Бытовые конфликты — такие бытовые, и казалось бы, мелочно ничтожные, но при этом ни в коем случае нельзя недооценивать бытовой вопрос. По статистике — тюрьмы и больницы наполнены именно жертвами бытовых конфликтов. Не поделили сосиску, не так помыла посуду, не хватило квадратных сантиметров — и на тебе, нож в спину, беда-печаль и небо в клеточку, ну или рубаха на завязочках.
Так уж случилось, что случилось мне однажды делить квадратные сантиметры нашей общей семейной квартиры с одним из членов семьи и его благоверной пассией. Пассия пришла в наш дом нежданно негаданно, без бабского одобрения уже имевшихся в доме баб и не оказав этому устоявшемуся бабскому семейному клану должного уважения — уважения согласно семейной иерархии.
Иерархия, надо сказать, это в семье архи важная вещь. Это основа основ, фундамент и залог, и страховка от психиатра. Жертвы поломанных семейных иерархий — частые гости тюрем в том числе, и не менее частые гости клиник неврозов и другого рода ПНД. Именно с результатами нарушения семейной иерархии чаще всего и приходят на психотерапию. Приходят, так сказать, жертвы поломанных семейных социальных классов. Причиной многих бытовых конфликтов очень часто является нарушенная семейная иерархия.
В семейной иерархии есть четкая, простроенная тысячелетиями система: мама и папа — большие и главные, дети — маленькие, в подчинении и под опекой. Старший деть — главный над средним и младшим, средний — в приоритете над младшим и в подчинении старшему. Кто последний пришел в семью — тому все плюшки аля баловень. И это плюс. Но и командовать младшему — ни-ни и но-но, иначе системе беда и борода. Это может кому-то показаться минусом. Каждый деть, и старший и младший, далее командует уже своими детьми и выходит по отношению к ним из позиции ребенка становясь родителем — занимает позицию новой верхней ячейки семейного иерархата, образуя новую подсистему.
Далее следующее поколение детей становится родителями и продолжают иерархию в том же порядке бесконечно по поколениям вперед. Так по поколениям передается закон и порядок, мудрость и сила, и счастье, стало быть, тоже — как вишенка на торте и бонус к этой строгой, но очень справедливой системе организации.
Такая система эффективна и удобна и очень хорошо себя зарекомендовала. Система семейной иерархии проверена тысячелетиями эволюции, при чем не только в царстве человеков, но и в сообществе животных.
Система гарантирует правильное распределение ресурсов внутри семьи, правильное распределение игрушек и велосипедов, минимизирует конфликты и выстраивает оптимальные алгоритм их решения. Кто старший — тот как бы сверху и в первенстве по цепочке к самому младшему. Кто старше, тот соответственно чуть больше прав, от того, конечно же, что чуть больше мудр. Кто старший, тот имеет больше полномочий и шире набор того, чего ему/ей уже можно, но и набор того, что нужно и обязательно к выполнению тоже, соответственно, шире.
В нашей семье иерархия пошла по бороде изначально, ибо папа ушел, а мама так и не выпала из состояния ребенка и так и не впала в состоянии мамы. От того вакантная позиция старшего была вынужденно присвоена мне. Как самой ответственной и самой тревожно порядочной.
И здесь обычно начинается самое интересное. Таких мам, которые на самом деле не мамы, а дети, но вынуждены быть мамами своим мамам — очень и очень много. И такие исковерканные дети-мамы частенько потом обрастают различного рода приключениями, которые можно коротко и емко охарактеризовать как ‘что-то пошло не так’. Или все пошло не так. И так смотришь на этого исковерканного выросшего дете-мама и не можешь понять — что не так то? А все на самом деле очень просто — все дело в иерархии.
Это было лирическое отступление и научно-популярный экскурс в психологию, вернемся к нашей благоверной пассии и рассмотрим наш конфликт, как пример нарушенных семейных классов. Конфликт между нами, бывалыми бабами и свеже явленной бабой, случился сразу и во всем. И в том числе конфликт проявился в бытовом вопросе — в поломойно тряпочных и посудо распределительных делах, и прочих щепетильных мелочах организации хозяйства по дому. Дому типа эконом — это когда боярские нужды домочадцев удовлетворяют сами боярские домочадцы, а не специально нанятый персонал.
Когда новая пассия приходит в дом (не важно тип эконом или бизнес), пассия по умолчанию занимает место младшего. Здесь учитывается возраст пассии конечно, и то, к какому по старшинству члену семьи она примкнула, но в первую очередь — учитывается очередность входа нового члена в систему. То есть тот, кто пришел в систему позже — по умолчанию младше и к нему применяется соответственный набор правил и полномочий — как к младшему.
Это нужно учитывать в том числе, когда мать повторно выходит замуж, имея ребенка от предыдущего брака. Ребенок — пришел в эту систему раньше, соответственно, к нему должно быть проявлено уважительное отношение со стороны нового избранника матери. И мать должна выстраивать отношения с ребенком и новым избранником, учитывая законы иерархии, давая и ребенку и избраннику соответственное отношение и четкое понимание, какое место оба занимают в этой системе, не только с учетом возраста и старшинства, но и с учетом очередности появления в данной конкретной системе семьи.
Вернемся обратно к нашей пассии. Наша пассия совершенно не знакома с законами иерархии и уже изначально перешла порог нашего дома в корне не верно. То есть вместо белого флага — ‘я мини, я младший, смирюсь, покорюсь, мне плюшки за младшесть, вам мое почтение’, она водрузила на плечи красное знамя победы. И воткнула это знамя прямо в дверь, с порога. Как будто она покорила Эверест и Эверест должен был звонко содрогнуться и пасть, как пал однажды Берлин или чего там еще эпично падало в истории.
Будь в нашей семья здоровая иерархия — пассии быстро бы наваляли по ж@опке ее же красным знаменем и усмирили бы ее воинственный пыл. Это должна была сделать старшая дама нашего семейного проекта — то есть мама. Мама должна была указать пассии ее место и определить ее функции в нашей семейной системе.
Но в нашей семье иерархия пошла по бороде давно и плотно, от того красный флажище неправильно определенной пассии постепенно начал накрывать и укрывать всю площадь квартиры, а далее перемещаться на улицу и заполонять все пространство.
Почему пассии не наваляла я? — возникает логичный вопрос. Ежели я обозначила факт того, что позицию мамы заняла в семье я, значит я могла это сделать и успешно воцарить справедливость. Дело в том, что в системной иерархии подобное взаимозамещение не работает. Когда кто-то из членов семьи меняется местами — это никогда не означает, что функции замещены и продолжают эффективно выполняться, как это может работать в других системах, где один член может полноценно замещать другого.
В семейной системе такое замещение не функционально. В семейное системе подобное замещение означает, что я несу бремя быть матерью, лишая себя детства и счастья дочеринства, прикладывая грандиозные усилия, чтобы обслужить эту систему как мать, но опция мать по прежнему отсутсвует и ни один член семьи не ощущает моих архи приложенных усилий. Эффективность системы падает до знака минус.
На практике я действительно пробовала и даже весьма старательно пыталась навалять новой пассии по ж@опке, из позиции мамы в том числе. Я всячески пыталась вразумить ее и воззвать к ее совести и почтению. Но пассия продолжала меня не слушать, потому что даже не зная правил иерархии, эти правила всегда ощутимы и их нарушение так же всегда ощутимо, как дискомфорт. И она ощущала дискомфорт от моих наставлений и не ощущала мой авторитет — ни мой авторитет, как заместителя мамы, ни мой реальный авторитет — как изначальной бабы, которая уже была в этой системе до прихода пассии. И да, то красное знамя победы пассия решилась внести в наш дом именно и только потому, что она уже с порога подсознательно поняла — в эту семью заходи-круши-ломай и со своим уставом в этот монастырь очень даже можно, ибо с иерархией здесь абсолютно не порядок.
И в этом не порядке я продолжала тщетно стараться восстановить порядок. И продолжала наставлять и вразумлять пассию определяя ее обязанности, и тем самым определяя ее место. Окончательно до меня дошла тщетность моих стараний, когда в одной из ежедневных стачек я в очередной раз учила пассию очередной великой науке, а именно как мыть посуду и сколько раз и какой тряпкой протирать пол, она в ответ мне так и сказала — ‘Пусть мне это скажет мама, мама мне этого не говорила’.
Это был значимый этап номер один в моем понимании важности системной иерархии. До меня дошло, что пассии не то, чтобы не хотелось — ей не моглось, ей было не комфортно меня слушать и невозможно меня слышать. Ей нужен был авторитет мамы, авторитет старшего. Я для нее была совершенное никто и ничто, абсолютно посторонняя дама-соседка, так как мое место не было обозначено изначально.
Пассия могла бы меня слушать и слышать, и я могла бы быть эффективна в своих воспитательных потугах в том числе, если бы мама с позиции старшего обозначила в ее глазах мои полномочия — как старшей бабы в этом ауле. И именно об этом пассия мне заявила — прямо, коротко и весьма разумно.
Соответственно, я услышала пожелания пассии относительно способа получения инструкций по дому, и далее я уже пыталась достучаться до мамы и наставить маму на путь истины выдавания инструкций.
Я эпически и героически пыталась объяснить маме, что пассия отбилась от рук к которым не прибивалась, и мама должна взять верховное первенство и обуздать пассию в посудно-тряпочных делах. Попутно я учила маму уму и разуму, и в том числе давала ей ценнейшие наставления о тряпках и поле, и о том, как верно примерно эти тряпки организовать. Ибо в моем понимании, мама ведет хозяйство совершенно не правильно, а я то уж точно лучше знала, что и куда. Мама даже предпринимала попытки обозначить себя и меня в отношении пассии. Но пассия продолжала раскатывать свое ядовито красное знамя все глубже и дальше, игнорируя и маму тоже.
В чем причина, почему это не работает, задавалась вопросом я. Я продолжала осваивать науку о семейных системах и иерархии и снова приходила к маме. Снова вещала ей про важность классового разделения внутри семьи, вооружившись цитатами и гневным тоном. Я объясняла маме, как важно ей встать обратно на вершину нашей семейной египетской пирамиды и вразумить пассию и всех других членов пирамиды со знанием толка и дела. Как важно организовать и построить поочередно и по порядку нас всех, и выстроить наконец-то эту многострадальную тарелко тряпочную эпопею в правильной последовательности. И на этом этапе я поняла, что теперь не только пассия, теперь уже мама меня не слышит, или слышит, но совершенно не понимает, или понимает, но не делает, или делает — но результата ноль.
Я продолжила постигать и покорять новые вершины психо дзен и снова приходила к маме и снова научала ее как правильно нужно впредь, как не правильно было до, что и куда нужно развернуть и как всю эту кашу разварить обратно и наконец-то все исправить. И снова результат был нулевой. Конфликты росли и пухли, на старые конфликты громоздились новые конфликты, и все эти конфликты собирались в какую-то неведомую змеиную кучу. Казалось, что этот клубок уже никогда не размотать и эти узлы и мешанину уже никогда не распутать.
Идеальная семейная система, которую я так тщательно и так грамотно изучила по учебникам, и так тщательно и грамотно собирала и выстраивала, она крошилась и ломалась снова. И с третьего этапа до меня наконец-то дошло окончательно — я увидела всю картину шире и комплексно.
Пассия не слышит маму, ибо мама все там же — все там же не там. Мама не на вершине пирамиды, она внизу, по-прежнему в детской ячейке. По этой причине мама звучит совершенно не убедительно и не авторитетно для пассии. Почему мама до сих пор внизу? Я столько нравоучительных лекций прочитала маме про важность иерархии семейных систем, почему мама продолжает стоять не на месте?
Все просто — пассия не слышит маму, а мама не слышит меня. Мама не слышит меня и не может следовать моим инструкциям и наставлениям по реконструкции пирамиды, ибо я как ребенок не имею полномочий ее корректировать и научать. Когда деть говорит родителю что-либо научающее, речь детя звучит совершенно не понятно и не переводимо для родителя. И сколько бы самых сокровенных знаний я ни вещала маме — она никогда, никогда, не сможет меня услышать. Поэтому все мои усилия научить маму как правильно и поставить маму на место — на верх, во главу — напрасны.
Изначально причина нарушения иерархии нашей семейной системы — это мама. Мама, которая вышла из своей верховной позиции и заняла ячейку снизу. Система всегда стремиться к гомеостазу — то есть должна быть целостность, равновесие и постоянство. Если есть пустая ячейка — эту ячейку кто-то должен занять, она не может просто так пустовать. В нашей системе пустующую ячейку мамы заняла я, выйдя из своей позиции ребенка, кирпичи перепутались, не подошли по размеру к ячейкам и конструкция развалилась. Чтобы починить систему и собрать устойчивую конструкцию необходимо поставить маму обратно — наверх. И всеми возможными средствами я пыталась это осуществить. Но я забыла про одно но — меня так же необходимо поставить обратно на место — вниз.
Чтобы пирамида собралась и не рассыпалась, стала устойчивой, эффективной, правильно функционирующей системой, каждый в этой пирамиде должен занять свои места — не только верхние члены системы, но и нижние. И это архи важно. Все члены должны выстроиться по порядку. Как только выпадает хотя бы одно звено, не важно, где оно расположено, рушится вся конструкция.
Я в том числе являюсь кирпичиком данной конструкции и у меня есть четко обозначенное, строго определенное место и это место внизу по отношению к маме — это место ребенка. Когда я пыжусь и корячусь сизифовыми потугами докатить маму до вершины горы, наставляя и поучая ее, я теряю свое место, я выхожу из своей позиции ребенка. Ребенок не может выполнять функцию наставления и научения матери. То есть своими наставлениями и научением я вытаскиваю свой, столь важный кирпичик в данной системе и система рушится. И сколько бы и как бы старательно я не поднимала маму наверх, поучая ее уму разуму, наша пирамида никогда не соберется, ибо в этот момент мой кирпич не на месте.
Я в этот момент и не ребенок и не мама, и прилагая архи усилия в этой вселенной семейной стройке, я разрушаю, а не созидаю. Итог таков, что я выложилась и вложилась в роли дете-мамы вся и полностью, пустила под откос всю себя и свою жизнь, в том числе свое детство — пребывая в постоянной тревоге и неся бремя не своих забот, я всю себя дала и передала в эту семью — но я не эффективна, результат отсутствует. И даже пол не помыт, а посуда засохла и теперь ее если только наждачкой тереть, зато моя нервная система оттерта и стерта до дыр.
Единственное эффективное, что я могу сделать для нашей системы — удерживать позицию своего кирпичика, а это значит быть собой, то есть в данной конкретной системе быть ребенком по отношению к маме и выполнять свои и только свои функции. А именно функции ребенка, к которым, повторюсь, научение и наставления мамы не относятся. Мне важно оставаться ребенком — занимать свою младшую позицию по отношению к старшим в этой семейной системе — и это все, что я могу сделать в рамках нашей семьи.
Как и какими средствами мама взойдет обратно на пьедестал — это уже совершено не моя забота. Я как ребенок не должна об этом думать, и не могу на это повлиять. Моя задача вырасти самой, завести собственную семью, и когда у меня появится дети, научения и наставления передавать вперед и дальше им. В корректной форме, и помня о важности удержания своей позиции как матери по отношению к уже моим детям. Но это будет уже другая семейная система. Или вернее подсистема, ежели научно и по учебнику — как я изучила, и как маму учить — но-но и ни-ни.
Это я к тому, что яйцо курицу не учит. И к тому, что яйцо курицу не учит, но и курице архи важно осознавать, что она курица и занимать свою четкую куриную позицию по отношению к яйцу. Мудрая истина, заложенная в данной поговорке внедряется в нас повсеместно и моя мама в том числе частенько повторяет народную мудрость про яйцо. Но к сожалению немногие из нас осознают всю суть яйцо-куриных взаимоотношений и видят картину широко и полностью. Ведь дело обычно совершенно не в яйце, которое вздумало учить, а в курице, которая не компетентна в своей курирующей роли — дело обычно в родителе, который эмоционально и психически так и не вырос и не повзрослел. Но кто из нас об этом когда либо задумывался…