Мадлена Георгиевна с готовностью следует за Вавиловым в коридор, а когда через несколько минут возвращается, то тут же вгрызается в меня недобрым взглядом:
– Ну-с, Морозова, давай-ка еще раз пройдемся по твоим результатам. Раз ты задерживаешься в офисе аж до ночи, то, наверное, можешь похвастаться и расчетами по облигационному портфелю?
Ее голос сочится ядом, а на лице воцарилась неприязненное выражение. Чего она опять на меня накинулась? Сейчас же очередь Зарецкого!
– Нет, к облигациям я еще не приступала, – отвечаю я, внутренне сжимаясь.
– Что ж так? – выдает с наигранным удивлением. – А я думала, ты засиживаешься в офисе именно для того, чтобы выполнить как можно больший объем работы за меньший срок? Или у тебя какие-то иные цели?
Мадлена Георгиевана смотрит на меня с такой неприкрытой ненавистью, что я вдруг начинаю догадываться о причинах ее странного поведения. Кажется, Вавилов зря похвалил меня публично. Очень даже зря!
– Да, я хотела успеть закончить все расчеты по ценным бумагам, депозитам и дебиторке. Я ведь только стажируюсь, поэтому моя производительность не так высока. Приходится тратить больше времени, – говорю я негромко и, не выдержав ее морального напора, отвожу взгляд. – К долговым обязательствам приступлю на следующей неделе.
– Понятно, – фыркает она. – Только пыль начальству в глаза и умеете пускать, – отворачивается к окну, однако тут же снова направляет взгляд ко мне. – Запомни, Морозова, в нашей компании по карьерной лестнице движутся только те люди, на чьем счету есть реальные профессиональные заслуги. Ночные посиделки в офисе в ожидании преференций тебе не помогут. Хоть каждый день перед руководством маячь.
Господи! Она что, намекает на Вавилова?! Думает, я специально торчу в офисе, чтобы подкараулить его? Стыд-то какой!
– Я ни о чем таком не думала! – выпаливаю с обидой. – Я даже не знала, что Александр Анатольевич в офисе.
– Ну, конечно, все вы, молодые да амбициозные, «не знаете», – Невзорова изображает в воздухе оскорбительные кавычки, – а потом откуда-то берутся юбки, едва прикрывающие зад, и распахнутые блузки.
– У вас какие-то претензии по поводу моего внешнего вида? – спрашиваю с вызовом. Уверенности мне придает то, что моя юбка ниже колена, а рубашка застегнута почти на все пуговицы.
Мне жутко страшно, но при этом я дико злюсь. Мадлена Георгиевна открытым текстом смешивает меня с грязью, утверждая, что я хочу соблазнить Александра Анатольевича и таким образом получить повышение. Какое она имеет право так говорить?! Это возмутительно и очень обидно! А еще это полный абсурд!
– Пока нет, – пробежавшись по мне оценивающим взором, отвечает она. – Но, возможно, очень скоро у меня появятся претензии по поводу твоей работы. Так что будь аккуратней.
Бросив эту предостерегающую фразу, Невзорова наконец отставляет меня в покое и переключается на Зарецкого.
Совещание продолжается, а я чувствую себя так, будто меня помоями облили. Гадко, мерзко, униженно. Зачем Мадлена Георгиевна отпускала все эти отвратительные намеки? Да еще и в присутствии коллектива. Что обо мне теперь коллеги будут думать?
Неужели начальница и впрямь так одержима Вавивловым, что готова стереть с лица Земли любую, кто создаст для нее хотя бы малейшую вероятность конкуренции? Если так, то мне надо держаться подальше от босса. По рабочим вопросом я с ним совсем не пересекаюсь, а вот Невзорова, как мой непосредственный руководитель, вполне способна превратить рабочие будни в ад.
Лучше искушать судьбу. Мне слишком дорога эта стажировка.
Глава 1<<<Глава 2<<<Глава 3<<<Глава 4<<<Глава 5<<<Глава 6<<<Глава 7<<<Глава 8<<<Глава 9<<<Глава 10<<<Глава 11<<<Глава 12<<<Глава 13<<<Глава 14<<<Глава 15<<<Глава 16>>>Глава 17>>>Глава 18>>>Глава 19