НАТАЛЬЯ АРХАНГЕЛЬСКАЯ — ПОЧТИ ОТ А ДО Я
Фрагмент давнего интервью актрисы:
«Актер – тяжелая профессия. Но я – актриса!»
Народная артистка России Наталья Архангельская многие годы работает в театре им. М.Н. Ермоловой и статностью напоминает эту актрису на известном портрете В. Серова.
— Наталья Сергеевна, ваша фамилия – Архангельская. Она ассоциируется с чем-то северным, краем поморов, Ломоносова.
— Это девичья фамилия моей мамы, ее дедушка был священником. Она, скорее, церковная.
— У вас в роду были актеры?
— Нет. Мама работала художником по костюмам, обладала хорошим вкусом, шила. Папа был военным, генерал медицинской службы, участник войны. Интеллигентный человек, петербуржец. Я родилась в Москве, где мы жили на Тверской улице (тогда Горького). Не могу сказать, что с детства мечтала стать актрисой.
Подруга моя очень хотела в театральный, и я решила с ней попробовать поступить. Меня практически везде брали сразу в нескольких институтах — МХАТе, ГИТИСе, Щепкинском, Щукинском училищах. Но я предпочла ГИТИС, куда раньше отдала документы. На вступительных экзаменах читала Достоевского, «Белые ночи», очень пафосную патриотическую лирику Симонова и какую-то смешную басню.
Я училась у замечательных педагогов, патриархов МХАТа — И. М. Раевского, Г. Г. Конского, П. В. Лесли, игравших еще с Качаловым, Книппер. Мы были последние их студенты. Эти педагоги и великие актеры воспитывали нас в эстетических традициях МХАТа. Это было великолепно! Очень благодарна им за ту культуру и духовность, мировоззрение настоящего артиста, которые они несли.
А на первом курсе Сергей Аполлинарьевич Герасимов пригласил меня сниматься в фильме «Тихий Дон» на роль Дуняши Мелиховой. И даже предлагал перейти во ВГИК. Так что три года съемок совпали с моей учебой в ГИТИСе.
— Вы играли с Петром Глебовым, Элиной Быстрицкой, Людмилой Хитяевой, Игорем Дмитриевым, Любовью Соколовой
— Мы вообще были как одна семья, поскольку жили в Каменск- Шахтинске, где была выстроена съемочная деревня. Удивительно, что фильм 1957 года до сих пор постоянно показывают, он абсолютно не потерял своего значения, с каждым годом становится все более интересным и значимым. Да и новым фильмам с ним трудно конкурировать.
— В роли Дуняши вы очаровательны. Как Сергей Аполлинарьевич готовил вас к ней?
— Как-то сразу все пошло очень органично. Он называл меня артисткой первого дубля. Эта роль мне сразу показалась родной, простой, легкой, и вживание в нее произошло как-то само собой. По-моему, ни для кого из съемочной группы не было проблем. Мы слушали местный казацкий говор и старались его воспроизводить, постоянно общались с местными жителями, которые, кстати, и играли в массовке.
— В кино приглашали сниматься?
— Да, но я больше актриса театра, рабочая лошадка. После института работала года два в «Современнике». Потом перешла в Театр им. Ермоловой. И вот там я уже очень много лет. И очень много играла.
Одна из любимых ролей — аптекарша Кашкина в пьесе Александра Вампилова «Прошлым летом в Чулимске».
Кстати, наш режиссер Владимир Андреев дал мне ее за две недели до премьеры. Я вошла в спектакль без дублерши, и сразу все получилось, все легло. Странно, но в моей судьбе очень часто получается, что свои лучшие роли я сыграла, когда что-либо не получалось и меня вводили буквально перед премьерой. Так было со спектаклями «Бег», «Дом, где разбиваются сердца»…
И всегда получалось удачно. Я еще очень любила наш чудный «Чулимск» потому, что у меня был прекрасный партнер — Станислав Любшин. Мы со Славой всегда импровизировали. И все зависело от настроения — его или моего. Самое замечательное, когда плетешь эти «кружева» — петельки, крючочки. Есть актеры, которые всегда играют одинаково — хорошо, но одинаково. Я же партнерша живая. Никогда не играю одно и то же.
— Были ли вы на Родине Вампилова?
— Да. Раньше практически каждый год у нас бывали поездки в Иркутск. Вампилов — замечательный драматург, и я рада, что сыграла в его пьесе.
— Вы народная артистка России. Какое значение имеет звание?
— Если артист получает звание, значит, во всяком случае, в нем есть одаренность. Его должны знать, любить и коллеги, и зрители. Сейчас, кстати, это стало совсем не так престижно, как раньше. Тогда звание народного артиста звучало! Были определенные привилегии, как то: прибавка к зарплате, обслуживание в специальной поликлинике, бесплатное лечение в санатории. Сейчас этого нет. Разве что, по-моему, бесплатные похороны.
Я считаю, что артисты — это, в известном смысле, герои, люди, не щадящие себя. Хотя работать с недомоганием — с температурой, давлением, сердечными болями — и на полную отдачу никогда не считалось геройством. Это просто нормально. Потому что отменяют спектакль в самом крайнем случае.
— Вас когда-нибудь разыгрывали на сцене?
— Да, безусловно. Актеры очень смешливые люди. Кто-то перепутает текст или фамилию — начинаешь смеяться и очень трудно остановиться, можно сорвать роль. Или, например, перед самым началом тебе говорят: «Скажи или сделай вот так, не перепутай», и актер от пущего старания обязательно сделает наоборот. А кто-то начнет хохотать как сумасшедший.
— Вы хотели бы преподавать?
— Я бы очень хотела. Я обожаю студентов. Часто принимала государственные экзамены в ГИТИСе, и мне предлагали преподавательские должности. Но если этим заниматься, то всерьез. А я физически не смогла бы отдавать студентам столько сил и времени, сколько надо на самом деле. Для этого надо быть очень здоровым, энергетически мощным человеком. У меня так не получится.
— Что бы вы посоветовали девочкам, избравшим актерскую профессию?
— Очень сложно что-либо посоветовать. Не все девочки, которые хотят быть артистками, могут ими быть — это от бога. Я считаю, что актер начинается где-то лет с тридцати, когда накоплен какой-то жизненный опыт. Есть, правда, очень способные люди, которые проявляют себя и много раньше. Прежде чем поступать, надо хорошо подумать. Это адский труд. На всю жизнь. Ты не просто говоришь со сцены текст. Ты каждый раз проживаешь чью-то жизнь, чью-то драму. Просто так ничего не сыграешь. Халтура будет видна и неинтересна зрителю. Если ты себя как актера уважаешь, то должен тщательно готовить роль, репетировать, оттачивать. Это каждый раз волнения. И твое личное самочувствие никого не волнует. Очень тяжелая профессия. Очень! Когда я поступала, то не представляла, что это будет так тяжело. Конечно, эффектно, когда в оперетте (при наличии хороших вокальных и хореографических данных) ты выходишь с веером, спускаешься по ступенькам: «Час-ти-ца черта в нас!» Но если ты драматическая актриса и хочешь играть психологически серьезные роли, надо знать, что это тяжелый внутренний труд. Но когда ты видишь, что зал тебе благодарно отвечает — плачет, смеется, оглушительно молчит, то все эти силы, которые затрачиваешь, воздаются. Энергетика тебе возвращается.
Я актриса, и для меня это самая замечательная профессия. И не представляю себя ни в каком другом жизненном амплуа.
— От актера требуется, чтобы он был «податливой глиной», из которой режиссеру удобно «лепить» образ. Но если актер не согласен с ним или драматургом?
— Я принадлежу к тем актерам, которые считают: если ты этого режиссера уважаешь и у него работаешь — ты должен его слушать. Я не люблю, когда спорят с режиссером, морочат ему голову: «А почему я это делаю, почему не то?» Так нельзя. Это твоя профессия, и попытайся сначала сделать, попробуй! Конечно, бывает, что актер более тонко чувствует и может что-то предложить, а режиссер с ним соглашается. У меня тоже бывали случаи, когда я предлагала и привносила что-либо, и режиссер был только благодарен этой находке. Все везде индивидуально.
А что касается несогласия с драматургом, тут уже ты выбираешь, нравится тебе материал или не нравится. Бывает, что играешь в пьесе, которая тебе и не нравится. Пытаешься привести все к общему знаменателю, найти мотивировку поступка героя, чтобы душа твоя не очень сопротивлялась. В этом профессия наша и заключается.
Судьба сводила меня с разными режиссерами. У Виктюка играла с Татьяной Догилевой в «Декамероне». Снялась у Анатолия Эфроса в телепьесе Арбузова «Таня» в роли разлучницы Шамановой.
— Вам нравилось ездить на гастроли?
— Конечно! Раньше за 2 руб. 60 коп. суточных мы объезжали всю Россию. Только благодаря гастролям я увидела всю страну: Владивосток, Хабаровск, Петрозаводск, Мурманск, Архангельск.
— Ваше любимое время года лето?
— Очень люблю золотую осень — сентябрь, начало октября. Как русский человек зиму тоже очень люблю. Раньше увлекалась лыжами, даже горными.
— А сейчас какое у вас хобби? Многие артистки любят вязать.
— Никогда. Я всегда занималась спортом, играла в теннис. Люблю природу. Вожу машину.
Елена МАРТЫНЮК