Несколько дней Амина приходя перевязывать пленных, тайно приносила им еду и воду. В лагере, после отъезда Ахмад Хана и его головорезов, осталось мало людей, и её никто не досматривал. Ей так нравился этот русский. Мысли о нём возрождали в ней чувство стыда, ведь она теперь невеста Омана, а вскоре должна стать его женой, ей нельзя думать о других мужчинах.
Только не могла Амина выкинуть образ русского из своей головы. Не могла заставить его не приходить к ней во снах. Вот и сейчас, собирая еду, она думала, как увидит его, хоть на минуточку, хоть на секундочку. От этих мыслей девушку начинала пробирать дрожь.
Войдя в помещение Амина, молча сняла бинт с головы Игоря. Намазав мазью раны, начала бинтовать новый. Игорь взял её за руки:
«Спасибо тебе за помощь. За еду, за воду. Смотри только, чтобы тебя не наказали, не переживу этого.»
Девушка нежно посмотрела на него.
«Ты понимаешь меня?!» - Литейный поднёс руки Амины к своим губам. Амина молчала.
«Я знаю, что ты понимаешь меня, даже если не отвечаешь. Ты знаешь, за эти дни ты стала мне родной. Я раньше никогда не думал о семье, о детях. Только увидев тебя я понял, что ты моя женщина. С тобой я хотел бы иметь семью. Уверен, ты будешь хорошей женой и матерью. Жаль, что я не могу сделать тебя счастливой. Не жить мне, убьют меня. Хотелось бы узнать твоё имя, но ты не говоришь по-нашему.» - Игорь поцеловал хрупкие пальчики девушки. Амина покраснела и тут же отпрянула от мужчины.
«Прости, прости, я не хотел обидеть тебя» - отпустив ее руки прошептал Игорь.
Амина положив еду и воду под лежанку, собрала грязные бинты и пошла к выходу. Обернувшись, она тихо сказала: «Меня зовут Амина.» и приложив указательный палец к губам, вышла.
Игорь и Володя, сидевший в углу, чтобы не мешать Литейному, смотрели друг на друга открыв рот.
«Мне послышалось?» - подошёл ближе к Володе Игорь.
«Тогда нам послышалось обоим, товарищ капитан.» - удивлённо моргая ответил Егоркин.
«Тогда я ничего не понимаю, почему она столько молчала, раз говорит по-русски?» - шептал капитан.
«Может быть она скрывает от всех, что знает русский язык.» - Владимир аккуратно посмотрел в дверную щель.
«Может! Но зачем?!» - Игорь терялся в догадках. Но на душе его стало немного радостно. Теперь он знает имя нравившейся ему девушки, Амина. Очень жаль, что они встретились здесь и сейчас, и он не может за ней ухаживать, как полагается. Егоркин, наблюдая за Литейным улыбался:
«Во даёт, нас может скоро убьют, а он в любви весь, о женщине думает!»
***
Русаков с нетерпением ждал возвращение Махнова. Вчера Али наконец-то вышел на связь. Две недели его не было слышно. Командир понимал, что нелегко незаметно вычислить расположение базы, где находятся пленные.
Держали пленных на базе, в 40 километрах от Мазари-Шариф. Сейчас там мало духов, Ахмад Хан уехал на встречу полевых командиров в Джелалабад, поэтому именно сейчас самое подходящее время для освобождения заложников. Счёт идёт на часы. Когда вернутся духи неизвестно. Русаков уже договорился с командиром соседнего расположения о совместной операции. Через шесть часов приедет Махнов, и можно будет начинать операцию.
***
Сборы затянулись на несколько дней, это были не только сборы сподвижников, в Джелалабад тайно прибыли несколько покровителей соседских арабских стран, которые финансово помогали в борьбе за «власть».
Оман молча ходил за Ахмад Ханом. Его мысли были только о Амине. Эти сборы, безусловно, важны для всех, но из-за них отложился никах, который Оман очень ждёт. Он словно помешался на этой женщине. Ему казалось, что он вот-вот потеряет Амину, так и не попробовав вишнёвый вкус её губ. Оман встрепенулся и стал пытаться понять смысл речи арабского гостя из Саудовской Аравии.
***
Целых семь дней семья Саната гостила у бабушки с дедушкой. Скоро родителям нужно будет уезжать в город. Санат же оставался здесь на каникулы. Погода была замечательной. Анвар с Татьяной очень давно не отдыхали вместе. В городе так не отдохнёшь, да и отпуска совместного у них не было. Сейчас они чувствовали себя молодыми влюблёнными подростками, стыдливо целуясь среди руин древних крепостей и городищ.
«Анвар, пойдём на речку?!» - кокетливо сказала Татьяна.
«Ты хочешь искупаться?» - Анвар влюблённо смотрел на жену.
«Хочу! С тобой и только с тобой.» - Татьяна обняла мужа за шею. «У меня есть для тебя сюрприз» - загадочно улыбнулась она.
«Тогда говори скорее, я сгораю от любопытства»
«Нет, нет и нет. Хитрый какой, сразу тебе всё расскажи» - смеялась Таня.
«Ну-ка сейчас же, непослушная жена, расскажи всё своему замечательному мужу» - шутя ругался Анвар.
Татьяна побежала по траве, Анвар догнал её, схватил на руки и стал кружить.
«Тихо, тихо сумасшедший, ты уронишь нас» - хохотала женщина.
Анвар остановился.
«Нас?» - удивлённо посмотрел он на жену.
«Нас!» - ответила она.
«Что-то я не понял» - растерянно смотрел на Татьяну Анвар.
«Какой же ты непонятливый» - толкнула Таня пальцем в лоб мужа. «У нас будет малыш!»
Анвар поставил женщину на землю.
«У меня будет дочка?» - аккуратно погладил он живот Татьяны.
«Ну кто получится.» - улыбнулась она.
«У меня будет дочка, у меня будет дочка! Спасибо Аллах» - Анвар бегал вокруг Татьяны, танцуя ферганский танец.
Через полчаса вся семья узнала эту новость. Все были очень счастливы, только Санат немного загрустил. Он боялся, что у мамы не останется времени на него после появления малыша. Увидев погрустневшего сына, Таня подошла к нему, обняла, и прижав голову к своей груди сказала: «Мой любимый сын, я вижу ты расстроен, поэтому хочу сказать тебе, что у меня всегда будет время для тебя, не зависимо не от чего. Ты мой первенец, я люблю тебя больше всего на свете. Но ты уже мужчина! Умный, сильный, смелый. Мне обязательно будет нужна твоя помощь, а малышу твоя защита. Я знаю, ты полюбишь его, ведь он будет для тебя самым родным человеком.»
Поцеловав сына, Таня увидела, как лицо Саната изменилось, оно стало спокойным и умиротворённым. После обеда вся семья пошла купаться на речку. Таня взяла с собой покрывало и короб с едой. Саната невозможно было вытащить из воды, он нырял, плескался, как рыба.
Вместе с отцом на перегонки они плавали от одного берега к другому.
Татьяна загорала на солнышке: «О-о-о, какая краля здесь, и она одинока…» - услышала она за спиной. Повернувшись назад, девушка испугалась, три пьяных солдата с бутылкой в руке, качаясь смотрела на неё. Таня оглянулась на реку, муж был недалеко.
«Анвар!» - позвала она.
«Ой, нет, она не одна, с каким-то Анваром.» - ехидно сказал первый солдат с рыжими волосами.
«Может вместе отдохнём?» - протянув бутылку подошёл второй, с выпученными, как у рыбы, глазами.
«Ребята, пожалуйста, уходите, я здесь с мужем и сыном. Не пугайте ребёнка. Прошу Вас.» - у Тани дрожали губы.
«Так ты не ори, и пацан не испугается. Давай потихоньку, а?» - третий, с родимым пятном на щеке, присел рядом, и резко схватил девушку за руку. Она вскрикнула. Из воды выскочил Санат, услышав мамин крик он бросился к ней. Увидев пьяного рыжего солдата, мальчик кинулся на него, и прыгнув на спину повалил на землю. Второй, от неожиданности, уронил бутылку. Третий схватил Саната за плечи, и швырнул в сторону. Мальчик упал. Таня закричала и кинулась к сыну.
«Не смейте его трогать, он ребёнок! Вы что нелюди?!»
«А чего он такой агрессивный?» - вставая, пробубнил рыжий солдат.
Санат, встав на ноги, загородил мать и закричал: «Не подходите!»
Из воды, со всех ног, бежал Анвар.
«О-о-о, муженёк бежит, узкоглазый. А чего-то ты, девка, русская, а муженёк узбек? Чего русского не нашла? Хочешь, со мной пойдём, я покажу тебе, что русские ребята умеют?!» - противно чавкал слюной солдат с родимым пятном.
«Ребята, вы чего?» - подбежал Анвар.
«Ничего, узбек, проваливай! Ты нам не нужен.» - плюнул в сторону Анвара солдат с выпученными глазами. Нагнувшись и подняв бутылку с остатками водки, он сделал большой глоток. Рыжий солдат двинулся в сторону Тани и Саната.
«Не сметь!» - закричал Анвар, и бросился в сторону семьи.
Рыжего Анвар повалил на землю ударом в висок, тот упал и не смог подняться. В прыжке ударом ноги, он вырубил солдата с родимым пятном, но тут же получил по голове бутылкой от солдата с выпученными глазами. Анвар упал.
Схватив огромный камень, Санат бросился на помощь отцу, и с силой обрушил его на голову солдата с выпученными глазами. Словно мешок, пучеглазый упал.
Татьяна подбежала к Анвару, он был без сознания. На громкий крик о помощи бежали жители кишлака. Солдаты, придя в себя, поддерживая друг друга, быстро ретировались.
Уходя, с родимым пятном повернулся и сказал: «Скажешь кому, убью!»
Анвара увезли в больницу. Через три дня, не приходя в сознание, он умер. Для всех это была большая трагедия. В милиции развели руками, мол не могут найти виновников, но заявление приняли. И потянулось время неизвестности.
Спустя месяц, Санат с дедом поехали в Термез за продуктами. Шавкат не знал, как отвлечь внука от смерти отца, поэтому старался брать Саната в помощь. Мальчик бесцельно бродил за дедом, постоянно думая, почему он не смог помочь отцу. Санат очень долго винил себя, и не чьи доводы, ни матери, ни бабушки, что он сделал всё, что смог, не помогали. Вдруг, сзади, Санат услышал знакомый голос: «Давай быстрее бери и пошли, нас девки ждут!».
Мальчик резко обернулся, и увидел двух солдат, рыжего и с выпученными глазами, которые были в тот день у реки. Третьего, с родимым пятном, с ними не было.
Всё поплыло перед глазами. Санату хотелось прыгнуть на них, и как волку, рвать их горло в кровь. Он сжал губы.
«Санат, Санат» - Шавкат подошёл и положил руку на плечо внуку. Тот стоял, как завороженный.
«Ты слышишь меня, сынок?!»
Санат посмотрел на деда.
«Вот они.» - тихо прошептал он.
«Кто?» - не понял Шавкат.
«Эти солдаты, видишь? Это они были тогда у реки.» - Санат сжал кулаки.
«Тихо сынок, тихо, успокойся. Надо за ними проследить, где место их службы» - дед взял внука за руку и они, украдкой, пошли за солдатами.
***
Трое солдатов, служивших в воинской части, были контрактниками. Каждый месяц им давали увольнительную, на два-три дня.
Захар Остров, был почти местный. Он жил недалеко от Термеза. Родителей у него не было, они давно умерли, и мальчик был предоставлен сам себе. Злой, дерзкий, самоуверенный Захар, считал, что ему позволено всё.
На службе солдаты боялись его. Начальство закрывало глаза на агрессивное поведение. Для них главное было, чтобы в отряде было чисто, чётко и быстро выполнялись приказы, а как этого добивался Остров им было неинтересно. Дома друзей у Острова тоже не было. Соседи опасались его, и обходили стороной.
Гоша Сенчуков и Артур Капелькин, приехали из Нижнего Тагила. Они были земляками. В отряде держались вместе, вели себя тихо, служили достойно, за что были удостоены звания «сержант». После окончания службы, остались служить по контракту. Как ребята попали под влияние Острова, никто не понял. Всё произошло незаметно: все дозволенное веселье, безнаказанность за любые проступки и деяния, нравились им, и всё чаще ребята стали находиться вместе, не понимая, что их затягивает всё больше и больше. А что когда-нибудь они влипнут в очень неприятную историю, мальчики даже не думали.
***
Русаков сидел за столом, на котором лежала карта района, где по словам Али, базировались моджахеды. В дверь постучали.
«Войдите!»- крикнул он.
Дверь открылась и вошёл Махнов.
«Здравия желаю, товарищ капитан!»
Русаков вскочил, протянув руки, направился к Глебу: «Глеб, наконец-то, я уже весь извёлся.»
Мужчины крепко обнялись.
«Али вчера приходил, он выяснил, где пленные. Только мы не знаем жив ли Игорь.»
«Ничего, не будем думать о плохом, главное мы узнали, где держат ребят. Когда выдвигаемся?» - Махнов закурил.
«Тебе наверное нужно отдохнуть?!» - Командир посмотрел на Глеба, он знал, что тот не станет отдыхать, с его характером он выдвинется сразу.
«Я не устал. Когда выдвигаемся, и каким составом?» - затушил сигарету Махнов.
«Через час, из соседнего расположения, придёт отряд лучших бойцов, под командованием твоего друга.» - прищурился Русаков.
«Смешнов?» - обрадовался Глеб.
Русаков кивнул.
«Отлично, настоящий мужик, с ним не страшно в бой идти, не подведёт, и собой прикроет, если нужно.» - Махнов сжал кулаки.
«Может поешь чего-нибудь, голодный поди?» - Иван Сергеевич достал из сейфа хлеб и сало.
«Ты чего, Сергеич, в поход с полным желудком?»
«Тогда иди, собирайся.» - вздохнул Русаков.
Через два часа два отряда выдвинулись на северо-запад провинции Балх, к базе моджахедов. Идти нужно было около семи часов, надо успеть пока темно.
Алексей бежал со всех ног. Час назад он позвонил Любе, и её мама сказала, что она вчера приехала. Сейчас девушки нет, но через полчаса она вернётся, ушла за пирожными в кондитерскую. Естественно, Анискин всё бросил и побежал. Алексей не знал с чего начать разговор. Ему очень хотелось спросить у Любы, почему она не навестила его в госпитале, но он боялся, что она рассердится. Анискин знал, что девушка тяжело переживала депрессию, а он с претензиями лезет. Не дождавшись лифта, молодой человек побежал пешком. Поднявшись на нужный этаж, он подошел к Любиной двери и остановился, чтобы отдышаться. Алексей нажал на чёрную кнопку звонка, и за дверью зазвучала красивая музыка. Дверь открылась, на пороге стояла Люба. На ней было лиловое короткое платье без рукавов. Оно так шло ей. Девушка была похожа на хрупкую куколку. Алексей засмотрелся на неё.
«Алёша?!» - удивлённо прошептала Люба. «Как Вы здесь, ах да, я сама дала Вам адрес, проходите пожалуйста. Мы как раз собираемся обедать, папа будет рад с Вами познакомиться.»
Алексей послушно зашёл в дом. Люба открыла дверь в гостиную, и жестом пригласила его пройти.
«Знакомьтесь, это Алексей Анискин, мы вместе были в плену.»
«А мы уже знакомы» - улыбнулась Анжела Олеговна. «Здравствуйте, Алёша, рада Вас видеть. Садитесь за стол, будем обедать.»
«А это мой папа!» - представила девушка, вставшего из-за стола мужчину.
«Вячеслав Семёнович!» - протянул руку отец Любы. «Рад с Вами познакомиться Алексей! Хочу сказать Вам спасибо, что вступились за мою дочь, если бы не Вы….»
«Ну что Вы, Вячеслав Семёнович, как же можно было промолчать, так поступил бы любой мужчина.» - покраснел Анискин.
«Но ведь Вы получили ранение при попытке отстоять честь Любы.»
«Думаю, я всё равно бы получил бы его, здоровым не дался бы.»
В гостиную вошла Варвара неся в руках фарфоровую супницу. Комнату сразу наполнил аромат свежесваренного борща. Некоторое время царила тишина. Когда обед подошёл к концу, родители Любы извинились, и ушли на прогулку по набережной, оставив ребят одних.
Анискин, не моргая смотре на Любу. Ему хотелось взять её за руку, и целовать хрупкие пальцы, с аккуратно накрашенными ноготками. Люба посмотрела на мечтающего молодого человека.
«Простите, Алёша, что не навестила Вас в госпитале. Я неважно себя чувствовала.»
Любе было немного стыдно, ведь она действительно обещала, что обязательно навестит. Но купаясь в любви, девушка забыла обо всём на свете. И вот теперь ей приходится врать, чего Люба почти никогда не делала.
«Ну что Вы, Любочка, я всё понимаю. Просто я волновался, что Вы пропали. Вдруг что-то случилось!» - обрадовался Анискин, что ему не пришлось самому начать этот разговор.
«Я в порядке!» - протянув конфету «Мишка косолапый» ответила Люба.
«Теперь я это знаю!» - Алексей по-детски бросил взгляд на конфету, взял её, и развернув обёртку долго вдыхал аромат шоколада закрыв глаза.
«Ешьте скорее, не то растает!» - весело рассмеялась девушка.
Всё-таки ей нравился этот «большой ребёнок» Алёша, но это была не любовь.
«Жаль его, он такой хороший, но я не могу дать ему то, чего он заслуживает. Не могу подарить любовь!» - грустно подумала Люба. «Надо как-то сказать Алёше об этом, пока не поздно!»
Анискин болтал и болтал без умолку. Он боялся, что если перестанет говорить, то вечер закончится, и ему придётся покинуть этот дом. А этого совсем не хотелось.
Наконец Люба прервала его: «Алёша, я должна поговорить с Вами.»
Она взяла в руки белую бумажную салфетку, и по кусочкам начала рвать её, бросая в блюдце. Стояла тишина. Анискин внимательно смотрел на Любу, и понимал, что раз девушка волнуется, значит разговор предстоит не из приятных. Холодок пробежал по его спине. Люба дорвала последний кусочек салфетки и взяла вторую.
«Алёша, я хочу сказать, что Вы очень хороший, сильный, смелый. Вы были бы замечательным мужем, и вероятно самым лучшим отцом, но…» - с трудом начала девушка.
«Не надо, Люба!» - испугался Анискин. Он боялся услышать то, о чём догадывался, она его не любит.
«Нет, я хочу быть честной. Не хочу обманывать и вселять надежду!» - Люба посмотрела Алексею в глаза. «У нас ничего не получится Алёша, простите меня.»
«Почему?» - тихо спросил Анискин, понимая, что услышит в ответ.
«Я люблю другого человека.» - опустив глаза ответила девушка.
У Алексея затряслись руки, он взял стакан воды и залпом осушил его.
«Можно спросить, кто он?» - с трудом вымолвил молодой человек.
«Зачем?» - продолжила рвать салфетку Люба.
«Я хотел бы точно знать, что этот человек существует, что это не шутка.» - в глаза Анискина стояли слёзы.
«Этот человек существует!» - подняла глаза девушка.
«Я Вас услышал» -Алексей встал и направился в коридор.
«Если Вы разочаруетесь в Вашем спутнике, то знайте, я всегда рядом. Я буду ждать Вас всю жизнь, Люба.» - остановился Анискин в дверях комнаты.
«Спасибо» - Люба не знала, как вести себя.
Алексей словно опьянел. Его шатало. Снимая пальто с вешалки, у Анискина закружилась голова, он чуть не упал. Падая, мужчина схватился за тумбочку, и смахнул Любину сумочку на пол. Из сумки посыпались вещи: ключи, зеркало, помада, пропуск и несколько фотографий. Люба, выскочившая на шум, кинулась поднимать вещи. Анискин присел, чтобы помочь. Он поднял три фотографии. Поднимая четвёртую, он перевернул её, и его взгляд стал стеклянным. С фотографии, на Алексея, смотрели два счастливых, влюблённых человека. Мужчина, нежно обнимающий Любу, был Глеб. Анискин растерянно смотрел на фотографию, и не мог поверить, что это Махнов.
«Не может быть, он не мог так поступить. Махнов же знал, что Алексей влюблён в Любу.»
И тут его осенило: «Он же ездил отдыхать на море с девушкой, Люба тоже была там же.»
«Ты любишь его?» - показав фотографию Любе спросил Алексей.
Люба молчала. Подойдя к Алексею, она взяла фотографию из его рук.
«Пожалуйста, скажите, это же Глеб?!» - руки тряслись, мужчина пытался говорить спокойно, но это плохо получалось. Люба кивнула и убрала фотографии обратно в сумку. Анискин закрыл лицо мохеровым шарфом. Постояв несколько минут, он одел шарф, застегнул пальто, и направился к выходу. Выходя из квартиры, он обернулся:
«Он действительно хороший выбор, и я за Вас спокоен. Будьте счастливы!».
На шатающихся ногах Анискин вышел из квартиры, и пошёл вниз по лестнице. На встречу ему поднимались родители Любы.
«Вы уже уходите, Алёша?» - улыбнулась Анжела Олеговна. Но Анискин, не ответив, продолжал спускаться. Его взгляд был пустым. Никого, не видя перед собой, он шёл на автомате.
«Что это с ним?» - посмотрела она на мужа.
«Не знаю, поссорились наверное.» - пожал плечами Вячеслав Семёнович.
Зайдя в дом, и увидев расстроенную дочь, они решили ничего сегодня не спрашивать.
«Всё завтра» - остановил Вячеслав Семёнович жену. Взявшись за руки, они пошли в свою комнату.