Всё было как в прошлых случаях, только ещё хуже.
Горыныч так мотал во все стороны лапами, хвостом, ушами, рогами и, казалось, каждой чешуйкой, чтобы было странно, как он ещё не разложился на атомы!
Ему снилась совершенно жуткая жуть. И не приведи Мироздание, нам такое увидеть!
Во сне он был наследной принцессой. И его выдавали замуж по политическим соображениям.
Жених был надменен, самовлюблен. Он невесте даже кусочка конфетки не оставил!
А ещё его заставляли мерить всякие разные наряды. Какой Горыныч такое выдержит?!
Его держали на диете. Ему делали маски и притирания. Его запихивали в ванны и солярии. Его водили на маникюр, педикюр, пилинг и выдирание волосинок. Всё это Горыныч ощущал как будто в живую.
Возможности сбежать со свадьбы не было никакой!
Горыныч рыдал во сне горючими слезами.
Слезы, скапливаясь вокруг, собирались в огромную лужу, где он тонул, тонул, тонул, а вредный жених стоял рядом, ржал, как конь богатырский и показывал всякие неприличности.
Он так дергался во сне, что на него свалилась полка, где стояло много всяких безделушек, и все попали по самым чувствительным частям тела.
Горыныч в ужасе проснулся, ошалевшими глазами осмотрелся по сторонам, вылетел из пещеры.
Увидел разбитый рыцарем бивак, снес одним движением лапы палатку, схватил рыцаря за грудки, встряхнул, закинул на коня.
И велел скакать за ним.
Рыцарь спал в седле, но верный конь знал своё дело, и следуя тени Горыныча, скакал куда приказано.
Он вместе доскакали до замка.
Ворвались в царские покои, нашли спальню принцессы, схватили то, что лежало под одеялом, и счастливые от того, что спасли принцессу от жуткой участи, понеслись в пещеру.
Сверток в лапах Горыныча дергался и что-то вопил. Но на лету разбираться было некогда.
Долетев до пещеры, Горыныч аккуратно опустил сверток на травку, тот немедленно развернулся, сам, из него выползли кружевные панталоны, и громкий бас:
- Это что за нафиг?! – ревело нечто из свертка, - да я на вас в международную конвенции нажалуюсь! Да мой папа знаете кто?!
Вслед за панталонами показались усы.
А затем и вся морда того самого надменного жениха, той самой наследной принцессы.
Горыныч сел на все окорочка разом. Рыцарь, глядя на встопорщенную морду принца, начал ржать, как его собственный конь.
Принц жутко возмущался. Пещера от его возмущений отдавала эхом и опять тряслась.
Горыныч с рыцарем переглянулись, и дружно кивнули головами:
- Да, в таком виде его к людям выпускать нельзя!
И назначили ему отработку в виде чистки Авгиев конюшен, где в последние века стояли молодые, необъезженные драконы.
От принцессы в тот же день наши спасители получили комплимент с благодарностью.
И намек, что было бы неплохо свергнуть царскую власть. А ей дать место в парламенте.
Они обещали подумать.