"Ja, Gabrieli! Ihr unsterblichen Götter, welch ein Mann war der!"
Heinrich Schütz
Джованни Габриэли (Венеция, ок. 1557-1612) выдающийся итальянский композитор и органист венецианской школы эпохи позднего Возрождения, один из самых влиятельных музыкантов своего времени.
Был племянником и учеником Андреа Габриэли, другого не менее выдающегося композитора той же венецианской школы. Джованни относился к дяде с почти сыновней любовью, а своей известностью за границей он во многом обязан заграничным путешествиям и связям Андреа.
Андреа Габриэли учился у франко-фламандского композитора Адриана Вилларта, в течение многих лет жившего и сочинявшего в Италии. Именно этого композитора считают основателем венецианской школы, а дядю и племянника Габриэли - её наиболее видными последователями и популяризаторами, внесшими значительный вклад в её развитие.
Музыка Джованни Габриэли - уже на стыке великих эпох Ренессанса и барокко, когда ренессансное мироощущение - гармоничное, медитативно-статичное, умиротворённое - начало трансформироваться в страстно-взрывной, внутренне противоречивый и тем самым невероятно привлекательный, до сих пор понятный и близкий современному человеку образ мыслей и стиль барокко.
"Строгий стиль" полифонического письма уступил место "свободному стилю", отражающему сложный внутренний мир человека во всём его разнообразии. Чисто музыкальное отличие - это прежде всего новая ладовая система, отличающаяся от диатонических ладов ренессансной музыки, мажоро-минорная, с острыми тяготениями неустойчивых звуков в устойчивые, заменившая прежнюю модальность с неявной тоникой (эпоху барокко называют "эпохой вводнотонности") и большое разнообразие интервалов, ритмов, приёмов исполнения.
Джованни учился также в 1575–1579 гг. у Орландо ди Лассо в Мюнхене, он был участником мюнхенского придворного оркестра под управлением Лассо.
Но его неудержимо влекло на родину, в Венецию, где он вместе с рядом других композиторов возвестит конец Ренессанса и начало барокко.
В 1584 году он вернулся в Венецию и через год сменил своего дядю на посту второго органиста собора Святого Марка - этот пост он занимал всю жизнь. Деятельность в Сан-Марко не останется единственной, он также будет выполнять свои работы в других церквях.
Джованни Габриэли написал множество духовных произведений, а также светские мадригалы и инструментальную музыку. Он, пожалуй, самый крупный представитель так называемой "венецианской полифонии", которая определяется чередованием от двух до восьми хоров, распределённых по помещению ("многохорность").
Основоположник стиля кончертато (concertato), для которого типично разделение соло и аккомпанемента, их противопоставление.
Термин происходит от итальянского concerto, что означает "играть вместе" - следовательно, concertato означает "в стиле концерта".
Одним из первых стал использовать basso continuo, а также динамические оттенки исполнения forte / piano ("громко / тихо"), помог сформировать термин "соната". Некоторые из его произведений напечатаны в Нюрнберге, что, безусловно, является одной из причин, по которой его произведения до сих пор играют в католических районах Северной Европы.
Вот его знаменитая Sonata pian' e forte:
Габриэли был одним из самых уважаемых музыкантов, настолько, что все виртуозы из разных городов сбегались послушать звучание его музыки, многие молодые музыканты из других стран приезжают в Венецию, чтобы брать у него уроки. Зарубежные связи Джованни включали Ганса Лео Хасслера, немецкого композитора и бывшего ученика Андреа, который жадно перенимал венецианский стиль, и покровителей, таких как семья Фуггеров и эрцгерцог Фердинанд Австрийский.
У Джованни Габриэли было много учеников, самый известный из которых - Генрих Шютц.
Шютц - один из последних учеников, и говорят, что Габриэли оставил ему ценное кольцо на смертном одре. Позже Шютц напишет о своем пребывании в Италии:
"Es kam mir zu, nach Italien zu gehen, und daselbst mich in jene Woge zu stürzen, die ganz Italien mit ihrem Rauschen ziert, welches mehr als allem anderen der Himmlischen Harmonie gleichkommt und die der hochberühmte Gabrieli ist, der mich am Gold seiner Ufer teilhaben ließ"
Heinrich Schütz
"Мне надлежало поехать в Италию и там броситься в ту волну, которая украшает всю Италию своей стремительностью, которая больше всего на свете равна Небесной Гармонии и гармонии знаменитого Габриэли, который позволил мне разделить золото его берегов"
Генрих Шютц