Написала Альбина письмо сыну-дипломату, обсказала, что денег нет, дом содержать не на что. Выслал он ей сто пятьдесят тысяч, положила их Альбина в банк, дома держать страшно такие деньги. Сын-депутат тоже денежную помощь прислал, предлагал в город переехать, да куда она поедет от родных могил-то? Отказалась Альбина от переезда. Сынок, правда, потеребил со своих высот районное начальство, мигом мужичков мастеровых прислали избу подлатать, окна вставить, забор поправить. Что ж, жизнь дальше потекла.
Хмурой осенью, в самые стылые ноябрьские дни, вернулся, отбыв наказание, младшенький Колька. Хмурый, неразговорчивый, но в доме все равно веселее как-то стало. Все ж таки душа живая. Альбина ожила. Съездили в город, сняли деньги. Колька остался в райцентре еще дня на три, приодеться, подстричься, в порядок себя привести. Мать извелась вся, вдруг что недоброе случиться. А нет, приехал сынок, да еще и женщину привез с маленьким сыном.
- Вот, мать, знакомься. Это Оля. По переписке познакомились, приезжала ко мне на свиданку. А это сын мой, тоже Колька.
Глянула Альбина на мальчика, сердце так и обмерло: точно ведь родная кровь, прямо копия сына в детстве. Бабушка на внука не нарадуется, нянчится, Бога благодарит, что не одна. Детей старших сыновей только на фотках и видела, а этот забавный пацаненок, - её, Альбинин, кровиночка. Возилась с внуком целыми днями, то по гостям, то в лес по грибы-ягоды.
Колька-старший во дворе мебельный цех наладил, вдвоем с Олей стали диваны, столы, стулья ладить, благо деньгами братья ему да матери помогли. Было на что развернуться. А дальше младшенький уж са-а-ам, самостоятельно начал деньгу зарабатывать, своим трудом да умом.
Альбине и радостно, что и этот сынок рукастый да головастый оказался, хоть и подкосила тюрьма молодость-то его. А ничего, не пропал, за жизнь зацепился и пошёл в гору, пошёл, родименький. И так ей на душе хорошо, так хорошо. А в скорости сын да сноха внучку ей подарили. Дом повеселел, похорошел, детский смех в нем колокольчиком звенит, тепло и уютно.
Хорошо Альбине на душе, спокойно. Старшие высоко взлетели, не вернутся уже в родные края, а младшенький сынок вот он, рядышком. Жить бы и еще и жить, как можно дольше. Потому что хорошо.
Начало