Потолок цен на российскую нефть – это не чудо-оружие, пишет The Economist. Санкции показали, что мировая энергетическая система довольно гибка. И поэтому совершенно непонятно, к чему ограничение цен в итоге приведет.
С начала вооруженного конфликта на Украине минуло девять месяцев, а нефтяные деньги продолжают литься потоком в путинскую кубышку, давая ему возможность продолжать военные действия. Хотя Запад ввел санкции, экспорт российской нефти не сократился, а цены на марку Urals остаются в пределах среднего значения 2014-2020 годов. В этом году профицит текущего счета в России ожидается на уровне 265 миллиардов долларов, уступая только китайским показателям. Но на этом история не заканчивается. Пятого декабря Европейский Союз утвердит, наконец, план, составленный еще в мае. Он запретит импорт российской нефти, доставляемой морем. А еще он запретит европейским фирмам страховать, перевозить и этим топливом в любой точке мира – если цена на него будет выше установленного Западом потолка.
Запад столкнулся с этой дилеммой в феврале, когда Россия начала свою военную операцию. Как лишить Москву доходов от продажи углеводородов, не поставив при этом под удар мировые поставки и не подстегнув инфляцию, которая наносит ущерб потребителям во всем мире? Когда Европа придумала свое эмбарго, оно грозило нанести серьезный удар по российским нефтяным доходам. Европейские страховые и судоходные компании давно уже держат в своих тисках энергетические рынки. 95% операций страхования имущества и возмещения убытков по всем нефтяным танкерам осуществляют фирмы из Британии и ЕС. Это очень похоже на рычаг, с помощью которого Запад может контролировать продажи российской нефти по всему миру.
Однако, как только было объявлено о запрете, его недостатки стали очевидны. Если российская нефть не попадет на рынок, мировые цены могут подняться, а это нанесет ущерб западным потребителям. Поэтому американское министерство финансов разработало хитроумный план по ослаблению такого ущерба: пусть европейские фирмы продолжают оказывать свои услуги, но при условии, что поставляемую нефть Запад будет покупать по сниженным ценам, которые сам будет устанавливать.
На бумаге план выглядит коварным и дальновидным. Если цена будет ниже рыночной, то есть, той, по которой Россия торгует сегодня, ее доходы сократятся. Пока нефть будет стоить выше себестоимости (это в пределах 20-44 долларов за баррель), у Путина сохраняться основания продолжать добычу. Потребители станут получать топливо со скидкой, и это поможет сдержать инфляцию. Неприсоединившиеся страны типа Индии и Китая непременно ухватятся за такую сделку обеими руками.
Но по мнению практичных и здравомыслящих нефтепромышленников, в жизни редко все протекает так гладко. Есть две неопределенности. Первое, как отреагирует Путин, если европейские фирмы действительно могут взять его за горло и ограничить его возможности по поставке нефти на рынок. Россия уже заявила, что откажется от использования танкеров, включившихся в схему ценовых ограничений. Это приведет к сокращению нефтяного экспорта, Москва сделает ставку на незападные танкеры и страховые компании, и тогда мировые цены поползут вверх. Страх перед таким развитием событий объясняет, почему Запад проявляет осторожность, оставляя цены на привлекательном для России уровне. На данный момент ожидается, что потолок составит около 60 долларов за баррель, а это как раз уровень текущих рыночных цен на марку Urals. Однако это будет означать, что эффект от эмбарго и ценовых ограничений очень незначительный.
Есть и другая неопределенность – относительно того, какой властью и влиянием обладает Запад на мировых рынках нефти. Нехватка незападных танкеров может ограничить российские поставки в предстоящие месяцы. Некоторые виды страховки, например, от крупных разливов нефти, очень трудно найти за пределами Запада. Тем не менее, такие страны как Китай, Индия и Индонезия не желают участвовать в западных санкциях и эмбарго. Они ищут альтернативные возможности для повседневного страхования, а поскольку запрет был объявлен шесть месяцев назад, у них было время подготовиться.
Истинный расклад сил на нефтяных рынках станет понятен после пятого декабря. Возможен резкий скачок цен. Но урок этого года состоит в том, что мировая нефтяная система приспосабливается легче, чем можно себе представить. Финансовые санкции подстегнули попытки уйти из западной банковской системы. Точно так же, вооруженный конфликт на Украине приведет к тому, что Китай, Индия и прочие страны будут избегать энергетической инфраструктуры Запада. Санкции и эмбарго – неэффективное оружие, а срок их годности ограничен.