В Краснодарском академическом театре драмы им. М. Горького 16 декабря состоялась премьера «Двенадцати стульев». Известный кубанский театральный критик Александр Геннадьев рассказывает, как прошел спектакль.
Премьера «Двенадцать стульев» по И. Ильфу и Е. Петрову в Краснодарском театре драмы закончилась полным провалом.
Хронометраж спектакля 4,5 часа стал настоящим испытанием. Нет, я видел работы и помасштабнее в плане времени, такую как «Война и мир» Римаса Туминаса, но там все пролетает, словно один миг. Здесь комедия явилась мукой для зрителя: к финалу в зале осталось не больше 40 процентов публики. Такого бегства не припоминаю с 2013 года, когда с «Мнимого больного» по Мольеру ушел почти тысячный зал. Скандал тогда случился знатный!
Сегодня ситуация складывается тоже интересная. Я подозреваю, что все шишки посыплются на нового директора Максима Секачева, а не на главного режиссера Арсения Фогелева, пригласившего к нам постановщика Георгия Цнобиладзе.
Так что же все-таки произошло и кто виноват?
В чем же сложности нашего Ильфа и Петрова? Если говорить о материальной части, то все декорации на месте, всё крутится, вертится, актеры, как и полагается, ходят в костюмах. Другой вопрос, что художнику (Александр Храмцов) явно не хватило вкуса и сценографического слога, но данные затруднения уже не в директорской компетенции. Это касается и режиссуры, где огромные проблемы с темпоритмом: перед нами скорее читка, и очень сырая. Почему режиссер не сократил материал еще на этапе застольного периода — непонятно, не Секачев же должен был все делать! Вот мы и получили многочасовое бормотание и невнятные, непрописанные образы. Спектакль вообще не сочинен, не сделан, в нем полностью отсутствует внутренняя жизнь, какие-либо душевные колебания, вибрации. Но зато все действо скачут развязные, вульгарные девицы. И старушки-веселушки отдельным концертом поют и бегают, как угорелые.
Что касается самого Остапа Бендера, то трудно винить в чем-то Алексея Сухоручко (другим составом идет Арсений Фогелев). Актер честно «отыграл» весь текст, но с ним никто должным образом не работал. Бендер прежде всего личность, очень артистичная, виртуозная, он игрок, а не банальный пройдоха. Однако в спектакле главным героем зачастую является Киса Воробьянинов, и, как ни странно, проблема поиска стульев с брильянтами уходит на десятый план. Цнобиладзе (автор инсценировки) элементарно застрял в непростом литературном массиве, он не сделал нужных купюр, акцентов. В результате мы имеем невероятно длинную, скучную и сомнительную работу.
И, конечно, возникает резонный вопрос, почему главный режиссер театра не вмешался в процесс и не принял необходимые меры? Ведь это его епархия, ведь он отвечает за художественную составляющую нашего драматического академического.