруг этой горы неупокоенные души таких же замученных сакральных жертв, создавая ей туманный венец?...
Тут от усталости и слабости локоть её, опираясь на каменный подлокотник смердящего трона, сорвался и черепок с характерным пустотелым треском приложился оземь, покатившись от её ног в сторону благоговеющей толпы. Вера Ивановна вся сжалась от страха, ожидая, что ей сейчас за такое кощунство будет и боясь рассвирепить адептов культа самой, так получается, себя. Но люди, находящиеся в первых рядах, шарахнулись и стали на карачках расползаться от катившегося к ним черепа. Вера Ивановна протянула, было, руку, чтоб его поднять, и увидела, как вздрогнули и расступились люди справа. Она даже услышала коллективный вздох ужаса, сопровождавший её неловкое движение.
До Веры Ивановны начало постепенно доходить, что если и есть возможность вырваться отсюда - то она именно сейчас, пока все эти зомбированные и самообманутые люди продолжают верить, что она - Богиня Смерти, или её наместница на земле. Вера Ивановна нерешительно встала, параллельно быстро обдумывая, как ей поступить с лежащим на земле черепком: стоит ли за ним наклоняться и брать его с собой в дорогу, или это приземлённое действие лишит её таинственности и царственного ореола в глазах млеющих от лучей её славы адептов? И если не захватить черепок - не потеряет ли она этим самым опять же в их глазах своего величия и таинственной могущественности, заключающейся в этом атрибуте?
Решив, что наклон за утерянным символом власти её лишь унизит и умалит величие в глазах "подданных", новоявленная "богиня" решила не мелочиться, и, пройдя мимо "державы", робко пошла вниз по скальной дороге, крепко сживая перед собой в руке своеобразны "скипетр" - копьё, обвитое змеиными шкурами. Всюду, покуда хватало взора, она видела лишь покорные спины, быстро расступающиеся с её дороги в стороны. Некоторые люди тянули к ней свои руки, но прикосновения боялись, как огня. Вера Ивановна заметила, что стоит ей сделать неуверенный шаг в сторону - тут же все разбегались, освобождая место, в стыдливом страхе пригнув головы. Как только она проходила - толпа тут же сливалась и медленно, словно пласт раскалённой лавы, плыла за ней.
Пройдя так с вершины скалы до её подножья, женщина заметила, что в самом городе правят уже другие настроения: люди продолжают веселиться, шатаются и священного трепета к "божеству поневоле" испытывать не спешат. Боясь, что обман может раскрыться, Вера Ивановна начала озираться, в какой тёмный закоулок ей было можно скрыться от верных подданных. Увидев группу пьяных туристов, она растворилась среди них и попыталась спрятаться вначале за толстое раскидистое дерево, затем же - нырнув в чью-то калитку. Поняв, что преследователи идут мимо, женщина легла в траву, прислонившись к дереву, и мгновенно уснула.
**********************************************************************************
Все события и герои вымышлены. Любые совпадения случайны.
**********************************************************************************