Певица Глюкоза делала из своей жизни тайну только на самой заре карьеры, в начале нулевых, когда скрывалась за мультяшным образом в нескольких видеоклипах. С тех пор все узнали, что за странным творческим псевдонимом скрывается Наталья Ионова, которая в детстве снималась в тележурнале «Ералаш», играла в кино, а потом с помощью продюсера Максима Фадеева начала музыкальную карьеру. Сейчас певица замужем, у неё двое детей, причем старшая уже заявляет о себе как о самостоятельной артистке. И на YouTube-шоу Юлии Меньшовой «Сама Меньшова» Ионова весьма откровенно рассказала о том, как она относится к своей карьере, об отношениях с детьми и о собственном трудном детстве.
О Глюкозе
Я никогда не разделяла Глюкозу и себя, то есть Глюкоза это и есть я. И иногда мне очень непривычно, что меня называют по имени-отчеству. Глюкоза также это моя профессиональная жизнь, своего рода бренд, который не совсем моё имя, но и продукт, который я могу выпустить. И этот бренд надо поддерживать.
Но я люблю эксперименты. Недавно записала песню «Антистресс» — с совершенно новой командой, которая, может быть, даже ломает какие-то стереотипы. Мне очень было интересно поработать с ними, хотя я в этом треке безумно сомневалась — это было нечто новое и экспериментальное. Но я люблю работать в таком жанре, да и все мои песни все равно всегда встраиваются в мою жизнь в нужное время.
Про карьеру дочери
Этим летом мы со старшей дочерью (Лидии 15 лет — ред.) выступали на одной сцене, но мы пели как самостоятельные исполнительницы, у каждой было по несколько песен, и всё прошло отлично. Я ей очень-очень горжусь, и, как мне показалось, она мной — тоже. Она до этого момента не часто бывала на больших мероприятиях с моим участием, и теперь увидела, что люди меня хорошо принимают, знают мои песни — и заявила, что я крутая.
Но вообще она старается от меня отойти, двигаться своей дорогой, сама, быть отдельной творческой единицей, которая продивгается не только потому, что её мама — Глюкоза. Хочет быть Рэй Лидией, но я ей говорю, что я всё равно останусь её мамой и отменить этого невозможно. И знаете, сейчас мне часто хвалят её творчество.
Про трудное детство
Мне тогда было 12 лет, я снималась в кино, и на тот момент, мне кажется, я вообще попробовала все наркотики. Я думаю, что в тот момент Макс (продюсер Максим Фадеев — ред.) меня просто спас. Половины моих сверстников, с кем я выросла и с кем мы тусовались, просто нет в живых. Мне кажется, я тогда выиграла какой-то лотерейный билет, потому что в городе был миллион таких же Наташ — увидела Максима и поняла, что надо прыгать в эту лодку.
Но сегодня я понимаю, что нельзя обесценивать и те вещи, которые были до этого чуда. Был «Ералаш», был Борис Юрьевич (Грачевский — ред.), был большой опыт. И всё, что со мной происходило, невозможно просто передать детям. Их нужно замотивировать, дать ту цель, которую я получила, когда встретилась с нужным человеком. Моё детство мне только мешает, и сейчас я это понимаю лучше — взрослые лучше видят, чего они не получили в совсем раннем возрасте. К тому же сложное детство, когда ты учился выживать, а не жить, мешает самооценке. Ведь после такого детства ты умеешь выживать — а вот ценить себя — не умеешь.