Этим поздним вечером, мне позвонили по телефону. Я встал с дивана, и подойдя к письменному столу, взял телефон и ответил - это звонил доктор, и не просто доктор, а мой давний товарищ, с которым мы прошли школьные года. Потом, я пошел учиться в шарагу, а он остался в 10 классе. После поступил на врача, и работает им по сей день. Зовут его Сергей. Я же, из уважения, и в его рабочее время, называю его Сергей Николаевич. Работает он в той больнице, в которой лежит моя мать. На днях, ей стало плохо, причем, что интересно - резко и неожиданно. Мама моя – женщина старой закалки. Всю жизнь она прожила в деревне, почти ничем не болела, а даже если и болела чем, то переносила болезнь в легкую. В общем, все было хорошо, и ничего не предвещало беды, а тут на тебе: вот так просто взять и с ничего заболеть. По словам соседки – бабы Маши, она, по среди ночи, слышала крики моей мамы. Встав с кровати, она бегом ринулась к ее дому, и забежав, у нее чуть сердце не остановилось: мама моя стояла у стены, и будто бы хотела на нее залезть, цепляясь за стену руками, при этом крича во все горло. Баба Маша спросила у нее что с ней, так мама, как кинулась на нее, чуть не задушила. Выбежав из дома, соседка заперла ее в нем. Мама еще долгое время билась в дверь. На ее крики сбежалась почти вся деревня. Все то и дело спрашивали у бабы Маши в чем дело, но та лишь пожимала плечами, и говорила, что сама ничего толком не знает. Баба Маша вызвала скорую. Та приехала и увезла маму, которая толи уснула, толи сознание потеряла. Я же подъехал в больницу. Хотел зайти к маме в палату, но меня к ней не впускали. Я просидел в коридоре почти всю ночь, в надежде, что меня впустят к ней, но все было безрезультатно. Со словами от врачей мол: «ей нужно отдохнуть, не нужно ее тревожить…», я пошел на выход. Сев в машину, я еще некоторое время, посидел в машине, и смотрел в окна больницы. Позже, завел машину и помчал домой - нужно было еще дочь в школу отвести. К маме же я приезжал почти каждый день. Все спрашивал как она, но мне отвечали одинаково: «Пока не очень, как только будут хорошие новости, мне позвонят.» И вот, позвонил доктор мне с голосом, в котором присутствовала нотка грусти и сочувствия. Дальше его слова:
- «Алло, Макс, снова здравствуй, хочу сообщить тебе то, что мама твоя не идет на поправку. Хуже ей конечно не становится, но держать ее в палате, не вижу смысла. Сам понимаешь – палата не резиновая, всех же таких, как твоя мама не уместишь, поэтому, могу тебе порекомендовать полечить ее дома. Лекарства я тебе выпишу какие.»
Я понял, что маму нужно забирать как можно быстрее. Одевшись я уже собирался уходить, как в коридор вышла дочь:
- «Пап, ты куда?»
- «Да, бабушку еду забирать…»
- «А зачем, ей плохо?»
- «Нет, что ты, ей наоборот лучше, и врач сказал, что можно бабушку можно дома лечить.
- «О это хорошо. Я буду помогать тебе за ней ухаживать, пока ты будешь на работе.
- «Папина помощница» - сказал я с улыбкой, обняв дочь.
- «Пап, а можно я с тобой поеду?» - спросила Аня
- «А почему нет, одевайся»
Дочка с радостным вскриком, побежала в комнату. Пока она одевалась, я размышлял о том, куда положить маму, ведь спальных мест у нас мало.
- «Ань» - позвал я дочь. Она подошла
- «Слушай, бабушке спать негде, давай, мы отдадим ей твою комнату, на время, а там уже видно будет, хорошо?»
- «Для бабушки мне ничего не жалко» - ответила дочка. Я же похвалил ее еще раз. Выйдя из квартиры, мы сели в машину и поехали в больницу. По приезду, мне сказали, что маму всю неделю осматривали и исследовали. Все показания, всё было хорошо. Никаких жалоб или дефектов врачи не обнаружили. Анализы тоже были в норме. По крайней мере, это было в первый день. Ближе к третьему дню, у мамы, по среди ночи, снова начался приступ. Она орала на всю палату, разбудив, наверное, всю больницу, и размахивала руками и ногами в разные стороны. К ней забежали санитары, и уколов ее чем-то, она успокоилась и заснула. Позже, ее перевели в одиночную палату, где лежала только она одна, для того, чтобы она не мешала остальным, ибо последующую четвертую ночь, она снова заорала и встала с кровати. Что было дальше – я не знаю, но врачи сказали, что обнаружили ее с чем-то острым в руке. Она замахнулась на лежащего с ней пациента острием этого предмета. Они успели ее остановить, но одному санитару досталось – мама порезала ему руку. Потом, последующие ночи, маму не беспокоили приступы. Она была в сознании, но молча смотрела в потолок. Редко могла кого-то позвать из персонала, не более. Где-то на седьмой день мама перестала говорить. На девятый день – она перестала есть. Только изредка пила воду. На двенадцатый день у мамы начались дефекты с памятью. Со временем, она перестала узнавать персонал. Врачи поставили ей диагноз "амнезия". Я понимал, что с каждым днем, маме становится все хуже и хуже, чтобы мне не говорил Сергей Николаевич. Я не помню, когда спокойно спал, когда нормально ел – ибо постоянно нервничал, и не находил себе места, в голову лезли нехорошие мыли. А совсем недавно я закурил. По началу, курил по две – три сигареты в день, после выкуривал по пол пачки. Все время, мама лежала в кровати. По началу, она сама ходила в туалет, но потом ей потребовалась помощь санитаров. Я же заходил к ней каждый божий день. Потом, когда мама перестала и меня узнавать, я перестал заходить к ней. Мне было больно смотреть на нее в таком состоянии. Покупал только препараты разве что, и передавал их врачу. После, мама потеряла сознание, и больше не приходила в себя.
И вот, зайдя в палату, мы с Аней увидели, что мама лежала в кровати с закрытыми глазами. Кожа была бледной, а сама мама сильно похудела.
- «Бабушка!» - радостно крикнула Аня, подбегая к бабушке. На мое удивление, мама открыла глаза.
- «Ой, привет моя хорошая!» - сказала бабушка, обнимая Аню.
- «Ох, как я по тебе соскучилась. Ну как у тебя дела, рассказывай бабушке.»
- «Да, все хорошо»
В палату зашли врачи. Сначала, они хотели нас выгнать, но увидев то, что моя мама общается с дочкой, передумали это делать. Они так же, как и я были в шоке, и недоумевали.
- «Ох ты батюшки, сынок, здравствуй милый!» - воскликнула мама
- «Да, здравствуй, мама» - сказал я тихо, обняв маму. Я не понимал, что происходит. С одной стороны, я конечно был счастлив, но с другой, что-то внутри меня подсказывало, что что-то тут не так. Но отсеяв нехорошие мыли, я начал собирать мамины вещи, и нас выписали. Поблагодарив врачей, мы вышли из больницы и сели в машину. Всю дорогу, мама не переставала рассказывать нам как провела эти дни в больнице. Половину, она конечно не помнила, но оно и понятно почему. Приехав, мы вышли из машины, и направились к подъезду. Мама с дочкой остались в квартире, а я же выгружал вещи из машины. Выгрузив, и зайдя домой, мама принялась что-то готовить, параллельно общаясь с внучкой. Весь вечер, все было хорошо. Поужинав, мы легли спать. Аня легла со мной в зале, а бабушке я постелил кровать в Аниной комнате.
Наступило утро. Мама уже не спала, а готовила завтрак. Я же встал и начал собираться на работу. Поцеловав дочку, я пошел на работу. День был тяжелым, тяжелым настолько, что не смог найти минутку, чтобы перезвонить Ане, которая весь день пыталась до меня дозвониться. Пришел я домой поздно вечером, когда дочка с мамой уже спали. Поужинав, я лег в кровать, и в мою голову залез один странный вопрос: вот, дочка моя, когда я на работе – звонит довольно редко, только в каких-то сложных ситуациях или если что-то серьезное. Позвонить она может от силы раз или два, но сегодня днем, мне на телефон прошло 14 пропущенных от нее. Меня это не много смутило. Повторюсь: Аня никогда мне так часто не звонила, особенно, когда я на работе.
«Странно…» - подумал я про себя, и повернувшись на бок, заснул.
Наступил второй день по возвращению мамы домой. Все как обычно: я встал и начал собираться на работу. Мама уже не спала. Все бы ничего, но вот за завтраком, ее поведение было немного иным, нежели вчера. Вчера же, улыбка с ее лица не сходила, и она с интересом меня слушала. Сегодня же, улыбки на ее лице, словно и не было, взгляд был слегка холодноватым, да и отвечала она на мои вопросы очень коротко и так, будто бы хотела, чтобы я от нее отстал. Я не предал тогда этому значения, мол: только с больницы, еще не освоилась, усталость, да и лет маме уже сколько. Я пошел на работу. Сегодня по-прежнему было много работы. Начальник – сука загрузил, так еще и пригрозил, что, если не выполню дополнительную работу, он мне половину зарплаты обрежет, а мне сейчас каждая копейка важна, так как на мне сейчас все держится: лекарства маме надо покупать, дочку надо содержать. Аня, кстати, сегодня тоже звонила, но меньше. Пришел домой уставшим и не в настроении. Все, о чем я тогда думал – это как быстрее прийти домой и завалиться в кровать. Когда я пришел домой, то дочь еще не спала. Я без эмоционально поздоровался с ней и с мамой, и лег в кровать. Дочь же рассказывала мне что-то про бабушку. Честно говоря, я тогда не слышал ее, и что она именно говорила я не запомнил, так только отрывками, мол: бабушка странно себя ведет, и все в этом духе. Я же сказал ей, что мы завтра обо всем поговорим, и что я сейчас хочу спать.
Наследующее утро, все тоже самое – завтрак, работа. За исключением одного – маму я на кухне не увидел, а дверь в ее комнату была закрыта. Я понял, что мама еще не выходила из комнаты, и пошел на работу. Сегодня, дочь мне снова пыталась позвонить. Я же перезвонил. Аня сказала, что это срочно, и когда я приду домой, она со мной хочет поговорить. Отпустили меня с работы по раньше. Я пришел домой. Дверь в маминой комнате была закрыта, а свет в комнате не горел. Аня уже стояла в коридоре у входной двери, и ждала меня. На ее лице читалась тревога и страх. Я поздоровался с ней, но вместо взаимного «привет», дочь взяла меня за руку и повела в зал, закрыв в зале дверь.
- «Папа» - встревожено и тихо сказала дочь, будто бы боялась, что ее услышат.
- «Да, что случилось?» - спросил я
- «Папа, с бабушкой что-то не так!»
- «Что ты такое говоришь?»
- «Пап, послушай, каждый раз, когда ты уходил на работу, бабушка менялась. Когда ты дома, она спокойна, но стоит тебе выйти из дома, так она…» - дочка резко прекратила говорить, и будто бы вслушалась.
- «Что она?» - переспросил я.
- «Она странно себя ведет: из комнаты доносятся странные звуки, ходит и дышит она тоже странно, постоянно что-то говорит про себя. Сегодня, когда ты ушел, я посмотрела, что у нее в комнате, и была в шоке: в ее комнате полнейший бардак, вещи разбросаны, на обоях в комнате, нарисованы странные символы, а еще, она пыталась залезть на стену.»
После этих слов, меня словно ледяной водой облили. Я вспомнил, что говорила мамина соседка, мол: мама пыталась залезть на стену. Но Ане я об этом не говорил, именно поэтому я ей поверил. Я вышел из зала и пошел к маме в комнату. Постучавшись в дверь, мама мне не сразу открыла, но постучав еще раз, за комнатой послышались шаги. Мама открыла дверь, и свет от лампочки в коридоре осветил ее лицо. Оно было бледным, губы были черноватого цвета, а глаза были тоже бледными и холодными.
«Чего хотел, сынок?» - хриплым и тихим голосом спросила мама
«Господи, мама, что с тобой?» - ужаснулся я. Она мне ничего не ответила, а на мой вопрос почему Аня ее боится, она захлопнула дверь и закрылась. Я еще несколько секунд простоял у двери, и просил маму открыть дверь и поговорить, но все было безрезультатно, и пошел к Ане.
Весь вечер мама не выходила из комнаты, из которой доносились странные звуки. Мы поужинали с дочкой тем, что я приготовил, ибо то, что приготовила мама, уже испортилось. Поужинав, мы пошли спать. Дочка уже заснула. В маминой комнате звуков я не слышал, значит мама тоже заснула. Я же спать не хотел. Включив телевизор, я посмотрел новости, после просмотра которых, я ужаснулся: в новостях говорили, что больница, в которой лежала мама, загорелась. Благо, пострадавших не было, и пожар вовремя потушили. Посмотрев еще немного телевизор, я лег спать. Проснулся я от странного звука – от шагов в коридоре. Сначала я подумал, что мама пошла в туалет, но шаги не утихали ни через 2, ни через 5 минут. Более того, шаги приближались все ближе и ближе. Я встал с кровати, и направился в коридор. В нем, я увидел маму, которая стояла ко мне спиной.
- «Мам?» - неуверенно спросил я. Внезапно, мама резко побежала в зал, чуть не сбив меня с ног. Я стоял охреневший от увиденного, и не понимал, что это было. Пойдя за ней, я пытался открыть дверь зала, но дверь не поддавалась. Ее будто кто-то держал с той стороны. Вдруг, я услышал громкий визг Ани:
- «Папа!» - кричала Аня. Я же со всей силы пытался открыть дверь, но у меня ничего не выходило. Когда дочь затихла, то дверь моментально поддалась, и смог ее открыть, и то что я там увидел...: по среди комнаты, я увидел, как моя мама, а точнее сущность, которая была похоже на нее душила мою дочь. У сущности, по другому я ее не назову, была бледно-синяя кожа, пасть была огромная, руки были хоть и худые, но когти на них были острее пил. Глаза у сущности горели в темноте. После, когда я крикнул на нее, она, увидев меня и потащила тело моей дочери через разбитое окно зала. Я схватил дочь за ноги, и тянул ее на себя, но тварь оказалась гораздо сильнее меня, и утащила мою дочь. Я же от отчаяния упал на колени и громко заплакал. Я не знал что мне делать, но услышав звуки позади себя, я оглянулся и увидел это нечто сзади себя. Подорвавшись, я выбежал через разбитое окно и побежал, куда глаза глядят. Побежал к другу, который жил не далеко от меня. Я одолжил у него винтовку, со словами, что позже ему все объясню, и направился домой. Я не мог допустить того, чтобы эта тварь добралась и до остальных людей. Не успел я войти в квартиру, как оно уже чуть не на прыгнуло на меня. Хорошо, что оружие было заряжено, и я выстрелил существу прямо в голову. Та разлетелась на маленькие части, и брызгами разлетелась по стене коридора. На весь дом раздался громкий выстрел. Из многих квартир послышались крики, а через некоторое время, в окне квартиры, я увидел мигалки полицейских машин. Я понял, что кто-то из соседей вызывал полицию. Я сразу сдался, и меня повязали.
Сейчас, я пишу эту историю, отсиживая срок в следственном изоляторе. Когда выйду из него, то не знаю что буду делать дальше, и нужно ли вообще что-то делать, ведь мамы и ребенка - у меня нет, девушки тоже. Со мной остались лишь ночные кошмары, в которых, каждую ночь я вижу то, как мама, а точнее эта тварь, приходит ко мне ночью и душит меня.