Еду в тесном лифте, ребенок в коляске. На полпути лифт останавливается, в него пытается зайти пожилая женщина. В тоне, не терпящим возражений, командует подвинутся. Вот куда она хочет влезть? Мне вжаться в стенку, чтобы чужой человек нависал над ребенком?
Закрываю двери и еду дальше. Думаю….
В этой ситуации большинство людей лет до 50 просто не заходят в лифт, ждут следующий рейс. Какая разница поколений!
Как же менялись границы личного пространства?
В традиционной культуре (условно до начала ХХ века) этого понятия как такового не существовало. Были традиции, устои, иерархия. Это определяло поведение людей. Душевные переживания которых мало интересовали.
Девушка, например, знала, что сейчас она подчинена родительской воле. После свадьбы — свекрови. Как справят новый дом — то муж глава семьи.
Вы можете представить крепкую крестьянку, которая утром, между дойкой коровы и приготовлением еды в печи на всю семью идет на берег реки, заварив цикорий (вместо латте на миндальном молоке), где смотрит на воду и настраивается на новый день?
Ритуалы, помогающие принять перемены в жизни - грустные и радостные — конечно были. Практически всё запротоколировано. ДЛя всех событий и сфер жизни есть строгие указания действий.
Традиционные праздники, поминальные песни. Песни грустные и веселые. Рассказывающие о горе потери или тревоги за дитя, о смысле жизни, о строении мира, о первой любви, о Боге….
Так, увлеклась песнями. Про них отдельно напишу ;)
Ту самую крестьянку, смотрящую на воду вместо работы, свекровь припугнёт рубелем. Без понимая о личном пространстве и душевных метаниях.
Личные границы в бытовом смысле тоже определялись социальным положением. У помещика в доме были отдельные комнаты для супругов и детей. Именно люди с высоким социальным статусом могли позволить себе выбирать, как проводить свободное время.
В книгах мы читаем «маменька вечером обыкновенно уединялась в комнате с книгами», «папенька много работал. К обеду выходил строг и хмур. Нам не разрешалось обращаться к нему по пустякам».
В семье городского рабочего норма — снимать комнату на несколько семей. Друг от друга отгораживались только занавеской.
Замечу, что была грань, где люди с очень высоким социальным положением и должностями опять принадлежали не себе, а системе, традициям и этикету. Например, когда на следующий день после похорон близких людей царские особы и дипломаты вынуждены участвовать в праздниках и балах, если они уже есть в их рабочем расписании.
Далее наступает ХХ век. Время, когда привычный мир несколько раз рушится до основания. Когда хватание за осколки прошлых традиций могут либо погубить тебя, либо дать силы выжить.
Середина ХХ века. Возрождение страны после войны. Люди оглядываются. Вроде можно свободнее дышать. Вокруг мир меняется. Светло в общей перспективе, но страшно, нет крепкого фундамента из традиций, которые давали твердую опору веками.
И здесь идёт яркое возрождение (и их укрепление) общин. Вместе легче выжить. Все друг у друга на виду.
Помните фразу, «а что люди скажут?».
Хочешь развестись, сшить юбку другого фасона, не выставлять подушки на кровати в определенном порядке? А что люди скажут?
Вдруг не получится — и всё, ты почти изгой, ты скатился вниз по иерархии.
Гулять с одним парнем, а потом расстаться и выйти счастливо замуж за другого? А что люди скажут? В городе вот, бабушка Маруся сидит у подъезда в тенечке, да все видит. И все обо всем быстро узнают.
Мои бабушка с дедушкой жили в деревне.
Там это самое «что люди скажут» было возведено в степень абсолюта. Даже бельевые веревки располагались у большинства так, чтобы их было видно. Представляете? То есть трусы надо было развешивать строго по образцу, красиво. А иначе — ну поняли, люди…
Обсуждалось все и вся. Но уже были те, кто свою жизнь строил так, как им удобно. Это касается особенно с первого взгляда небольших мелочей. Что готовили на ужин, как платок завязала.
А у кого-то мужья (позор-то какой) с детьми занимались после работы.
И однажды видели, как Серега-то вечером купал сына, которому года 2 было, в корыте во дворе (своем, своем, конечно). Они смеялись и были счастливы. А рядом мать их, Танька, чай на крылечке пила. И смех счастливый такой, колокольчиком звенит. Позор! Какой позор! Ведь самой надо с ребенком заниматься. Мать-кукушка. Мужа накормить…. А вынести чай. Ну если только в субботу, после бани. Но не в среду же! Бесстыдница! Косы распустила. А муж дитя купает. Ужас!
Так не принято. Да на стол салфетку положила, под блюдечко… Эка барыня, тоже мне. Телевизор такой салфеткой прикрывают. Тьфу, позор!
И перемывают кости семье…
Помню рассказы бабушки, как один парень жену привез издалека. Где был другой климат и, соответственно, другие печи, материал домов — и традиции были иными….
Но об это напишу во 2 части. Слишком длинный текст получается.
А ведь мы еще не дошли до огромных трансформаций в конце ХХ- начале ХХI вв….