Найти в Дзене
ЖитиЁ-моё

Любимая, мне твои дети не нужны. Часть 3. Замужество

Продолжение. Часть 1 здесь Часть 2 здесь Хотела забыть – и забыла. Осенью из армии вернулся соседский сын Серега. Зинка помнила его худеньким, сероглазым подростком. А сейчас перед ней повзрослевший мужчина – веселый, румяный, уверенный в себе. Даже как будто выше ростом стал. Под белой рубашкой рельефно бугрились внушительные бицепсы. Увидев Зину, заорал от восторга: – Зинка, привет. Ничего себе, какая ты стала красивая! Давно ли девчонкой сопливой была? Помнишь, как сильно нам влетело, когда мы с тобой решили костер на сеновале развести? Обнял оробевшую от такого напора Зинку, расцеловал в обе щеки. Вечером зашел с букетиком ромашек. – Пошли на речку, погуляем. Как же хорошо летним вечером на реке! Жара спала. Легкий ветерок мягкой ладонью поглаживает по макушкам пышные прибрежные камыши. Ошалевшие от любви лягушки устроили молодой паре настоящий концертный хор. Сопрано комариного писка удачно дополнило мелодию зарождающихся эмоций. Зинке, с ее упавшим в последнее время самомнением,
Фото из открытых источников
Фото из открытых источников

Продолжение.

Часть 1 здесь

Часть 2 здесь

Хотела забыть – и забыла.

Осенью из армии вернулся соседский сын Серега. Зинка помнила его худеньким, сероглазым подростком. А сейчас перед ней повзрослевший мужчина – веселый, румяный, уверенный в себе. Даже как будто выше ростом стал. Под белой рубашкой рельефно бугрились внушительные бицепсы.

Увидев Зину, заорал от восторга:

– Зинка, привет. Ничего себе, какая ты стала красивая! Давно ли девчонкой сопливой была? Помнишь, как сильно нам влетело, когда мы с тобой решили костер на сеновале развести?

Обнял оробевшую от такого напора Зинку, расцеловал в обе щеки. Вечером зашел с букетиком ромашек.

– Пошли на речку, погуляем.

Как же хорошо летним вечером на реке! Жара спала. Легкий ветерок мягкой ладонью поглаживает по макушкам пышные прибрежные камыши.

Ошалевшие от любви лягушки устроили молодой паре настоящий концертный хор. Сопрано комариного писка удачно дополнило мелодию зарождающихся эмоций.

Зинке, с ее упавшим в последнее время самомнением, внимание парня понравилось. Она сама не заметила, как в короткий срок оказалась законной женой Сергея. Все чин-чинарем: и сватовство, и белое платье, и свадебное застолье.

Особой, неземной любви она к Сергею не испытывала, но жилось ей с мужем легко. Простой, понятный, свой. Сергей устроился на работу, зарплату приносил хорошую, по дому все делал. И Зинка окончательно выкинула романтические мечты об Эдуарде из головы.

Жизнь потекла своим чередом. Родилась дочка Света, через два года сын Антон. Один за другим скоропостижно ушли родители.

«Странно, эту часть жизни, большую, основную, почти не помню, –удивилась сегодняшняя Зинаида, – все хлопоты: дети, работа, зарплата, огород посадить-убрать."

Была у Сергея, во всем остальном положительного мужа, одна пагубная привычка – курил много, по две пачки в день. В последнее время по вечерам так надрывно кашлял, что каждый звук тревожным эхом отзывался у Зины в сердце.

– Ты бы к врачу сходил. Плохой кашель, провериться нужно.

– Да ладно, пройдет. Вот еще, не хватало по больницам бегать.

– И курить брось, вредно же…

– Не, бросить не смогу. Не получится.

– Другие могут. Ради здоровья, хотя бы попробуй.

Все разговоры заканчивались одинаково. Курить Сергей не бросал, даже попыток не делал. Пока однажды кашель не закончился кр0вяным сгустком.

– К сожалению, у вас онкология, неоперабельная, – врач вынес приговор Сергею, наконец-то обратившемуся в поликлинику.

Не помогли постоянно задыхавшемуся Сергею ни спешно назначенные лекарства, ни новомодный небулайзер, ни баллоны с кислородом. Зинаида со слезами на глазах наблюдала, как муж по очереди подносит к губам то кислородную трубку, то сигарету. Так до самого конца и не бросил курить.

Вот и овдовела Зинаида. Дочь к этому времени вышла замуж за москвича и укатила в столицу. Сын закончил школу, поехал поступать в институт в областной город. Зинаида осталась одна в большом, теперь тихом, доме.

Прошло пару месяцев. Зина высаживала цветы в палисаднике, когда в калитку постучали.

– Кто там? – удивилась она, – никого не жду…

Перед ней, неловко переминаясь с ноги на ногу, стоял Эдуард. Постаревший, потрепанный жизнью.

– Привет! Примешь?

– ???

Продолжение