Алексей Чадаев про изгнание из рая после 24 февраля

1. После 24 февраля мы всей страной пережили изгнание из рая. Увидели ангела с огненным мечом, стоящего у навсегда запертых для нас его дверей. Но это был не библейский рай — это рай новой веры, где мы ещё вчера были верными прихожанами. А теперь отлучены от церкви.

2. Что это была за вера? Внешне она взяла многие признаки христианской, из которой когда-то выросла. Точно так же прихожане ходят к обедне по воскресеньям — только уже не в церковь, а в Торгово-Развлекательный Центр. Там происходит регулярный ритуал святого причастия — в форме закупки в супермаркете «хлеба и вина», превращённых в божественные продукты, о сакральности которых по многу раз в день напоминает аутдор-реклама и индор-святилище — домашний телевизор. А для верности добавляет ещё и персональный складень — ноутбук, планшет, смартфон. Рутинное повседневное медиапотребление выполняет ту же функцию, которую когда-то выполняла вечерняя и утренняя молитва или намаз у мусульман: регулярной синхронизации. Только уже не с божеством, а с Современностью, упакованной в форме важных новостей, в курсе которых обязательно надо быть, чтобы не отстать от жизни. Рекламные ролики — это непрерывный рассказ о чуде, преображающем серую повседневность. Стоит лишь дотронуться до артефакта — продукта с нужным символом или образом, и к тебе прилетает волшебное существо, ангел; мир вокруг волшебным образом преображается и становится ярким и красочным.

3. Кто не верит — проверьте с помощью простого эксперимента: придите в забегаловку «Вкусно и точка», бывший Макдоналдс, и, пробуя на вкус газировку или ванильный коктейль из пустого белого стаканчика, с которого убрана вся символика, попытайтесь понять: тот ли же это самый вкус, который вы ощущали в Макдаке, или же волшебство его покинуло. Уверен, вы непременно почувствуете безблагодатность; потому что благодать была не во вкусе — она была в этикетке.

4. А потом, набрав полную тележку святых даров, вы с детьми шли в кинотеатр, где вам показывают чудо — но это уже не история о крестном пути и воскресении, а волшебная сказка вроде «Пиратов карибского моря», «Властелина Колец» или «Гарри Поттера», где добрые сверхлюди торжествуют над злыми нелюдями.

5. Это удивительная религия, в которой нет своей Библии, нет ни прошлого, ни будущего, ни начала времён, ни апокалипсиса, ни рождения, ни смерти. Есть тысячи прошлых — и все они являются сказочными киносюжетами; тысячи будущих — и все они тоже придуманы исключительно для вашего развлечения. В действительности же есть только современность — и самой главной святыней выступает именно она. Доступ к ней строго иерархичен — новая коллекция одежды или новая модель смартфона выставлена на подиуме по премиальному ценнику, и за ней стоит очередь, при том, что все знают: через год она будет уже старой моделью, потому что выйдет более новая, и будет стоить в разы, если не в десятки раз дешевле. Но люди охотно платят эту премиальную цену, чтобы стать наиболее современными здесь и сейчас.

6. Резоном, «объясняющей схемой» превосходства служит метамиф о Технологиях. Где-то в трансцендентальной дали находятся сверхъестественные существа: Учёные, которые делают открытия, Инженеры, которые превращают их в Технологии, и Компании, которые упаковывают эти технологии в масс-продукт для продажи; и вся эта фабрика чудес работает для тебя одного; ты — её заказчик и конечная инстанция, твой комфорт, удобство и удовольствие — то, ради чего она существует. Ты — царь мира и венец творения; не только видимый, но и этот невидимый мир волшебных помощников — твой, о потребитель.

7. Разумеется, у тебя тоже есть обязательства. Ты должен откуда-то брать деньги, чтобы обменивать их на эти артефакты. Но, как теперь выясняется, не только это. Ты обязан всегда быть «на правильной стороне истории», исповедуя — публично, посредством того же складня для молитв (с надкусанным райским яблоком) — актуальный символ веры. В противном случае — извини, но кухонная посуда никогда больше не подумает о тебе, и весь мир больше не станет останавливаться, дожидаясь, пока ты доешь свой сладкий творожок. Упс.