Елисей
Впервые мы с ней встретились ровно шесть лет назад в этой же школе. Мама вышла замуж за моего тренера по восточным единоборствам, и мы переехали к Халиду Руслановичу в его квартиру. Мне пришлось сменить школу, чтобы не тратить время на дорогу до прежней. Я начинал новую жизнь. Полная семья, просторная квартира в новенькой высотке, и новый отец. Дамирова я стал называть отцом с первых дней проживания вместе, еще до официальной женитьбы на моей матери. Имея одну четвертую дагестанской крови, совсем не ощущал себя славянином и всем существом желал носить другую фамилию, называя себя лезгином.
Пройдя в класс и отыскав взглядом свободное место, присел на стул. Ребята с соседних пар посмотрели с интересом, кто-то спросил мое имя и из какой я школы прибыл. Двое девочек глядя на меня захихикали, но в открытую ничего не сказали. Я достал из рюкзака дневник и ручку, как примерный ученик, сотовый телефон поставил на беззвучный и стал ждать прихода учительницы.
Распахнулась дверь в класс, на что я сразу среагировал, ожидая классную, но увидел двух смеющихся девчонок, что разом появились в дверном проеме. Одну из них мой глаз выцепил сразу. Первое что пришло на ум: красивая. Такая что я не отрываясь следил как она перекинула рюкзачок с плеча, подала ладошку и шлепнула ею по ладони какого то мальчика и заговорила с ним. Чувствовалось, что в классе она фаворитка. Но стоило ей сделать шаг по направлению в сторону парты, где сидел я как вся ее позитивная щедрость разом улетучилась. Наши взгляды встретились: мой любопытный и ее подозрительно недоуменный. Она сделала несколько размеренных шагов мне на встречу и остановившись в проеме между пар, прищурилась.
- Это место занято. Разве тебе не сообщили?
- Кем занято? – с легкостью ответил я.
- Мною! – парировала, задрав свой мелкий нос.
- Так я подвинусь, - и встал чтобы пересесть на соседний стул, хватая и свои скудные пожитки, передвигая их по парте.
- Ты не понял, мальчик!
Я недоуменно поднял брови, а царская особа, про себя я уже нарек ее таковой, продолжила.
- За этой партой сижу я. Одна.
Я невольно оглянулся на класс, выискивая другое свободное место. На первой и второй партах сидели ученики кто имел плохое зрение, а на последних низкие знания. Я же обычно сидел на третьей или четвертой. Не обнаружив нужного свободного стула, обнаружил ряд взглядов, с интересом следящих за нами. Похоже разворачивалось театральное зрелище с двумя актерами. Обычно пацаны делили места, но чтобы мальчик и девочка я не помнил. Да и не делил я подобные мелочи.
Эта ее надменность и властность повлияли на меня как алая тряпка на петуха. В этом момент я напрочь забыл о напутствии матери, что девочкам надо всегда уступать и заботится о них. Может мама имела ввиду каких-то других девочек и о таких дерзких ничего не знала? Иначе бы как могла такое советовать? В общем я нарушил мамино правило.
- Теперь нас будет двое, - и пожав плечами уселся на второй стул рядом с окном. – Не хочешь сидеть тут, может идти назад, - и махнул головой в сторону.
- Ты, ты кто такой? Ты не знаешь кто я и кто мой отец? – начала важничать девчонка, скинув на пол рюкзак и вскидывая руки.
- И кто ты? - кривя рот, усмехнулся.
Класс загудел. Кто-то меня подначивал дать больше отпора зазнайке, кто то был на стороне нахалки. Другие тихо наблюдали и ждали развязки. Но ее не последовало, так как в класс зашла учительница и уровень децибел упал.
- Виталина, ты все еще не села за парту? - спросила учитель на ходу, подойдя к своему столу и раскладывая журналы.
- Роза Сергеевна, тут новенький занял мое место, - ответила Виталина, взглянув на меня пренебрежительно.
- Почему он не может занять соседнюю половину? Ты же не купила в конце концов эту парту.
Мне послышалась издевка в тоне учителя и я разом ее зауважал. Значит не мне одному неприятна надменность этой самой Виталины. Красивое имя и лицо, а уродлива внутри.
Запал девчонки пропал, она заморгала в недоумении, не решаясь сесть, но учительница, уже вышла на середину доски, призывая к вниманию учеников.
- Может Нагиева хочет провести урок знаний? И рассказать классу о планах на новый учебный год? – Роза Сергеевна строго посмотрела на ученицу.
Нагиева сдалась, не желая стать клоуном класса, нехотя села на соседний стул, изображая покорность. Учительница сообщила классу о нескольких новеньких детях, по очереди поднимая нас, просила назвать полное имя. Когда назвали мою фамилию я не отозвался. Уже два месяца себя считал Дамировым.
- Еще раз спрашиваю: кто из ребят Вавилов?
- Вы не назвали фамилию Дамиров, Роза Сергеевна, - поднялся я из-за парты, вызывая недоумение учительницы.
Она еще раз сверилась со списком учеников, отрицая названную.
В тот момент я не понимал, какие документы нужны чтобы оформить меня официально и сделать настоящим сыном Халида Руслановича. Мне пришлось поджать губы, соглашаясь на отцовскую фамилию. Единственное, что я уточнил, свою принадлежность к нации, гордо заявив что дагестанец. Учительница лишь улыбнулась мне, а одноклассники не поняли кто это такой. Гораздо позже, в более старших классах на почве национальности случались конфликты. И пожалуй, самым неприязненным с моей соседкой по парте. К ненависти за мою оккупацию парты прибавилась ксенофобия.
До самой перемены выдержала, не проронив и слова в мой адрес. А мне и не хотелось ее слышать.