Незнакомец кажется заметил, что я через чур увлекся разглядыванием его лица и криво улыбнулся.
- Знаю, что ты думаешь. Но поделать ничего нельзя… все так как должно быть...
- А у вас это… глаза не болят?
Мужчина опять улыбнулся.
- Боль - это мое перманентное состояние, так что меня ничего особо не беспокоит...
Он поднялся и мне удалось получше рассмотреть его одежду. Обычная широкая рубаха заправленная в такие же через чур широкие штаны, подпоясанные куском веревки.
- Пошли в дом, стемнеет скоро! - развернулся он и направился к двери.
«Здесь темнеет? - подумал я. - За все время что я здесь провел освещенность здесь не изменилась!»
Но старик оказался не совсем прав, назвав то что произошло ТЬмой…
****
Мы сидели за столом. На нем не было ни скатерти, ни салфеток, лишь грубо отесанная столешница. Да и убранство всего жилища было очень аскетичным - небольшой угол отведенный под кухню - где стояла каменная печь, наподобие старинной русской печи, только меньше и без спального места. Около печи - полки с пучками ароматных пряных трав, корений. Все это было покрыто слоем пыли и рассмотреть получше не получалось. На полках такие же пыльные склянки с неизвестным содержимым. На окне стояла глиняная миска с неприятно пахнущей жидкостью и плавающим в ней горящим фитилем - таких странных свечей я раньше не видел. Около стола были приставлены небольшие каменные глыбы, которые по всей видимости служили стульями. Кровати не было, но в углу я заметил скатанное в пухлый рулет ватное одеяло. Скорее всего дедок спал прямо на полу.
Дальний угол занавешен ширмой и понять что там хранилось я не мог, а при хозяине заглядывать за нее не посмел, кто знает как бы он отреагировал. Я решил сразу наладить положительный контакт и угостил деда жареной курочкой и свежими огурцами. Его глаза сделались еще больше. Я даже испугался! Старик кажется обезумел от вида нормальной еды! Он подскочил к столу и запихнул в рот все сразу. По-волчьи он поднял голову к верху, чтобы еда не выпадала изо рта, и, практически не пережевывая, он проглотил мое угощение. Я вообще то рассчитывал что этого хватит на нас двоих, но… поздно было делить то, чего уже не было!
Зато старик враз подобрел! Он заулыбался, предложил мне выпить какой то местной жижи. Я не отказался, при том что напиток был приятным и на запах и на вкус. Немного вязким, как и все в этом мире, но после того как он попадал внутрь… дышалось намного легче! Голова перестала болеть, а лицо расслаблялось настолько, что глупая улыбка не сползала с него.
Старик примостился на своем ватном одеяле на полу и закурил какую-то вонючую папиросу. Он и мне предлогам, но я благоразумно отказался, так как начинать курить с неземной махорки не собирался.
Деда заметно разморило, он облокотился на левый локоть, устало прищурил глаза и молча курил, глядя куда то в потолок. Я боялся нарушить его идиллию с моментом, поэтому тоже молчал и гладил кошку, запрыгнувшую ко мне на колени.
Мое внимание привлекло то, что происходило за окном. Старик говорил, что скоро должно стемнеть, но то что там творилось невозможно было назвать ночью… или даже сумраком… Пепельная вездесущая дымка приобрела багряно-черный цвет, как будто все окутала темная, ядовитая гарь. Сквозь нее не было видно вообще ничего. Дедок заметил, что я увлекся переменой погоды и пустился в объяснения.