Когда мне было лет девять, я выпросил у родителей возможность завести собственную собаку. И вот я забираю у соседей Морозовых милого пушистого кутенка черного цвета с белым носиком, белым "шарфиком" и "белыми же носочками" - Пират! Это была просто вселенская радость, к тому же начиналась весна, и времени на улице мы проводили много. Мамаша у него была нелюбимая всей улицей, злобная, кусачая, противная лайка - видимо потому, что ее привезли на юг. Папашей выступил какой-то злющий кобель из присутствующих во множестве кавказских овчарок. Пират рос вместе с нами пацанами, играл с нами в футбол, войнушку, таскал за рукава, когда считал себя правым. Уже в 8 месяцев он стал огромной собакой, этакой лайкой на стероидах, катал нас на санках с сестрой и соседскими детьми так, что и лошадям не снилось, цепляли к нему по трое санок, а он обернется с ухмылкой, и кааак даст газу, да еще не по прямой, а с поворотами, с забегом на горку то слева от дороги, то резко рванув санкопоезд на пригорок. И