Найти тему

Читая де Бовуар: об уважении к женщинам в патриархате

Мужчины не уважают женщин как таковых; в почтении, которое они оказывают окружающим их женщинам: супругам, любовницам или содержанкам, проявляется лишь их взаимоуважение.
С. де Бовуар "Второй пол"

Существует устойчивый миф, что патриархальный уклад пропитан уважением к женщинам. Дескать, мы им и дверь придержим, и пальто подадим, и от опасных работ оградим, и цветы на 8-е марта подарим. Сидите, радуйтесь и радуйте нас цветущим видом.

На деле же отношение к женщинам в патриархате очень хорошо видно на примере женщин, оказавшихся без мужского покровительства. То есть: к разведённым, к матерям-одиночкам, к пожилым и незамужним. Сейчас, конечно, стало получше, но сейчас и от патриархата остались трещащие по швам лоскуты.

Патриархальное общество способно уважать только ту женщину, в которой видит пользу для мужчин. Оно уважает матерей, дочерей, сестёр и жён - это однозначно. Какая-то извращённая кроха одобрения достаётся даже тем, кто пошёл по жёлтому билету (что нисколько не облегчает их жизнь). И как только женщина желает реализоваться для своей пользы, а не для мужской, патриархальное общество тут же выпускает когти. Образование? Нет. Право голосовать? Нет. Оплачиваемая работа? Нет.

Женщина, которая протестует и требует прав, терпит на себе все виды общественного неодобрения. На неё рисуют карикатуры, её выставляют в максимально неприглядном свете, подозревают у неё психические расстройства или вовсе налагают административную ответственность.

Например, как было с борцуньями за женское право голосовать.

А дискредитировать их пытались, к слову, так же, как и современных феминисток: рисовали из них неприглядный, некрасивый, неухоженный, истеричный, незамужний образ. Вроде как - была бы красива и замужем, была бы довольна своим бесправием.

Так что женщина в патриархате, безусловно, уважаема. Как, например, инкубатор или домработница. Как услада для глаз или удовольствие в постели. Мужчина уважает женщину, как собственность другого мужчины. Как уважал бы чужой автомобиль. Но никогда как человека.