1. Текст 1.
«[4. Сущность материалистического понимания истории.
Общественное бытие и общественное сознание]
Итак, дело обстоит следующим образом: определённые индивиды, определённым образом занимающиеся производственной деятельностью [Первоначальный вариант: «определённые индивиды при определённых производственных отношениях». — Ред.], вступают в определённые общественные и политические отношения. Эмпирическое наблюдение должно в каждом отдельном случае — на опыте и без всякой мистификации и спекуляции — выявить связь общественной и политической структуры с производством. Общественная структура и государство постоянно возникают из жизненного процесса определённых индивидов — не таких, какими они могут казаться в собственном или чужом представлении, а таких, каковы они в действительности, т. е. как они действуют, материально производят и, следовательно, как они действенно проявляют себя при наличии определённых материальных, не зависящих от их произвола границ, предпосылок и условий [Далее в рукописи перечёркнуто: «Представления, которые создают себе эти индивиды, суть представления либо об их отношении к природе, либо об их отношениях между собой, либо о том, что такое они сами. Ясно, что во всех этих случаях эти представления являются сознательным выражением — действительным или иллюзорным — их действительных отношений и деятельности, их производства, их общения, их общественной и политической организации. Обратное допущение возможно лишь в том случае, когда помимо духа действительных, материально обусловленных индивидов, предполагается ещё какой-то особый дух. Если сознательное выражение действительных отношений этих индивидов иллюзорно, если они в своих представлениях ставят свою действительность на голову, то это есть опять-таки следствие ограниченности способа их материальной деятельности и их, вытекающих отсюда, ограниченных общественных отношений». — Ред.].
Производство идей, представлений, сознания первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей, в язык реальной жизни. Образование представлений, мышление, духовное общение людей являются здесь ещё непосредственным порождением их материальных действий. То же самое относится к духовному производству, как оно проявляется в языке политики, законов, морали, религии, метафизики и т. д. того или другого народа. Люди являются производителями своих представлений, идей и т. д., но речь идёт о действительных, действующих людях, обусловленных определённым развитием их производительных сил и соответствующим этому развитию [19 — 20] общением, вплоть до его отдалённейших форм [Первоначальный вариант: «Люди являются производителями своих представлений, идей и т. д., и именно люди, обусловленные способом производства их материальной жизни, их материальным общением и его дальнейшим развитием в общественной и политической структуре». — Ред.]. Сознание [das Bewußtsein] никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием [das bewußte Sein], а бытие людей есть реальный процесс их жизни. Если во всей идеологии люди и их отношения оказываются поставленными на голову, словно в камере-обскуре, то это явление точно так же проистекает из исторического процесса их жизни, как обратное изображение предметов на сетчатке глаза проистекает из непосредственно физического процесса их жизни.
В прямую противоположность немецкой философии, спускающейся с неба на землю, мы здесь поднимаемся с земли на небо, т. е. мы исходим не из того, что люди говорят, воображают, представляют себе, — мы исходим также не из существующих только на словах, мыслимых, воображаемых, представляемых людей, чтобы от них прийти к подлинным людям; для нас исходной точкой являются действительно деятельные люди, и из их действительного жизненного процесса мы выводим также и развитие идеологических отражений и отзвуков этого жизненного процесса. Даже туманные образования в мозгу людей, и те являются необходимыми продуктами, своего рода испарениями их материального жизненного процесса, который может быть установлен эмпирически и который связан с материальными предпосылками. Таким образом, мораль, религия, метафизика и прочие виды идеологии и соответствующие им формы сознания утрачивают видимость самостоятельности. У них нет истории, у них нет развития: люди, развивающие своё материальное производство и своё материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также своё мышление и продукты своего мышления. Не сознание определяет жизнь, а жизнь определяет сознание. При первом способе рассмотрения исходят из сознания, как если бы оно было живым индивидом; при втором, соответствующем действительной жизни, исходят из самих действительных живых индивидов и рассматривают сознание только как их сознание.
Этот способ рассмотрения не лишён предпосылок. Он исходит из действительных предпосылок, ни на миг не покидая их. Его предпосылками являются люди, взятые не в какой-то фантастической замкнутости и изолированности, а в своём действительном, наблюдаемом эмпирически процессе развития, протекающем в определённых условиях. Когда изображается этот деятельный процесс жизни, история перестаёт быть собранием мёртвых фактов, как у эмпириков, которые сами ещё абстрактны, или же воображаемой деятельностью воображаемых субъектов, какой она является у идеалистов. [20 — 21]
Там, где прекращается спекулятивное мышление, — перед лицом действительной жизни, — там как раз и начинается действительная положительная наука, изображение практической деятельности, практического процесса развития людей. Прекращаются фразы о сознании, их место должно занять действительное знание. Изображение действительности лишает самостоятельную философию её жизненной среды. В лучшем случае её может заменить сведение воедино наиболее общих результатов, абстрагируемых из рассмотрения исторического развития людей. Абстракции эти сами по себе, в отрыве от действительной истории, не имеют ровно никакой ценности. Они могут пригодиться лишь для того, чтобы облегчить упорядочение исторического материала, наметить последовательность отдельных его слоёв. Но, в отличие от философии, эти абстракции отнюдь не дают рецепта или схемы, под которые можно подогнать исторические эпохи. Наоборот, трудности только тогда и начинаются, когда приступают к рассмотрению и упорядочению материала — относится ли он к какой-нибудь минувшей эпохе или к современности, — когда принимаются за его действительное изображение. Устранение этих трудностей обусловлено предпосылками, которые отнюдь не могут быть даны здесь, а создаются лишь в ходе изучения действительного жизненного процесса и деятельности индивидов каждой отдельной эпохи. Мы выделим здесь некоторые из этих абстракций, которыми мы пользуемся в противоположность идеологии, и поясним их на исторических примерах».
Маркс, К. Энгельс, Ф. Немецкая идеология. Критика новейшей немецкой философии в лице её представителей Фейербаха, Б. Бауэра и Штирнера и немецкого социализма в лице его различных пророков. — Маркс, К. Энгельс, Ф. Избранные сочинения. В 9 тт. Т. 2. — М.: Издательство политической литературы, 1985. Сc. 20 — 21.
2. Мы представили целый параграф из первой главы «Фейербах» книги «Немецкая идеология» двух авторов Карла Генриха Маркса и Фридриха Энгельса. В структуре книги это самый корень так называемого материалистического понимания истории. В отличие от корней дуба, привлекательных для свиней, людям всегда полезно копаться вокруг корней истины. Так судил о корнях Георгий Валентинович Плеханов. Рассмотрим же, что это за корни истины в данных переплетениях слов двух молодых и не потерявших задора людей.
3. «Итак, дело обстоит следующим образом: определённые индивиды, определённым образом занимающиеся производственной деятельностью [Первоначальный вариант: «определённые индивиды при определённых производственных отношениях». — Ред.], вступают в определённые общественные и политические отношения».
Против этого реалистического наблюдения нечего возразить. С ним можно только согласиться. В этом наблюдении констатируется наличие двух областей отношений людей: (1) производственной — с одной стороны, (2) общественной и политической — с другой.
4. «Эмпирическое наблюдение должно в каждом отдельном случае — на опыте и без всякой мистификации и спекуляции — выявить связь общественной и политической структуры с производством».
Тут уже появляются шокирующие воображение ума новости.
Производственная деятельность, по разумению авторов, как-то связана с общественными и политическими структурами. Связана ли, мы здесь сомнению подвергать не будем, дадим, что называется, авторам высказаться.
Естественно, если производство связано со структурами общества и политики, возникает вопрос о существе и специфике этой связи, иначе и разговор о связи не стоило бы и начинать, будь эта связь так незначима.
Эту связь должно выявить «эмпирическое наблюдение». И тут нам уже не совсем ясно, мы в недоумении, почему именно эмпирическое наблюдение, а не теоретическое рассуждение должно выявить эту связь. С абстрагированием от мистификаций и спекуляций при выявлении этой связи мы, пожалуй, легко можем согласиться. А вот то, что связь должна изучаться на опыте, вызывает сомнения.
Опыт — унавоженная питательная почва эмпиризма, с этим никто не спорит. Но сама процедура осуществления опытного наблюдения за связью материального производства и общества в его социальных и политических структурах какова? К. Г. Маркс и Ф. Энгельс собираются посещать ткацкие фабрики и угольные шахты, сельскохозяйственные фермы и соляные копи? И наблюдать там вживую их связь с политическими и социальными структурами? То же и в социальных институциях и коридорах политической власти? Регулярно ходить в Палату Общин и Палату лордов, чтобы там наблюдать эту самую связь эмпирически? Господа К. Г. Маркс и Ф. Энгельс! Вас всюду пустят? И на ферму, и в парламент?
Вершиной нелепостей почему-то вдохновляющего К. Г. Маркса и Ф. Энгельса ползучего эмпиризма является важное уточнение: «должно в каждом отдельном случае». То есть необходимо исследовать все ромашки на земле. Каждый цветок — отдельный случай. Ботаники!
5. До сих пор у нас только теоретически (не эмпирически!) констатированы две отдельные области, производственная и социально-политическая, теоретически (не эмпирически!) констатирована связь между ними, теоретически же (не эмпирически!) дано задание исследовать эту связь, но исследовать эмпирически и скрупулёзно-крохоборчески, то есть по-немецки исчерпывающе и с описанием всех выявленных случаев указанной связи.
Далее идут уже иные теоретические констатации…
«Общественная структура и государство постоянно возникают из жизненного процесса определённых индивидов».
Даже и против некоторого умножения сущностей, — в данном случае мы констатируем появление «жизненного процесса», из которого возникает общество и государство, — мы бы не возражали. Авось, это сущность, общая как материальному производству, так и обществу с государством. Так что, сделаем предположение, указанные выше две области наши авторы просто подводят под общий знаменатель, выявляют корень обоих разрастаний на поверхности планеты Земля.
6. Но в дальнейшем выясняется, что этот «жизненный процесс» для наших авторов и их читателей — только синоним материального производства. То есть связь не триадическая — двух областей с общей основой, общей родиной, не диадическая — области взаимодействуют, а односторонняя: из материального производства вырастает общество и государство, но не наоборот.
Действительно, индивидов при выявлении указанной значимой связи надо брать «не таких, какими они могут казаться в собственном или чужом представлении, а таких, каковы они в действительности, т. е. как они действуют, материально производят и, следовательно, как они действенно проявляют себя при наличии определённых материальных, не зависящих от их произвола границ, предпосылок и условий».
Таким образом становится очевидным, что по разумению наших авторов, материальное производство, осуществляемое определёнными индивидами в определённых материальных условиях — вот что такое «жизненный процесс», из которого возникает общество и государство.
Смелое утверждение! Это посильнее взрыва, осуществлённого в научном мире будущей книгой «О происхождении видов путём естественного отбора, или сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь» («On the Origin of Species by Means of Natural Selection, or the Preservation of Favoured Races in the Struggle for Life») Чарлза Роберта Дарвина. У К. Г. Маркса и Ф. Энгельса получился взрыв даже не в обществе и государстве, последствия какового взрыва можно так или иначе купировать, а взрыв самих общества и государства.
7. Весьма важно внимательно читать перечёркнутые, и тем самым отвергнутые, части текста. Там не только иной стиль построения фразы. Там имеется пример того, как К. Г. Маркс и Ф. Энгельс думали, что входило в их умы, хотя от этого они и отказались.
«Представления, которые создают себе эти индивиды, суть представления либо об их отношении к природе, либо об их отношениях между собой, либо о том, что такое они сами. Ясно, что во всех этих случаях эти представления являются сознательным выражением — действительным или иллюзорным — их действительных отношений и деятельности, их производства, их общения, их общественной и политической организации. Обратное допущение возможно лишь в том случае, когда помимо духа действительных, материально обусловленных индивидов, предполагается ещё какой-то особый дух. Если сознательное выражение действительных отношений этих индивидов иллюзорно, если они в своих представлениях ставят свою действительность на голову, то это есть опять-таки следствие ограниченности способа их материальной деятельности и их, вытекающих отсюда, ограниченных общественных отношений».
По написанному и зачёркнутому можно судить, что для ума и сознания наши авторы видят только две судьбинушки по двум судебным решениям.
(1) Представления людей «являются сознательным выражением — действительным или иллюзорным — их действительных отношений и деятельности, их производства, их общения, их общественной и политической организации», каковые общественная и политическая организации, как мы уже выяснили у наших авторитетных учёных, сами являются порождением материального производства.
Таким образом, ум и сознание людей — рефлексы производственной материальной деятельности. Как искры при электросварке. Или как пар в свистке паровоза.
(2) Очевидно, полное рабство ума и сознания имеет альтернативу в полной свободе ума и сознания. «Обратное допущение возможно лишь в том случае, когда помимо духа действительных, материально обусловленных индивидов, предполагается ещё какой-то особый дух». Но для К. Г. Маркса и Ф. Энгельса никакой такой дух ими не терпим. Дать уму волю — погрешить супротив заповедей материализма, на который наши парни после знакомства с литературной продукцией Людвига Андреаса Фейербаха уже настроились истово, расшибая лбы, молиться. Свободный ум, особый дух — отвергаемая альтернатива. Ум, сознание — рабы безальтернативно.
8. Что касается наших авторов, то на самом деле не так-то легко будет им отделаться от ума и сознания, ибо эти люди наговорили, навоображали, напредставляли столько, а в действительном материальном производительном труде и материальном общении не были никем и никогда замечены, что нам поневоле придётся считать, что действительная деятельность этих людей, их действительный жизненный процесс составляют их слова, их воображение, их представления. Именно представления, воображение и слова, утрясённые в их организмах, плотно, без видимых на просветов и пустот, заполняют их умы, души и тела. Поэтому как раз по словам, воображению и представлениям этих людей и будет самым адекватным судить о них. И что же они говорят? Что воображают? Что представляют? Они рассказывают нам, как более конкретно ум и сознание возникают из производственной практики.
9. «Производство идей, представлений, сознания первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей, в язык реальной жизни. Образование представлений, мышление, духовное общение людей являются здесь ещё непосредственным порождением их материальных действий».
«Производство идей, представлений, сознания первоначально непосредственно вплетено…»
Можно ли надеяться, что потом ситуация изменится и первоначальное вплетение будет впоследствии расплетено? Или таковое действие не предусмотрено инструкцией?
«Образование представлений, мышление, духовное общение людей являются здесь ещё непосредственным порождением их материальных действий».
Слова «здесь ещё» свидетельствуют о начальном этапе функционирования сознания, когда сознание вынуждено участвовать в нуждах материальной деятельности, обслуживать материальный процесс. Так можно ли надеяться, что дальше будет иначе? Сознание получит независимость от материальной деятельности вообще, материальных производственных процессов в особенности и материального же общения? Согласитесь, было бы странно если бы «здесь ещё» было тождественно «здесь, всюду и всегда». Но читаем далее.
10. «То же самое относится к духовному производству, как оно проявляется в языке политики, законов, морали, религии, метафизики и т. д. того или другого народа».
Вот те на!.. «Язык политики, законов, морали, религии, метафизики и т. д.» предполагает существование этих областей духовного производства, иначе зачем бы каждой из этих областей заводить свой язык! Чтобы болтать о не существующих предметах? А существование духовного производства в столь дифференцированном виде отдельных областей этого производства свидетельствует о довольно высокой стадии развития общества не только материальной, хотя и такой тоже, но прежде всего — высокой стадии духовного развития общества и индивидов в нём.
И если здесь всё то же, что и на первоначальной стадии функционирования сознания, то ничего не меняется: сознание на многих, если не на всех, стадиях своего функционирования вплетено в материальную деятельность и материальное же общение; по К. Г. Марксу и Ф. Энгельсу это его, сознания, фундаментальное качество. Но, судя по уже прочтённому выше, это для нас и не удивительно.
11. «Люди являются производителями своих представлений, идей и т. д., но речь идёт о действительных, действующих людях, обусловленных определённым развитием их производительных сил и соответствующим этому развитию общением, вплоть до его отдалённейших форм».
Как говорится, возьмите действительных, действующих людей, и их представления, идеи и т. д. покажут свой материально-производственный генезис, обусловленность идеи и представлений будет действовать на эти представления и идеи даже от отдалённейших форм материального общения. Даже и от них сознанию не скрыться.
12. Первоначальный вариант этого текста ещё откровеннее:
«Люди являются производителями своих представлений, идей и т. д., и именно люди, обусловленные способом производства их материальной жизни, их материальным общением и его дальнейшим развитием в общественной и политической структуре».
Тут не совсем ясно, к чему относится «дальнейшее развитие в общественной и политической структуре»: к способу производства материальной жизни или же к материальному общению?
Однако, производство и общение, как нетрудно заметить, работают слётанной парой. Поэтому кому из двух уготована карьера в политических и общественных структурах, не так и важно для нашего вывода: сомнений, что это именно материальное производство и материальное общение обусловливают духовное производство целиком и полностью, оставаться у читателя не должно.
13. «Сознание [das Bewußtsein] никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием [das bewußte Sein], а бытие людей есть реальный процесс их жизни».
Тут наши создатели материалистического понимания истории окончательно разделываются с сознанием: сознание есть только осознанное бытие, а бытие редуцируемо и редуцировано, то есть сведено, к бытию людей, каковое бытие в свою очередь мыслится как реальный процесс жизни людей. Что это за реальный процесс жизни людей, нам известно даже не из других мест цитированной книги, а просто отсюда же, из первоначального варианта одной из фраз: бытие людей это «способ производства их материальной жизни, их материальное общение и его дальнейшее развитие в общественной и политической структуре».
14. Так описан К. Г. Марксом и Ф. Энгельсом, так сказать, нормальный процесс функционирования сознания с его производством идей, представлений, воображением и проч.
Но сознание — персонаж не всегда же примерного поведения? Не всегда и отличник по боевой и политической подготовке, по физкультуре и общественной работе вне школы и дома?
Для модуса извращений, ошибок и прогорклой лжи ума и сознания имеется свой энергичный танец этих рабов со способом материального производства и материального общения.
«Если во всей идеологии люди и их отношения оказываются поставленными на голову, словно в камере-обскуре, то это явление точно так же проистекает из исторического процесса их жизни, как обратное изображение предметов на сетчатке глаза проистекает из непосредственно физического процесса их жизни».
Физический процесс жизни в отношении живого тела человека — это анатомия и физиология. «Исторический процесс жизни» людей, можно уже не сомневаться, это материальное производство и материальное общение в процессе производства.
Значит способом и формами функционирования материального производства и материального общения следует объяснять, то есть сводить к детерминации этими материальными процессами, и встречающиеся в продуктах сознания несообразности: во всей идеологии люди и их отношения оказываются поставленными на голову, что есть несомненное искажение реальности постановки людей, но и само это искажение обусловлено материальными процессами.
Петляешь мыслью? Дважды два у тебя восемьдесят семь с половиной (2х2 = 87,5)?
Сукин сын Дантес!
Великосветский шкода.
Мы б его спросили:
— А ваши кто родители?
Чем вы занимались
до 17-го года? —
Только этого Дантеса бы и видели.
В. В. Маяковский. Юбилейное (1924)
И это правильно, ибо человек, Жорж Шарль де Геккерен д’Антес тож, — продукт материального общения людей, общения с последующей беременностью, деторождением, усыновлением.
15. К. Г. Марксу и Ф. Энгельсу, ввиду их огромной популярности, читатели и исследователи часто вменяют своё личное, заработанное непосильным трудом, глубокомыслие и помимо марксизма приобретённую мудрость. Глядите, мол, я каков! Во как могу истолковать «основоположников марксизма», так что не только скелет Карла Генриха Маркса примется переворачиваться в гробу на Хайгетском кладбище от такой герменевтической оригинальности толкователей, но и Фридрих Энгельс, как Феникс, спешно восстанет из пепла, непредусмотрительно развеянного у мыса Бичи-Хед в Истборне, и в крепких площадных выражениях пожелает толмачам дальнейших успехов.
Да, порой так толкуют, что давно покоящиеся и истлевшие лежачие готовы обратиться в новопреставленных.
Одно из таких нелепых толкований можно наблюдать даже у в целом неплохого исследователя и издателя К. Г. Маркса и Ф. Энгельса, хотя мыслителя и довольно поверхностного — Георгия Александровича Багатурия. Именно он, вслед за И. И. Прейсом и А. А. Уйбо, редакторами-издателями третьего тома, переиздавал «Немецкую идеологию», играл в «Камень. Ножницы. Бумага», тасуя фрагменты оставшихся рукописей, и, конечно же, давал заголовки в квадратных скобках отдельных частей первой главы «Фейербах», главы самой важной и главы наиболее пострадавшей от «грызущей критики мышей» (К. Г. Маркс). На его совести лежит камень именования и данного, цитированного здесь, параграфа:
«[4. Сущность материалистического понимания истории.
Общественное бытие и общественное сознание]».
Легко согласиться с тем, что параграф представляет «Сущность материалистического понимания истории. Но «Общественное бытие и общественное сознание» здесь лишни и даже совершенно неуместны. В тексте нет речи ни об общественном бытии, ни об общественном сознании. Для данного текста это слишком уж высокополётные абстракции. Здесь даже нет ещё деления на классовое бытие различных классов и классовое сознание различных классов. Даже такие обобщения, как может убедиться читатель, здесь не делаются. Куда уж до обобщения совокупных индивидуальных бытий в общественное бытие и совокупных индивидуальных сознаний в общественное сознание!
16. А что же тогда имеется?
Тотальная борьба с тем, что в логике называется «генерализирующими абстракциями», то есть с обобщением. И тотальная борьба с теорией, презрительно называемой спекуляцией.
Какие трофеи обретаются в результате побед в столь бескомпромиссной борьбе?
(1) Опора не на род, а на индивидов.
(2) Замена теории эмпирией.
«В прямую противоположность немецкой философии, спускающейся с неба на землю, мы здесь поднимаемся с земли на небо, т. е. мы исходим не из того, что люди говорят, воображают, представляют себе, — мы исходим также не из существующих только на словах, мыслимых, воображаемых, представляемых людей, чтобы от них прийти к подлинным людям; для нас исходной точкой являются действительно деятельные люди, и из их действительного жизненного процесса мы выводим также и развитие идеологических отражений и отзвуков этого жизненного процесса».
Про то, что это ни в коем случае не должны быть люди вообще, а только определённые люди, — определённые индивиды, писалось К. Г. Марксом и Ф. Энгельсом, а нами комментировалось чуть выше.
Об эмпиризме также писалось и комментировалось выше, но сюда подоспели новые материалы.
«Даже туманные образования в мозгу людей, и те являются необходимыми продуктами, своего рода испарениями их материального жизненного процесса, который может быть установлен эмпирически и который связан с материальными предпосылками».
Тут эмпиризм совершенно разгульный и беспамятный.
Каким испарением материального жизненного процесса К. Г. Маркса и Ф. Энгельса является, допустим, сама эта фраза? Кто-то установил это эмпирически и определил с какими материальными предпосылками два буржуа, один из которых крупный капиталист-фабрикант, связаны этим своим тезисом о рабской вторичности сознания? Какое своё материальное производство и своё материальное общение развивали эти люди, К. Г. Маркс и Ф. Энгельс, так, что оно определило такое сознание этих участников материального производственного процесса и материального же общения, чтобы они выпустили из себя такую эмпирическую пену о сознании?
17. Окончательный крест на уме и сознании ставится так:
«Таким образом, мораль, религия, метафизика и прочие виды идеологии и соответствующие им формы сознания утрачивают видимость самостоятельности. У них нет истории, у них нет развития: люди, развивающие своё материальное производство и своё материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также своё мышление и продукты своего мышления. Не сознание определяет жизнь, а жизнь определяет сознание. При первом способе рассмотрения исходят из сознания, как если бы оно было живым индивидом; при втором, соответствующем действительной жизни, исходят из самих действительных живых индивидов и рассматривают сознание только как их сознание».
«У них нет истории, у них нет развития». Это даже не крест, а осиновый кол в сердце ума и мозг сознания. С тщательной и успешной предварительной работой ветеринара-животновода по кастрации сущности у этих «испарений материального жизненного процесса».
Заметьте, нет сознания вообще, а значит — нет и общественного сознания, имеется только их сознание.
С таким эмпиризмом в голове можно только гладить по головушке отдельных индивидов рода человеческого и одобрять. В этом и будет состоять изучение их сознания.
18. Умственно дикие бесчинства на торжествах празднования победы эмпиризма и индивидуализма над теоретизмом и обобщением описываются так.
«Этот способ рассмотрения не лишен предпосылок. Он исходит из действительных предпосылок, ни на миг не покидая их. Его предпосылками являются люди, взятые не в какой-то фантастической замкнутости и изолированности, а в своём действительном, наблюдаемом эмпирически процессе развития, протекающем в определённых условиях. Когда изображается этот деятельный процесс жизни, история перестаёт быть собранием мёртвых фактов, как у эмпириков, которые сами ещё абстрактны, или же воображаемой деятельностью воображаемых субъектов, какой она является у идеалистов».
Видите, какая поверхностно-изысканная и, одновременно, конечно же, филистерски-пошлая диалектика: исходить из предпосылок, ни на миг не покидая их. То есть, не иначе как топтаться на предпосылках. Кстати, наши мастера машинного доения материи и искусственного оплодотворения её эмпиризмом именно так и делают: раз сформулировав принципы и тезисы, не применяют их к разнообразному материалу, а топчутся на них, создавая видимость единства и, одновременно, развития.
Оскорбления же эмпириков, только что прозвучавшие в их адрес из уст К. Г. Маркса и Ф. Энгельса, произнесены не от большого ума этой пары авторов. Ибо модус эмпиризма, к которому они испытывают неприязнь, есть их собственный, родной им, модус: копаться в мелком, конкретном, индивидуальном...
19. «Там, где прекращается спекулятивное мышление, — перед лицом действительной жизни, — там как раз и начинается действительная положительная наука, изображение практической деятельности, практического процесса развития людей. Прекращаются фразы о сознании, их место должно занять действительное знание. Изображение действительности лишает самостоятельную философию её жизненной среды. В лучшем случае её может заменить сведение воедино наиболее общих результатов, абстрагируемых из рассмотрения исторического развития людей. Абстракции эти сами по себе, в отрыве от действительной истории, не имеют ровно никакой ценности. Они могут пригодиться лишь для того, чтобы облегчить упорядочение исторического материала, наметить последовательность отдельных его слоёв. Но, в отличие от философии, эти абстракции отнюдь не дают рецепта или схемы, под которые можно подогнать исторические эпохи. Наоборот, трудности только тогда и начинаются, когда приступают к рассмотрению и упорядочению материала — относится ли он к какой-нибудь минувшей эпохе или к современности, — когда принимаются за его действительное изображение. Устранение этих трудностей обусловлено предпосылками, которые отнюдь не могут быть даны здесь, а создаются лишь в ходе изучения действительного жизненного процесса и деятельности индивидов каждой отдельной эпохи. Мы выделим здесь некоторые из этих абстракций, которыми мы пользуемся в противоположность идеологии, и поясним их на исторических примерах».
Данным заключительным абзацем параграфа К. Г. Маркс и Ф. Энгельс резюмировали тщету всех своих теоретических потуг провозгласить эмпиризм и индивидуализм подлинно научными методами и принципами. То, что при этом попутно убита философия — не велика печаль. Это 1846 год. Точно так же Ф. Энгельс её убьёт в 1886 — 1888 годах, когда напишет и издаст свою брошюру «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии». То есть философия, убитая в 1846 году, доживёт до повторного журнального убийства в 1886 году и в сброшюрованном виде до своей публичной индивидуальной казни в 1888 году.
Текст 2.
«В предшествующем изложении можно было дать только общий очерк марксова понимания истории и, самое большее, пояснить её некоторыми примерами. Доказательства истинности этого понимания могут быть заимствованы только из самой истории, и я вправе сказать здесь, что в других сочинениях приведено уже достаточное количество таких доказательств. Но это понимание наносит философии смертельный удар в области истории точно так же, как диалектическое понимание природы делает ненужной и невозможной всякую натурфилософию. Теперь задача в той и в другой области заключается не в том, чтобы придумывать связи из головы, а в том, чтобы открывать их в самих фактах. За философией, изгнанной из природы и из истории, остаётся, таким образом, ещё только царство чистой мысли, поскольку оно ещё остаётся: учение о законах самого процесса мышления, логика и диалектика».
Энгельс, Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии. — Маркс, К. Энгельс, Ф. Сочинения. Изд. 2. В 50 тт. Т. 21. М.: Государственное издательство политической литературы, 1961. С. 316.
Видите, даже терминология не изменилась. Стала лишь местами откровеннее: «смертельный удар»…
В общем, каковы убийцы философии, такова и философия. Важнее и саркастичнее то, что они пустили насмарку вместе с философией и собственное рассуждение о действительных людях как предпосылках своих вроде бы помпезно величественных и якобы ошеломляюще глубокомысленных теоретических построений:
«Устранение этих трудностей обусловлено предпосылками, которые отнюдь не могут быть даны здесь, а создаются лишь в ходе изучения действительного жизненного процесса и деятельности индивидов каждой отдельной эпохи».
Столько долбить копытом «действительные предпосылки, ни на миг не покидая их», предпосылки изучения действительного человека в его действительной жизни, и прийти к тому, что предпосылки «отнюдь не могут быть даны здесь, а создаются лишь в ходе изучения действительного жизненного процесса и деятельности индивидов каждой отдельной эпохи»… Ну, вот и приехали! Так они предпосылки изучения? Или постпосылки уже изученного? Тогда какими предпосылками пользовалось это изучение, выявляющее постпосылки? И зачем нужны постпосылки, когда изучение уже завершено?
20. Итог.
(1) Опубликован один из существеннейших параграфов первой главы «Немецкой идеологии».
(2) Подробно прокомментированы все хоть сколько-то значимые суждения параграфа.
(3) Показаны существенные качества материалистического понимания истории:
(3.1) эмпиризм;
(3.2) индивидуализм (атомизм);
(3.3) антитеоретизм;
(3.4.) отказ от обобщений;
(3.5.) провозглашение предпосылками нового метода рассмотрения истории действительных людей;
(3.6) невозможность обращения к этим предпосылкам, поскольку они ещё должны быть раскрыты в ходе исследования;
(3.7) провозглашение первичным материального производства и материального общения, а общества и государства — вторичными по отношению к этой основе;
(3.8) ум и сознание целиком детерминированы материальным производством и материальным общением;
(3.9) ошибки, ложь, извращения ума и сознания также целиком детерминированы материальным производством и материальным общением;
(3.10) На основании «нового мировоззрения» К. Г. Маркс и Ф. Энгельс готовы легко расправиться со всей прежней культурой и цивилизацией. Особенно им ненавистны ум и сознание. Философия — первый их враг. Её и надо убить в первую очередь.
(4) Показана внутренняя противоречивость и теоретическая невозможность новой доктрины материалистического понимания истории.
(5) Показана практическая неприменимость в исследованиях рекомендаций новой доктрины материалистического понимания истории.
(6) Показана догматичность и, как следствие, неприменимость принципов и тезисов новой доктрины материалистического понимания истории к самой доктрине. Материалистическое понимание истории не выдерживает критики материалистического понимания истории.
2022.12.18.