Когда мы завели нашу любимую кошечку Маюшу, был май. Так и назвали ее, в честь теплого ласкового месяца. Майка была чистопородной, с хорошей родословной. Разумеется, мы ее не стерилизовали. Росла Маюша игривой и ласковой. Правда, наша киска была не в меру любопытной, но любой детеныш, хоть кошачий, хоть человеческий, если он здоров и активен, пытается познавать мир. И вот наконец Маюша доросла до детородного возраста. Гульки проходили «весело»: Майка проходу не давала всем домашним, заунывно орала «ау-рау», а муж оптимистично шутил, что это она Абрама зазывает. Зазывала, зазывала, да и вызвала. Правда, не Абрама, а соседского кота Барсика. Гляжу как-то, сидит Майка у входной двери. Не орет, молча сидит и пристально на дверь смотрит. Будто бы она через дверь видит кого-то. Пытаюсь ее отвлечь, чтобы в коридоре не сидела, но без толку. Решила тогда ей показать, что никого там за дверью нет. Показательно щелкнула замками, открываю дверь и говорю: — Видишь? Никого нет! Да как же нет, если