Признание Бундестагом Голодомора как целенаправленного уничтожения советскими властями украинцев может использоваться властями Германии в сугубо политических целях.
Фото: www.globallookpress.com / Victor Lisitsyn, Виктор Лисицын; 5-tv.ru
С чем украинским властям удается успешно бороться, так это с памятниками. Под очередную волну дерусификации попала Екатерина II в Одессе, Александр Суворов в Исмаиле и Николай Островский в Хмельницкой области. Писателя, дух которого не сломила смертельная болезнь, разломали на части автокраном. Полководца, не знавшего поражений, увезли с глаз долой, но с гордо поднятой головой. Императрицу, стараниями которой Одесса в принципе появилась на карте, пока не трогают, спрятав в деревянный саркофаг. А может уже и вывезли потихоньку. Принципиальное решение о сносе есть.
Мы снова видим попытку переписать историю, причем ладно бы только эти бесноватые старались, но они и соседей подбивают. Самое громкое заявление недели — резолюция немецкого Бундестага о признании Голодомора геноцидом украинского народа. Голодомор, я напомню, это концепция, которая предполагает, что голод на Украине в 1932–1933 годах был организован советским руководством для истребления украинцев.
Бундестаг повторяет как попугай: голод на Украине был? Был. Репрессии против местной элиты были? Были. Крестьян в колхозы загоняли? Все, можно классифицировать как геноцид! Это очень, очень странный документ. Идет прямое переписывание истории. Якобы большевики, не пойми какие, захватили Украину и сделали ее частью Советского Cоюза, стали насаждать русский язык. То, что большевики были самые что ни на есть местные, то есть как бы сейчас сказали, украинские — игнорируется. Руководителем советской Украины в Голодомор был вообще поляк, Косиор. В документе признается, что голод в те же годы поразил и Кубань, и Казахстан, и регионы вдоль Дона и Волги. Но зациклились на Украине. Еще и «геноцид» приплели. То есть уничтожение по этническим, расовым или религиозным принципам. Это же вообще не про коммунистов с их «классовым» подходом.
Есть два возможных объяснения, почему немцы вдруг приняли такую резолюцию. Скорее всего, это такая подготовка общественного мнения на случай увеличения помощи Киеву, чтобы, например, послать оружие посерьезней списанных зениток. Танки, например! «Немецкие танки на Украине», согласитесь, звучит «не очень». А если так? «Мы защищаем Украину от повторного геноцида»? Уже вроде как благородно.
Тем более, что такими словесными играми размывается собственная вина за самый настоящий геноцид евреев, цыган, коммунистов во время войны. Мол, не мы одни плохими делами занимались. У России есть, что противопоставить этому — память, архивные документы и закон. На последней коллегии судей президент подчеркнул важность сохранения исторической справедливости.
«Отмечу и то огромное значение, которое имеет работа, которую проводят областные и районные суды по признанию фактов геноцида мирных граждан в период Великой Отечественной войны. Сбор доказательств о зверствах и преступлениях нацистов продолжается, и впредь каждому такому факту нужно обязательно давать правовую, судебную оценку», — заявил Владимир Путин.
В новых российских регионах судьям работа предстоит колоссальная, по факту предстоит выстроить систему юстиции на территории равной Венгрии или Португалии. И все это параллельно боевым действиям, освобождению. Сюда направляются все ресурсы.