У меня была подруга детства Аля. Старшая дочь в многодетной семье и мама ею вечно недовольна. Надо с младшими помогать, а у дочки только книги на уме. Стихи Аля начала писать лет в 14. И ей так нравилось быть в этом своем мире творчества, фантазий, что производила впечатление странной.
Родители - простые люди и эта странность дочери их бесила. Нагружали ее по максимуму домашними делами, но толку было мало. Аля все делала кое как, побыстрее, лишь бы отвязались. И торопилась снова взять книгу или блокнотик для своих собственных стихов.
Аля выросла, институт окончила. Не тот, который хотела сама, а который родители захотели. Начала работать, совершенно не по специальности, но деньги получилось зарабатывать. Вырвалась из дома, стала снимать сначала комнату, потом квартиру. С родителями отношения были почти полностью разорваны. Они дочь не понимали и осуждали.
Аля легко жила. Бытом себя не напрягала, читала, писала, ходила на всякие творческие мероприятия, заводила романы. С мужчинами ей не везло. Аля влюблялась быстро, первая признавалась объекту в чувствах и начинала посвящать ему стихи. Мужчин это пугало. Слишком много эмоций, им бы чего поспокойнее.
Хоть Аля была девушка симпатичная, но мужчины рядом не задерживались, сбегали. А она хотела быть как все. Как все подруги. Выйти замуж, родить детей. Наконец попался мужчина, намного старше, который не испугался Алиных эмоций и душевной пылкости. Позвал вместе жить, Аля вскоре забеременела.
Родился ребенок, вскоре еще один. И тут оказалось, что эта жизнь Але не под силу. Она не справляется с бытом, не справляется с детьми. Не потому что ленивая, а просто это не для нее. Не остается времени на творчество, на общение с интересными людьми, на саморазвитие. Какое тут развитие, когда целыми днями одна дома с маленькими детьми.
Аля заболела. Попала в психиатрическую клинику. Началось все с послеродовой депрессии, потом появился другой диагноз. Врачи сказали, что это неизлечимо. Бывали улучшения, ремиссия обычно на полгода. Аля пыталась в это время вести жизнь обычной женщины-домохозяйки: готовить обеды, убирать квартиру, заниматься с детьми...
Но потом наступало выгорание. И очередное обострение заболевания, и опять госпитализация.
Как ни странно, Але нравилось лежать в клинике. Там она могла читать, писать стихи. Ходила по палатам и общалась с разными людьми. Говорила, что попадаются очень интересные собеседники. Иногда влюблялась в какого-нибудь врача. В клинике не надо было заниматься хозяйством и детьми. А можно было просто жить для себя.
Мы тогда уже мало общались. Я ее не понимала и осуждала. Мне казалось, что человек бесится с жиру и вообще мать-кукушка.
Закончилось все так. Муж Али очень устал от такой жизни, подал на развод, дети остались с ним. Аля нашла работу и стала опять жить на съемной квартире. С детьми виделась раз в неделю. Влюбилась в очередного мужчину, писала ему стихи. Мы совсем перестали общаться, мне тогда казалось, что это все действительно безумие. И я не хочу иметь ничего общего с этой женщиной.
Прошли годы, я иногда про Алю вспоминала. А вчера я вдруг все про нее поняла. Посмотрела фильм "Зеркала" про Марину Цветаеву. Фильм не новый, 2013 года, но я его почему-то в свое время пропустила. В главной роли одна из моих любимых современных актрис - Виктория Исакова.
Смотрела я этот фильм и видела перед собой свою подругу детства Алю. Конечно, Аля не так гениальна, как Цветаева. Но это один и тот же тип женщины. Женщины для высокого, которым противопоказан быт.
Которые живут эмоциями, фантазиями, творчеством и их внутренний мир намного больше, чем у большинства людей. И этот мир требует к себе особого отношения. Времени, погружения. Без этого такая женщина не сможет жить.
Ей не под силу обычная жизнь, быт, забота о детях, вся эта постоянная рутина. Если она будет заниматься только этим, она не сможет существовать. Каждому свое. Только главное - понять эту свою особенность вовремя.
Цветаева пыталась быть и женой, и матерью, и большим поэтом. Но все вместе сочетать невозможно. Если жить в другое время и в другом месте - то возможно. Если есть достаток и можно нанять домработницу, няню, то это другое дело. И дом будет в порядке, и дети вырастут. А самой можно заниматься творчеством.
Но Цветаевой очень не повезло - родиться не в то время и не в той стране. Трагическая, очень тяжелая судьба. И она не могла быть другой при тех обстоятельствах жизни.
Я мгновенно перестала осуждать Алю. Как будто посмотрела на мир ее глазами. Да, она такая, не как все. Но это не ее вина. Это ее беда, ее крест.
И еще параллель пришла на ум. Я много читала Викторию Токареву. И она не раз отмечала, что не может сочетать все. И писать книги, и вести дом. У нее давно уже помощницы по хозяйству. Благодаря этому она может спокойно заниматься творчеством. Поэтому и семья сохранилась, и с дочерью хорошие отношения, и книг множество вышло.
Повезло. Или сама поняла вовремя все про себя. Или время другое. Но не всем творческим женщинам так везет.